Старый дом, тихий двор…

Леська не замедлила похвастаться срывом контрольной.

— Я тоже так хочу! — заявила Эль, набивая рот до ушей. Катька же подозрительно изучала еще одну кастрюльку, а точнее её сине-фиолетовое комковатое содержимое.

— Леся… что это еще за эксперименты? — Катька опасливо ткнула вилкой в субстанцию, та в ответ недовольно булькнула.

— Это… кисель… — смутилась Леся, — клубничный…

— А синий почему? — встряла Эль, тоже косясь на «кисель».

— А он никак не хотел загустевать… ну и я решила проверить, есть ли в нем вообще крахмал… и йода капнула… — совсем смутилась Леська.

— Мда, — вздохнула Катя, — только зря перевела продукт. Ну да ничего… Нарооод! Айда за колой с пироженками! — народ радостно поддержал идею, кроме Сани, которая, пробормотав что-то вроде «да ты ведь лопнешь, деточка», поспешила заняться вязанием.

— А ты налей и отойди, — пробубнила Катя, зашнуровывая кеды. Так и пошли втроем, Эль зачем-то прихватила утюг, положив его в рюкзак. Зря, конечно: им снова никто не встретился. Девчонки весело болтали, смеялись и представляли, как будут отбиваться от Слендермена утюгом… если бы они пригляделись повнимательнее, то увидели бы, что в тени стены за ними постоянно движется некая тень лохматых очертаний, а еще чуть за ней — белая фарфоровая маска, просто болтающаяся в воздухе.

Это Тварь-Из-Темноты и Мистер ужас решили проследить за соседками, а заодно и проверить, действует ли аура страха на девиц. Но те продолжали смеяться и гомонить, пока не скрылись в продуктовом. Ужас-во-мраке притаился под крыльцом, а Маска так и зависла у стены.

— Не смотри на меня, я ничего не понимаю, — пробурчал Ужас-из-Мрака, — кажется, они и вовсе не ощущают твоего воздействия… Отойди подальше!

Последнее прозвучало несколько нервно, ибо даже Ужасный и Таинственный некто из темноты откровенно боялся Маску.

— Ну и где они там встряли? — ворчал Скрытый, а о чем думал Маска, оставалось тайной, ибо Маска всегда молчал. Зато Маска подошел и попробовал заглянуть в дверь магазина, за что и поплатился: вылетающая с пакетом Катька съездила по маске дверью. Раздался хруст битого фарфора, и осколки посыпались вниз.

— Что это я расквасила? — поинтересовалась Катя, подбирая осколки, — мисочку какую-то…

— И оставила без корма бездомных котят! — возмутилась идущая следом Лариска, — как ты могла! -

Стараясь избежать лекции в пользу голодающих зверей, Фай ногой запихала осколки под крыльцо, и перевела тему:

— Да ладно тебе! А я забыла тебе сказать, что прикупила полезную вещицу!

— Полезную кому? — Эль, выходя из магазина, вспомнила, что не купила сигарет, и пыталась было вернуться за ними, но Леська и Катька оказали яростное сопротивление. Пришлось плестись в хвосте, вздыхая о сигаретке.

— Даже не думай, стерва, — по привычке угадав мысли подруги, отрезала Катя, — итак смолите с Санькой, как два паровоза! А курить вредно, между прочим!

— Когда я курю, я вредна только самой себе, — вздохнула Эль, — а вот не покурю пару дней — буду опасна для окружающих!

Катя тряхнула волосами и сморщила нос:

— Вот и будь вредна нашим «милым» соседям! — продолжая болтать, девочки свернули за угол и направились в родной двор.

— Нет, ну ты видел! Разбили твою маску, и осколками в меня! Я им что, мусорка? — возмущался Прячущийся в темноте, обращаясь к потерявшему лицо Маске, но ответа не получил.

— Ты тут вообще? — спросил Прячущийся у кирпичной стены. Ни звука, ни шороха… Прячущийся вздохнул и поплелся домой, негодуя на трусливо сбежавшего Маску.

Нечто, похожее на дуновение прохладного ветра, ринулось в том же направлении.

Девочки опередили «шпионов» и разливали уже колу по чашкам.

Фай, довольная и веселая, расположилась на подоконнике, плотоядно косясь на пироженое, украшенное сверху ягодами. Вновь стояло тепло, и окно решено было раскрыть, дабы напустить полезного кислорода.

— Девочки, чур моё — с вишенкой! — подала голос Эль.

— Забирай, а я беру корзинку с малиной, — отозвалась Фай. Эль уселась рядом на подоконник, на котором, к несчастью, уже стояла кастрюлька со злосчастным киселем.

— Вишенка… — промурчала Эль, отрывая ягодку от пироженки, и тут же заверещала: — ай! Куда! Стой! — вожделенная вишня попыталась сорваться с ножки и улететь в окно, но кто думает, что ей это удалось, тот не знает Эль. С завидной реакцией блондинка схватила свою добычу, при этом задев локтем… Фай. Та пискнула и попыталась не улететь в окно.

— К черту ягоду, спасай меня! — заорала девушка, но все же удержала равновесие. Чего не скажешь о кастрюле, которая полетела во двор. Раздался чавкающий звук, звон и приглушенное завывание.

— Смотри-ка, сосед! — не в тему хихикнула Эль. Кастрюлька плотно наделась на голову Прячущегося в темноте. Девочки увидели лишь спутанные волосы неопределимого цвета, грязные и нечесанные, и тощее, покрытое грязью тело в малопонятных лохмотьях. Теперь к грязи добавился еще и синий кисель.

— Я то фаф еффо бобурусь! — раздалось из-под кастрюли, которую Прящучийся яростно скреб когтями.