Страшила

Над головой что-то взвизгнуло, и Тошка понял, что из-за накрывшего сознание ужаса, он больше не чувствует ни рук, ни ног! Единственное что удалось сделать — это вжать голову в плечи! Ну, в придачу, зажмуриться. Сверху налетел чудовищный порыв ветра и попытался швырнуть носом в грязь! Тошка выстоял, сам не зная как… Затем всё угомонилось, и он рискнул открыть глаза…

Посмотрел в хвост удаляющемуся поезду. Оценил собственную трусость. Да уж… Хорошо, что хоть один — иначе подколов было бы не избежать! Причём самых обидных!

Тошка передернулся, ощущая, как к конечностям возвращается утерянная чувствительность, отчего пальцы на руках и ногах еле заметно покалывает. Пересилил остатки страха и выглянул снова… Ничего нет. Даже шеста не осталось!

Тварь его просто встретила и убралась в неизвестном направлении!

А может только спряталась? До ночи.

Тошка побледнел и принялся крутить головой. Ничего. Загаженная канава, облезлая трава, кое-где вспучилась рыжеватая глина — всё это греется на весеннем солнышке и источает отборнейший смрад! Прямо по курсу — сточная труба, ведущая на ту сторону железнодорожной насыпи… Тошка помнил — так проще всего перебраться через рельсы, не боясь попасть под поезд! Вот уж местечко, так местечко! Даже тёмное БОМБОУБЕЖИЩЕ, с населяющими его ТАКающими призраками, — и рядом не стояло!

Вот где подобной жути самое место!

Тошка почувствовал непреодолимое желание поскорее выбраться из сырой канавы! Просто так, чтобы не искушать судьбу. Полез наверх. На краю склона замер и зачем-то посмотрел на рыжее дно, где только что стоял…

Лучше бы он этого не делал — в смысле, не оглядывался! Внизу, на рыхлой глине, вперемешку с его собственными следами, угадывались отпечатки чужих ног! Вернее лап… или чего там… Три пальца и отведённый назад коготь, как у курицы! Хотя судя по размеру следов — на этом самом месте, причём не так давно, топтался огроменный страус! Или…

Тошка невольно попятился…

Следы вели в сторону трубы.

Им пришлось ждать целый час, прежде чем Павлик сказал, что что-то происходит. Тошка даже замёрз, сидя на камешке. Сначала он всё же периодически пританцовывал, чтобы не ощущать нудный холод, но потом ему надоело, да и силы тоже куда-то делись… Ко всему прочему, примешалось чувство голода, а в коленках «загудела усталость» — ещё бы, столько пройти! Нет бы на автобусе тихо-мирно доехать, как нормальные люди!

Посторонние мысли даже как-то заслонили недавние страхи и напряжение, будто, кроме томительного ожидания, в данном, конкретном, месте, больше не могло ничего случиться! Наверное, именно поэтому они и молчали всё время, в душе понимая, что человеческая речь непременно вернёт всё на круги своя… И не важно, о чём именно говорить. Страх без сомнений вернется, как только прозвучит чей-нибудь голос!

Так и случилось.

Тошка вскочил и полез к Павлику.

Психи… Он представлял их как-то иначе. Вернее не такими похожими на здоровых людей. В фильмах данный контингент обычно изображали чересчур буйным и агрессивным, способным на какое-нибудь ужасное деяние! Типа схватить бензопилу и начать резать кого ни попадя на своём пути! В документальных программах, естественно, подобной жути не было, но камеры всегда выхватывали из общей толпы исключительные экземпляры, с мутным взором, трясущимися руками и безразличием ко всему, что их окружает!

Тошка поёжился… И чего это он? Возомнил себя экспертом в области отъявленных психопатов? Бред. Скорее просто обсмотрелся втайне от родителей того, что не следовало даже начинать смотреть! А на деле, за этим забором может твориться всё что угодно… вплоть до скучной обыденности!

Так и показалось на первый взгляд: по узеньким аллеям прохаживались вполне адекватный люди в грязно-жёлтых ватниках, отчего казалось, что больница вовсе и не психоневрологическая, а самая обыкновенная…

С самыми ОБЫКНОВЕННЫМИ пациентами…

Но это были именно психи, — Павлик сам так прошептал, ни к кому не обращаясь.

Тошка вгляделся внимательнее… И понял, что не все пациенты ведут себя АДЕКВАТНО… Нет, на первый взгляд, всё вроде ничего — гуляют, дышат воздухом… А если присмотреться! У одного на ногах вместо зимних туфель болтаются домашние тапочки… Другой то и дело замирает у каждого дерева… Сначала Тошке показалось, что просто так. Ан нет! Вроде как с кем-то разговаривает… кому-то что-то показывает… Хотя рядом и никого нет! Ещё один постоянно останавливается и спускает штаны… Прямо посреди тропки, у всех на виду! Потом задирает подол ватника и… Тошка предпочёл отвернуться. Ну его! А вот женщина с ребёнком! Тошка удивился — как такое возможно? Павлик сказал, что знает её. Там вовсе не ребёнок, а обычная кукла. Тошка не знал, что страшнее… Женщина, тем временем, присела на скамейку и принялась кормить малыша грудью? Тошке почувствовал, что его сейчас вырвет. Он ухватился за подбородок и поспешил отвернуться…