Соловьиный остров

— Забавно, как у молодых людей вдруг начинают проявляться отцовские инстинкты, — сказала та с угрюмой усмешкой. — Когда я носила первенца, мой муж носился со мной, как с яйцом феникса. Потом он, конечно, стал спокойнее.

Она посмотрела на Димсдейла, беседующего с Минервой.

— А вот мои сыновья о наследниках не позаботились. Минерва слишком стара, чтобы родить. Что касается жены Джона… что теперь говорить об этом? В любом случае, не могу себе представить хозяина Инверэри — полуазиата. Одна у меня внучка, и та, похоже, не жилица. Кто унаследует поместье? В наше время люди забыли, в чем состоит их долг. Все думают лишь о своих удовольствиях, а не о том, что останется после них. Древние фамилии угасают. Мы вырождаемся. У вас есть дети, мистер Поттер? — требовательно спросила она.

— Нет, — Гарри невольно почувствовал себя виноватым и рассердился. — Съездите как-нибудь в Хогвартс, и ваши упаднические настроения развеются. Учеников там с каждым годом становится все больше.

— Какое мне дело до чужих наследников, когда своих нет? — старуха повысила голос и ударила ладонью по подлокотнику кресла.

Димсдейл с беспокойством взглянул в их сторону.

— Будь моя воля, я бы навела порядок в обществе! Старые времена часто ругают, но тогда люди хоть знали, что такое ответственность.

Гарри обернулся на звук тяжелых шагов.

Мадам Мераль кивнула ему и обратилась к старухе:

— Миссис Димсдейл, Джанет просила вас прийти. Кажется, у нее снова начинается приступ.

Старуха молча поднялась и направилась к выходу.

— Удивительно, как некоторые любят вспоминать о добрых старых временах, — кисло заметил Гарри. — Мол, и солнце светило ярче, и трава была зеленее, и вода мокрее.

— Они тогда были молоды, — мадам Мераль улыбнулась. — Настанет день, и вы вздохнете: «А вот раньше»…

Гарри содрогнулся.

— Лучше умереть, — сказал он с чувством.

— Не говорите глупости, — резко ответила колдомедик.

Холодный воздух библиотеки точно пронизывали невидимые волны тревоги, и люди, собравшиеся в ней, вздрагивали от малейшего шороха. Тонкс нервно расхаживала от окна к окну. Чоу рассматривала фигурки из кости в стеклянной витрине, односложно отвечая на обращенные к ней реплики. Заметив мадам Мераль, она подошла к ней.

— Вы не дадите мне зелье от головной боли?

— У вас мигрень?

— Да, — вяло произнесла Чоу. — Я уже вторую ночь не сплю.

— Ты не это зелье искала в комнате Флер? — поинтересовался Гарри.

Чоу вскинула ресницы, потом потупилась и, взяв рюмку, оставленную Флер, принялась вертеть ее между пальцами.

— Флер жаловалась на меня? — спросила она, обращаясь к содержимому рюмки.

— Боюсь, что так.

— Это я на нее должна жаловаться, — Чоу понизила голос, и ее почти не было слышно. — Она отняла у меня мужа, а теперь Джон умер, и она даже не вспоминает про него. Зачем? У нее все есть: муж, ребенок, а у меня… у меня ничего не осталось. Почему так? Это несправедливо! Флер вела себя недостойно; она должна быть наказана, а не я!

«Неужели она до сих пор верит в справедливость и думает, что каждому воздается по делам его? — удивился Гарри. — В жизни нет правил, следуя которым, безошибочно достигаешь победы».

Он покосился на мадам Мераль, ожидая, что она возьмется утешать Чоу, но та глядела на молодую женщину с непроницаемым выражением широкого, гладкого лица.

Нетерпеливо отбросив портьеру, вошла миссис Димсдейл. Чоу вздрогнула, поставила рюмку на столик и поспешно удалилась в свой угол.

— Пойдите, присмотрите за Джанет, — с раздражением произнесла старуха. — В моем присутствии нет нужды, Джанет все равно его не замечает. Вас она тоже не заметит, но ухаживать за ней все-таки входит в ваши обязанности.

— Не трудитесь напоминать мне о моих обязанностях, — мадам Мераль с достоинством выпрямилась. — Я служу государству, а не вам.

— Французы, — фыркнула старуха. — «Государство — это я!». Один гонор. Не пора ли нам расходиться? — спросила она громко.

— Да, — Димсдейл встрепенулся. — Матушка, Чоу… миссис Уизли. Я прошу вас никуда не выходить в одиночку. Фенрир Грейбек появился в окрестностях.

Билл издал невнятный возглас.

— Я полагала, он в Лондоне, — старуха взяла нетронутый Флер херес и сделала глоток. — В городе все говорили, что это он возглавлял нападение.

Морщинистые губы шевельнулись в гримасе отвращения. На миг Гарри показалось, что миссис Димсдейл улыбнулась.

— В Лондо… — начал Гарри и осекся, уставившись на старуху.

Глаза ее внезапно выкатились из орбит, одной рукой она вцепилась в горло, другой замолотила по воздуху. Рюмка покатилась по ковру, оставляя за собой влажный след. Лицо старухи позеленело, потом приобрело густо-багровый цвет, голова запрокинулась назад. Хрипя, она упала на колени.

— Что это? Что п'оисходит? — Флер вцепилась в рукав Билла.

— Бегите за мадам Мераль! — крикнул Гарри.

Чоу сорвалась с места, через секунду Гарри услышал удаляющийся стук ее каблучков.