Соловьиный остров

Да, заявила Трего, по профилю яд соответствует тому, что пропал из ее лаборатории. Компоненты его достаточно редки, чтобы исключить возможность ошибки. Что касается оборотного зелья — тут она пожала плечами, — может быть, оно было изготовлено в Центре. Может быть, где-нибудь еще. Трудно сказать.

С этим она и удалилась, получив предупреждение, что в надлежащее время будет вызвана в суд для дачи показаний.

После ее ухода Гарри всерьез взялся за поиски Ремуса.

В Министерстве Люпин не появлялся, не оказалось его и дома. Уизли тоже ничего о нем не слышали с тех самых пор, как он покинул Нору. Гарри все больше убеждался, что Ремус попал в серьезные неприятности.

Была и еще одна причина, более личного характера, лишавшая Гарри остатков душевного равновесия. Утром, когда Гарри собирался покинуть Инверэри, он получил краткую записку, которой Люциус ставил в известность, что будет ждать Гарри в его квартире. Филин улетел, не дожидаясь ответа: Люциус не сомневался, что Гарри придет.

— Пусть убирается к черту, — твердо решил Гарри. — У меня нет времени на скандалы.

Потом он так же твердо решил, что встретится с Люциусом, но только затем, чтобы дать ему окончательную отставку, и даже продумал и просмаковал выражения, в которых эта отставка будет дана.

Затем, все с той же непреклонной твердостью, он пообещал себе предоставить Люциусу шанс — но самый последний. Во-первых, пусть распрощается с мыслью о женитьбе. Во-вторых… Тут Гарри понял, что сам себе не верит и впал в уныние.

Хватит ли у него сил действительно расстаться с Люциусом, если тот не примет ультиматум? Если не хватит — лучше вообще не выдвигать никаких требований. По крайней мере, так он избежит очередного унижения.

Домой Гарри шел, как на эшафот. Он опоздал почти на два часа и надеялся, что Люциус его не дождался.

Аромат тающего льда вплетался нотой сердца в знакомые запахи квартиры. Гарри вдохнул его, и острая, беспричинная радость заставила позабыть его обо всех опасениях.

Люциус устроился в гостиной, брезгливо перебирая журналы на столике. Шторы были плотно задернуты, свечи рассеивали полумрак.

Гарри показалось, что Люциус выглядит хуже обычного. Он пригляделся: да, и вправду тонкое лицо осунулось, глаза в неровной обводке теней казались черными.

— Где ты был? — резко спросил Люциус. — Я тебя уже два часа жду. Ты думаешь, мне больше нечем заняться, как сидеть, дожидаясь, когда ты соизволишь явиться?

— Прости, меня задержали. Что-то случилось?

Люциус внимательно рассматривал Гарри, точно пытаясь прочитать его сокровенные мысли по легчайшим движениям век и лицевых мускулов. В отличие от своего приятеля Снейпа, он никогда не был силен в окклюменции.

— С чего это тебе вдруг вздумалось переспать с моим сыном?

«Вот она, расплата. Почему другим удается грешить безнаказанно, а мне и ничтожный проступок обходится так дорого? Люциус, как же мне хочется мира!»

— Думаю, это все нос.

— Что ты имеешь в виду? — теперь Люциус выглядел скорее растерянным, чем рассерженным.

— Я имею в виду нос. Специально приспособленный для того, чтобы надменно смотреть сверху вниз. Он выглядел совершенно как твой. Мне показалось, что Драко — это ты.

— С такими дефектами восприятия тебе нужно обратиться в Святого Мунго, — хмуро сказал Люциус.

— Я не спал с Драко. Только поцеловал.

— Какое облегчение, — ядовито отозвался Люциус. — А вот Снейпу ты преподнес другую версию.

— Ну… мне хотелось его позлить.

— Ты преуспел. Не попадайся ему под руку в течение ближайшего года.

— Вот не думал, что он такой ревнивый.

— Он не ревнивый, он — собственник. Не переносит, когда кто-то посягает на то, что принадлежит ему. Да, если бы я мог предвидеть, что мой сын сделается постельной принадлежностью Северуса Снейпа, — Люциус недобро прищурился, — я бы своевременно принял меры… такая возможность у меня была.

— Ты уверен, что тебе бы это удалось?

— Довольно обо мне и Северусе. Давай поговорим обо мне и о тебе.

— «Обо мне и о тебе!» «Я и ты!» — воскликнул Гарри в раздражении. — Личное местоимение у тебя всегда на первом месте. Хоть бы раз сказал:«Ты и я».

— Ты и сам всегда так говоришь, — заметил Люциус, и на этот раз Гарри не нашелся, что ответить.

Они помолчали. Затем Люциус сказал:

— Я не умею забывать себя ради другого. Не умею применяться к чьим-то требованиям и прихотям.

— С Темным Лордом у тебя неплохо получалось, — не сдержался Гарри и был вознагражден удивительным зрелищем: Люциус Малфой покраснел. — Так что с твоим браком?

— Я еще не решил.

— Может, и мне пора об этом подумать? Я вполне могу найти девушку, которая согласится стать моей женой. Мне следует заняться этим сейчас, пока я могу изменить свою жизнь.

— Верно, — равнодушно сказал Люциус. — Сколько тебе лет? Самое время обзавестись наследником. Женись на этой… как ее? Джинни. Уизли, ничего не скажешь, плодовиты — пожалуй, это единственное их достоинство.

— Любой из Уизли во много раз достойнее тебя.