Сон в паутине

Здесь было немногим светлее чем на лестничной площадке, и пахло очень странно. Костя так и не смог понять, что это за запах, но едкий аромат, пропитавший воздух этой большой квартиры, был не то что бы неприятным, но скорее давящим. Вероятно, раньше здесь была коммунальная квартира, рассчитанная на проживание большого количества семей. Возможно, это и была коммуналка, до сих пор. Коридор, по которому «привратник» вел Костю, был необычайно высоким, отчего сам коридор казался довольно узким. Еще более узким его делало нагромождение самых разных вещей, которым, как правило, место было в кладовке или на балконе. Костя старался не заострять внимание на них, но коробки из-под бытовой техники, какие-то агрегаты, наполовину скрытые газетами, остовы целых двух велосипедов не избежали его внимания. Под ногами был старый и местами выщербленный ламинат, и даже тихие осторожные шаги по такому покрытию звучали довольно громко. Костя поднял голову и посмотрел на тускло светящую лампочку, горящую под самым потолком. Он никогда не жил в коммунальной квартире и вообще никогда не бывал в подобных местах, и стены с блеклыми обоями, грязный потолок с подтеками и едва заметными трещинами, странные запахи и запертые двери, мимо которых они шли, производили на него удручающее впечатление.

Его провожатый остановился перед неприметной дверью, наклонив голову и громко постучав кулаком, и Костя в этот момент быстро посмотрел назад и вперед. Коридор тянулся дальше еще на несколько метров, и оттуда доносились приглушенные звуки музыки и чьи-то голоса.

Парень приоткрыл дверь, заглядывая внутрь комнаты:

— К вам пришли, — сказал он и, чуть помедлив, отступил назад. Костя, толкнув дверь, вошел в комнату.

Она была большой; и если бы не изобилие мебели, она была бы еще больше. Окно напротив входа было плотно зашторено темно-красными портьерами. В дальнем левом углу стоял небольшой книжный шкаф, узкий и высокий, всем своим видом говорящий о том, что внутри него собрана лишь избранная литература. Слева расположился старомодный комод с зеркалом, тускло отблескивающий лаковыми поверхностями на неярком свету узкого и вытянутого светильника. В дальнем правому углу — небольшой письменный стол, на котором стопкой высились несколько книг. Там же стоял вполне современный компьютер. Ближе к дальней стене, спиной к книжному шкафу, в старом кожаном кресле черного цвета сидел человек. Одетый в бархатный халат темно-шоколадного цвета, закинув ногу на ногу, он смотрел на вошедшего Костю, как тому показалось, с мрачным любопытством. На его коленях лежала открытая книга, которую он прекратил читать в тот самый момент, когда его потревожили. На вид ему было под пятьдесят, он был худощав и подтянут, коротко и стильно подстрижен. Маленькие очки с круглыми стеклами в тонкой оправе окончательно придавали ему вид интеллигентного и образованного человека. Перед ним был маленький круглый столик, на котором стоял поднос с чайником, заварником и чашкой. Почему-то именно эти вещи произвели на Костю большее впечатление, чем все остальное.

Дверь за спиной Кости закрылась, и он не знал, что ему сказать. Он подозревал, что эта квартира равно как и ее владелец произведут на него впечатление. Теперь же он чувствовал, что окончательно выбит из колеи. Огромная квартира была стара и убога, но эта комната и этот человек были куда страннее, чем Костя себе представлял. И комната и ее обитатель были аккуратными и интеллигентными, и они никак не вязались со всем тем, что осталось за закрывшейся за Костей дверью в полутемную прихожую и коридор.

— Здравствуйте, — сказал Костя.

— Здравствуйте, — ответил мужчина, не спуская с него взгляда. Голос у него был глубоким и негромким, но при этом сильным.

— Я к вам от Саши, — неожиданно для себя сказал Костя.

Мужчина молчал несколько секунд, явно размышляя над словами Кости.

— Какого Саши? — наконец, спросил он, чуть наклоняя голову набок.

— Саши Киселева. Не помните? Невысокий худой молодой человек с волосами до плеч.

— Простите, а вы?

— Я его старший брат, — Костя сделал шаг вперед и остановился в метре перед столиком. — Костя Киселев.

На лице мужчины появилось выражение, какое бывает у людей, которых посетил приступ легкой, мимолетной головной боли.

— Кто вам сказал об этом месте?

— Разве это имеет какое-то значение?

— Просто хотелось бы знать, кто распространяется…

— Вам не о чем беспокоится, — сказал Костя.

— Я и не думал, — холодно сказал мужчина. — Могу лишь сказать, Константин, чтобы вы не слышали об этом месте, это все ложь.

— Разумеется.

— Меня зовут Антонов, Василий Николаевич. Не знаю, что вам там наболтали обо мне, но я всего лишь журналист и писатель. Присаживайтесь, — он указал взглядом в сторону, и Костя, обернувшись, увидел еще одно кресло, стоящее возле комода. Подтащив его к столику, он уселся на самый краешек кресла.

— Вы из полиции? — прямо спросил Антонов, буравя Костю холодным и внимательным взглядом.

— Нет. Я действительно старший брат Саши.