Stalker: Еретик

Я быстро потерял счет времени. Не понимал, шел ли час или же всего лишь его четверть. Время точно растянулось. В тягостные минуты жизни мы с нетерпением ждем их окончания, чем только продлеваем муку.

С удивлением я ступил на нечто твердое. Шаркнул ногой — обнажился рельс. Дальше громоздились сугробы, из которых выглядывало опаленное ржавчиной железо. Я тут уже был, когда направлялся с Альтом к заброшенной воинской части. Под снегом похоронены опрокинутые вагоны тепловоза, севернее, в сгущавшихся зарослях высился хлебозавод, а рядом с ним в деревьях затерялась база ОРСа, отдела рабочего снабжения. Именно к ней и вела уже плохо проглядываемая тропа. Я рассмотрел ее в бинокль и вычислил ангар, к которому она тянулась. Идти по дороге и дальше было опасно, на ней я, как на ладони. Свернул в лес.

Непогода оказалась кстати. Часовых снаружи не выставили, гул ветра заглушал мое приближение, а метель укрывала от случайных взглядов в окна ангара. Главное, самому не заплутать. Дальше вытянутой руки предметы размывались, компас служил преданным советчиком. Несмотря на зимнюю белугу и форму под комбезом, я продрог до костей. Ветер пронизывал, как рентген. В деревьях, правда, он нападал не столь рьяно.

Серая стена ангара возникла передо мной неожиданно. И слишком рано. Значит, не тот. Я обошел ангар, опираясь о стену, будто подзаборная пьянь. Миновал еще два таких же. Четвертый, если меня не обманывала память, был тем, что мне нужен. Через бинокль я попытался отыскать тропу, но ее замело. Окон в постройке не оказалось. Если и проводить разведку, то изнутри. Притвориться заблудшим сталкером? Головорезы могут застрелить, не выслушав. Вломиться и открыть огонь? Но ангар может оказаться пустым.

Я машинально перекрестился, поцеловал крестик и, согнувшись, потрусил ко входу в ангар. У ворот остановился и прислушался. Выл ветер, шуршал о комбез снег. Ни голоса, ни смеха. Сюда ли мне?

Осторожно, на сантим я приоткрыл воротину. Темноту изнутри подсвечивало янтарем — в глубине жгли костер. По спине пробежали мурашки. Всего несколько метров разделяли меня и банду Султана, меня и Сердце Оазиса.

Вздрогнули гитарные струны, зашелестел тихий голос. Фортуна мне благоволила. Я расширил щель и заглянул в ангар. Вдоль стен стояли большие чаны. Свет исходил из второй комнаты. В ее дверном проеме виднелись чьи-то ноги у костра.

Гуськом я вошел в ангар, аккуратно прикрыл створку ворот. Жаль, гранаты продал. Устроил бы сейчас веселье. Решил подкрасться ближе, к самой перегородке комнат.

Гитара замолчала.

— Ты ниче не слыхал? — встревожился один из шайки.

— Ве-етер, — отозвались ему лениво.

Я подождал немного. Музыка возобновилась, бандит тонко запел:

— За нашу тяжелую с риском работу

Мы сами себе выделяем награды.

В могильниках спрятаны все недостачи,

Где сколько всего, рассказать не могу.

Пассив — миллиарды, ну что там, моя дача,

Ну, полмиллиона — иголка в стогу.

И пусть называют меня мародером,

Здесь так поработать большая удача.

Шаг за шагом я достиг спасительной стены. Вовремя. Песня вновь оборвалась.

— По мне скрипит что-то, — не унимался первый бандит. — Мож тушканы?

— Мля, да тут все скрипит, гляди того и развалится. Ветрюга знатный.

— Все-таки пойду проверю.

— Иди, иди. Если что, кричи.

Я медленно снял с плеча автомат, нацелил на проход. Головорез появился в проеме двери, посветил фонариком на ворота, дальние углы.

— Никого, — облегченно выдохнул, повернулся и зашаркал назад.

Самое время для атаки. Бандит послужит прикрытием.

Я возник за спиной головореза и всадил ему пулю в затылок. Прежде чем труп упал, выстрелил из-за его плеча в лоб первому попавшемуся на глаза. Забряцало оружие, бандиты вскочили с мест. Я отпрыгнул в сторону, перекатился, опрокинул стол. Доски затрещали под градом пуль. Чуть ли не на четвереньках я рванулся к другому столу: крепче, больше, почти во всю длину помещения.

Дал очередь по ногам, топтавшимся перед костром. Двое упали, матерясь; дослал контрольные. Звякнула чека, в стену ударилась РГД. Отскочил, распластался по полу. Оглушило, на плечи осыпалась штукатурка. В ушах зазвенело. Никак не получалось сфокусировать взгляд. Ну, все. Сейчас убьют.

На миг скользнуло перед глазами мокрое от слез лицо Люды, но этого хватило, чтобы встряхнуть мозг и заставить его соображать. Я поднял автомат над столом и вслепую разрядил «рожок». С обеих сторон ухнули гранаты. Я нырнул под стол. Обдало жаром, по пояснице будто молотом вломили, ребра заныли. Я уперся в пол, чтобы встать, но сверху точно набросили гробовую плиту.

Жесткие пальцы сжали плечи и вытащили к огню. Потолок качался. Было бы неплохо, если бы он обрушился. Почему-то я был уверен, что выберусь, а бандитов придавит. В правом ухе тепло и мокро. Злосчастные ребра выли волком.

Надо мной нависли двое в грязных темных плащах с капюшонами. Лицо одного наполовину скрывал черный выцветший платок, другой был лысым, с низким лбом, с злобными узкими глазенками и с выдающейся вперед нижней челюстью.