Спонтанность

Официант немедленно приносит счёт, и Рон платит, несмотря на мои протесты. Мы идём в кино! Рон ни разу не был в кино, но Гарри водил Джинни, и Рону, вероятно, стало любопытно. Я ёжусь, представляя себе, что выйдет из этой затеи. Нас наверняка выгонят из кинотеатра. Кино…

Мы выходим под дождь, и вдруг на меня что-то находит. В голове всплывают эпизоды из старого фильма, который я видела в детстве. Я достаю палочку и создаю громкоговоритель, чтобы маленький ресторанный оркестр был слышен на улице.

— Пригласи меня на танец, — прошу я.

— Мы пропустим фильм, — говорит Рон.

— Спонтанность, — напоминаю я.

— Спонтанность! — радостно вопит Рон.

Он смеется и берёт меня за талию. Мы танцуем, пока не чувствуем, что промокли до нитки и продрогли до мозга костей. Играет медленная мелодия, Рон кружит меня под дождём, и я вдруг замечаю, что главный официант (и не он один) наблюдает за нами в окно. Дождь хлещет, мы продолжаем свой мокрый, неуклюжий танец, а потом я останавливаюсь и целую Рона.

С моего свитера стекает вода, джинсы прилипли к ногам. Я дрожу под пронизывающим ветром.

— Мы пропустили начало сеанса, — Рон разочарован.

— Сходим в другой раз. А сейчас мы пойдём на Гриммо и снимем с себя всю мокрую одежду.

— Мы можем найти укрытие и высушиться заклинаниями, — говорит Рон.

Иногда он бывает идиотом.

— Мы пойдём на Гриммо и снимем с себя всю мокрую одежду, — повторяю я. Наконец до него доходит. Он смотрит на меня в изумлении.

— Ты хочешь, чтобы мы…? — спрашивает он.

— А ты нет? Почему сегодня утром ты набросился на меня? — спрашиваю я.

— Твоя майка, точнее, моя майка, она перекрутилась, и я увидел тёмный кружок вокруг твоего соска. И не сдержался.

— Это ареола, — говорю я.

— Что? — удивляется он.

— Тёмный кружок вокруг моего соска — а-ре-о-ла, ареола, — я тычу ему пальцем в грудь, в предполагаемое место расположения ареолы.

— Чёрт возьми, — говорит он, — ты всему на свете знаешь название?

«Спонтанность», — думаю я.

— Что это? — дрожа от холода, я задираю свитер и майку Рона и тычу ему пальцем в живот.

— Проще простого — пупок, — предсказуемо отвечает он.

— Умбиликус, — говорю я.

Он хохочет и не может остановиться, а я смотрю в его ярко-голубые глаза, окружённые веселыми морщинками. Мы оба знаем, что собираемся сделать, и вместе принимаем самое важное решение в нашей жизни. Нам не нужны слова — мы просто целуемся.

— Но сначала мне понадобится телефонная будка, — говорю я.

Рон хватает меня за руку и переносит к телефонной будке в Оттери-Сент-Кэчпоул. Здесь тоже уже льет проливной дождь.

— Я звонил тебе из этой будки прошлым летом, — говорит он.

Мы забегаем внутрь, и я звоню домой. Трубку поднимает мама.

— Привет, мама, я звоню предупредить, что сегодня не приду ночевать. Я немного выпила и боюсь аппарировать. Отправлюсь в Нору через камин и переночую у Джинни, — вру я. Ложь даётся на удивление легко.

Я знаю, что мама мне не верит, но мне девятнадцать — что она может сделать? В трубке повисает тишина.

— Ты точно знаешь, что делаешь? — спрашивает мама.

— Да, мам, конечно.

— Пожалуйста, будь осторожна, — шепчет она.

— Хорошо. Спокойной ночи, — я вешаю трубку.

— Она поверила? — спрашивает Рон. Я пожимаю плечами, становлюсь на цыпочки и тяну его для очередного поцелуя. Рон аппарирует на ступеньки Гриммо, двенадцать, открывает дверь и приглашает меня зайти.

— Чёрт, — говорит он, кивая в сторону лестницы. На стойке для одежды висят куртки Гарри и Джинни; под ними красуется лужа. В доме тихо.

— Интересно, где они? — задумчиво спрашивает Рон.

— В комнате Гарри, я полагаю — снимают свою мокрую одежду, — говорю я.

— Но… — Рон растерян. На его лице отражаются десятки противоречивых эмоций. — Они… — пытается продолжить он.

— Рон, что было в прошлое воскресенье? — спрашиваю я.

— Джинни… Гриффиндор… выиграл школьный кубок.

— А после матча Гарри и Джинни… отпраздновали победу, — говорю я.

Новость бьет его бладжером по голове.

— Мы собираемся снять с себя мокрую одежду — или мне уйти домой, чтобы ты мог помешать Гарри и Джинни? — спрашиваю я. Рон не задумываясь берёт меня за руку и ведёт к лестнице.

— Ты покажешь мне свою а-ре-о-лу?— спрашивает Рон по пути на второй этаж, и мы оба начинаем смеяться.

В этот момент звуки с верхнего этажа, на котором находится спальня Гарри, заглушаются заклинанием.

… belle ragazze — красивые девушки (ит.)

Глава 3. Рон

Двигаюсь медленно и осторожно, опираясь на локоть, чтобы понаблюдать за тем, как она спит.

Мы уснули, держась за руки, и кончики наших пальцев всё ещё соприкасались, когда я пару секунд назад проснулся. Обалденное чувство!

Стараюсь не двигаться, чтобы не потревожить её, но у меня нет выбора. Моя нога (и не только она) ноет от напряжения. Гермиона вздыхает и слегка шевелится во сне, и мы теряем контакт пальцев с пальцами, тела с телом.

Тела с телом!

Чёрт возьми!

Жаль отпускать её руку, но я хочу вернуть к жизни затёкшую ногу и ещё немного полюбоваться Гермионой.