Фандом: Гарри Поттер. Гарри приезжает в поместье Минервы и ее супруга расследовать странный случай в заповеднике морских животных. Однако нелепое происшествие и ряд таинственных преступлений оказываются тесно связаны между собой и грозят обернуться подлинной катастрофой для всего магического сообщества. Первобытная магия, которую преступники пытаются обратить себе на службу, загадочные убийства, диверсии оборотней — поможет ли все это забыть Гарри о неурядицах в личной жизни?
236 мин, 1 сек 23341
— Ну что ж, — Дамблдор поднялся, — думаю, мы обсудили все, что было нужно. Гарри, поскольку Аластор болен, руководителем следственной группы я назначаю тебя. Тебе придется нелегко: на тебя ляжет не только расследование истории с Соловьиным но и убийства Джона Димсдейла. К сожалению, сейчас я не могу дать тебе в помощь кого-то, кроме Нимфадоры и Кингсли. Возможно, позже… Сегодня ночью совершено пятнадцать нападений оборотней на членов семей сотрудников Министерства. Это была хорошо организованная акция: кто-то спланировал все таким образом, что всем оборотням удалось скрыться.
— Грейбек, — Гарри вскочил. — Что говорит Ремус?
— Спроси у него сам, — Дамблдор вздохнул. — Он в Норе. Ты ведь заглянешь к Уизли? После покушения Рон и Гермиона увезли девочку туда.
— Покушения?!
— Да, на малышку тоже пытались напасть. К счастью, ее удалось уберечь от укуса. — Дамблдор тяжело вздохнул. — Если бы я обо всех мог это сказать.
Гарри спешил, но все же остановился в дверях приемной, чтобы еще раз взглянуть на Айрин Слагхорн.
Совсем юная; должно быть, едва окончила школу, как любящий дядюшка пристроил ее в секретарши к старому знакомому. Слагхорн и замуж за Люциуса будет рад ее пристроить — помнится, он был не дурак выпить. Довольно мила, но челюсть чересчур массивная; несомненно, годам к тридцати, когда черты определятся и утратят девичью мягкость, лицо ее станет, что называется, квадратным.
— Ничего особенного, верно?
Гарри вздрогнул. Снейп оценивающе оглядел ладную фигурку девушки и вынес вердикт:
— Никакого сравнения с Нарциссой. Разве что молоденькая. По достижении определенного возраста, Поттер, начинает тянуть на молоденьких.
Гарри не был искусен в составлении изысканных ядов, но удар у него был поставлен хорошо.
— Решили поделиться со мной своим опытом интимной жизни, профессор?
Снейп усмехнулся, нисколько не задетый.
— Пойдемте, Поттер, вы заставляете девушку нервничать.
«Держу пари, не так, как она заставляет нервничать меня», — мрачно подумал Гарри, шагая рядом со Снейпом.
— Кстати, Драко она тоже не понравилась. Видите, Поттер, у вас с ним появилась точка соприкосновения: вы оба не хотите, чтобы Люциус женился.
— Какое мне вообще дело, собирается жениться Люциус Малфой или нет? — Гарри пожал плечами с вымученной небрежностью.
— Действительно, Поттер, — Снейп приостановился и уставился на Гарри с издевательским недоумением. — Как это мне в голову не пришло? Вам действительно не должно быть до этого никакого дела. Вы ведь Люциусу никто.
Это было слишком. Дьявол внутри Гарри ощерился и зарычал: «Отведай-ка собственного зелья, Снейп!»
— Что ж, профессор, раз уж мы с вами обсудили все темы, стоящие того, чтобы их обсудили, — Гарри помедлил, подбирая слова, предвкушая свое торжество, — нам лучше попрощаться. Передавайте Драко привет. Вы, наверное, удивитесь, но у нас с ним оказалось множество точек соприкосновения. Этой ночью на Соловьином у нас была масса времени, чтобы стать друг другу ближе… во всех смыслах этого слова.
Гарри улыбнулся, глядя в глаза ошарашенному Снейпу, и вышел.
«То-то он взбесится, когда придет в себя, — злорадствовал он, но вскоре эта мрачная радость испарилась, оставив лишь хинный привкус разочарования в самом себе. — Для чего я это сделал? Как глупо».
Он закурил, поймал сердитый взгляд проходившей мимо почтенной матроны — и эта его не одобряла. Сизый дымок поднялся от сигареты, постепенно бледнея, растаял в холодном воздухе.
«Так и я растаю когда-нибудь, — подумал Гарри. — Мы все растаем, и не будет для нас ни любви, ни красоты. Ничего не будет».Гарри поздоровался с аврорами, скучавшими перед домом Уизли, и вошел.
На кухне был привычный беспорядок, но непривычно безлюдно — один лишь Рон дремал за столом, уронив голову на руки. Услышав шаги, он вскочил.
— Гарри, дружище! Как я рад тебя видеть!
— Где все?
Гарри оглядел взъерошенные волосы и измятую одежду друга.
— Отец и Перси ушли на службу. Все настолько скверно, что даже Перси удостоил нас своим присутствием, а Фред и Джордж, представь себе, не стали затевать с ним перебранку.
— А, близнецы здесь?
— Нет, только что уехали; им обещали прислать амулеты, которые вроде как защищают от оборотней. Мы решили ничем не пренебрегать, — Рон криво улыбнулся.
— А дочка? Дамблдор сказал, с ней все в порядке.
— Да ему-то откуда знать? — Рон захрустел пальцами. — В порядке… Зайди Герми минутой позже, Кристи погибла бы, а если бы и выжила — что это была бы за жизнь?
— Нет у вас чего-нибудь перекусить? — Гарри взял Рона за плечо, заставляя его сесть, сам устроился напротив. — Я голоден…
Гарри хотел закончить: «как волк», но осекся.
— Мама что-то приготовила. — Рон огляделся. — Вот.
— А ты не будешь?
— Не могу я!
— Давай, Рон, за компанию. Надо пообедать, а то ты просто свалишься, и какая тогда от тебя польза?
Рон покорно взял кусок пирога.
— А я, оказывается, проголодался! — заметил он с набитым ртом. — А ведь был уверен, что и крошки проглотить не смогу!
— Грейбек, — Гарри вскочил. — Что говорит Ремус?
— Спроси у него сам, — Дамблдор вздохнул. — Он в Норе. Ты ведь заглянешь к Уизли? После покушения Рон и Гермиона увезли девочку туда.
— Покушения?!
— Да, на малышку тоже пытались напасть. К счастью, ее удалось уберечь от укуса. — Дамблдор тяжело вздохнул. — Если бы я обо всех мог это сказать.
Гарри спешил, но все же остановился в дверях приемной, чтобы еще раз взглянуть на Айрин Слагхорн.
Совсем юная; должно быть, едва окончила школу, как любящий дядюшка пристроил ее в секретарши к старому знакомому. Слагхорн и замуж за Люциуса будет рад ее пристроить — помнится, он был не дурак выпить. Довольно мила, но челюсть чересчур массивная; несомненно, годам к тридцати, когда черты определятся и утратят девичью мягкость, лицо ее станет, что называется, квадратным.
— Ничего особенного, верно?
Гарри вздрогнул. Снейп оценивающе оглядел ладную фигурку девушки и вынес вердикт:
— Никакого сравнения с Нарциссой. Разве что молоденькая. По достижении определенного возраста, Поттер, начинает тянуть на молоденьких.
Гарри не был искусен в составлении изысканных ядов, но удар у него был поставлен хорошо.
— Решили поделиться со мной своим опытом интимной жизни, профессор?
Снейп усмехнулся, нисколько не задетый.
— Пойдемте, Поттер, вы заставляете девушку нервничать.
«Держу пари, не так, как она заставляет нервничать меня», — мрачно подумал Гарри, шагая рядом со Снейпом.
— Кстати, Драко она тоже не понравилась. Видите, Поттер, у вас с ним появилась точка соприкосновения: вы оба не хотите, чтобы Люциус женился.
— Какое мне вообще дело, собирается жениться Люциус Малфой или нет? — Гарри пожал плечами с вымученной небрежностью.
— Действительно, Поттер, — Снейп приостановился и уставился на Гарри с издевательским недоумением. — Как это мне в голову не пришло? Вам действительно не должно быть до этого никакого дела. Вы ведь Люциусу никто.
Это было слишком. Дьявол внутри Гарри ощерился и зарычал: «Отведай-ка собственного зелья, Снейп!»
— Что ж, профессор, раз уж мы с вами обсудили все темы, стоящие того, чтобы их обсудили, — Гарри помедлил, подбирая слова, предвкушая свое торжество, — нам лучше попрощаться. Передавайте Драко привет. Вы, наверное, удивитесь, но у нас с ним оказалось множество точек соприкосновения. Этой ночью на Соловьином у нас была масса времени, чтобы стать друг другу ближе… во всех смыслах этого слова.
Гарри улыбнулся, глядя в глаза ошарашенному Снейпу, и вышел.
«То-то он взбесится, когда придет в себя, — злорадствовал он, но вскоре эта мрачная радость испарилась, оставив лишь хинный привкус разочарования в самом себе. — Для чего я это сделал? Как глупо».
Он закурил, поймал сердитый взгляд проходившей мимо почтенной матроны — и эта его не одобряла. Сизый дымок поднялся от сигареты, постепенно бледнея, растаял в холодном воздухе.
«Так и я растаю когда-нибудь, — подумал Гарри. — Мы все растаем, и не будет для нас ни любви, ни красоты. Ничего не будет».Гарри поздоровался с аврорами, скучавшими перед домом Уизли, и вошел.
На кухне был привычный беспорядок, но непривычно безлюдно — один лишь Рон дремал за столом, уронив голову на руки. Услышав шаги, он вскочил.
— Гарри, дружище! Как я рад тебя видеть!
— Где все?
Гарри оглядел взъерошенные волосы и измятую одежду друга.
— Отец и Перси ушли на службу. Все настолько скверно, что даже Перси удостоил нас своим присутствием, а Фред и Джордж, представь себе, не стали затевать с ним перебранку.
— А, близнецы здесь?
— Нет, только что уехали; им обещали прислать амулеты, которые вроде как защищают от оборотней. Мы решили ничем не пренебрегать, — Рон криво улыбнулся.
— А дочка? Дамблдор сказал, с ней все в порядке.
— Да ему-то откуда знать? — Рон захрустел пальцами. — В порядке… Зайди Герми минутой позже, Кристи погибла бы, а если бы и выжила — что это была бы за жизнь?
— Нет у вас чего-нибудь перекусить? — Гарри взял Рона за плечо, заставляя его сесть, сам устроился напротив. — Я голоден…
Гарри хотел закончить: «как волк», но осекся.
— Мама что-то приготовила. — Рон огляделся. — Вот.
— А ты не будешь?
— Не могу я!
— Давай, Рон, за компанию. Надо пообедать, а то ты просто свалишься, и какая тогда от тебя польза?
Рон покорно взял кусок пирога.
— А я, оказывается, проголодался! — заметил он с набитым ртом. — А ведь был уверен, что и крошки проглотить не смогу!
Страница 30 из 66
