Через легкую розовую тюль на окне в кухню просачиваться свет солнца, садящегося за горизонт. Был конец сентября, на дворе стояло «бабье лето» и в этом году оно было как никогда жарким. По прогнозам синоптиков, вопреки законам природы, в октябре жара должна была только усилиться.
Добавить в моё избранное
20 мин, 13 сек 783
— Ну и где же эта речка? Да уж далековато я в глубь леса зашел, видать.
Вдруг Алексей встал как вкопанный. Пение птиц нарушил опять тот самый плач, только уже не где-то там, а вот, вроде, загляни за кусты что слева и увидишь ее. Пару секунд Алексей стоял в нерешительности. В него забралась какая-то непонятна тревога. Подсознание подсказывало как будто: «Не ведись больше на это!». Но он тут же отдернул сам себя.
— Да что это я, как маленький. Человеку может помощь нужна, а я…
Он решительно шагнул в кусты. Пройдя всего несколько шагов он увидел, что лес стал расступаться, не успев как следует загустеть, и он вышел на большую, залитую солнечным светом поляну. Метрах в пятнадцати от себя он увидел сидящую на камне девушку, которая закрыв лицо двумя руками рыдала навзрыд.
— Девушка, что с Вами!
Девушка оторвала руки от заплаканного лица и посмотрела в сторону Алексея продолжая всхлипывать. Алексей отметил про себя, что она совсем молоденькая и довольно таки хорошенькая.
— Что случилось?
— Он сделал шаг вперед, не глядя под ноги. Нога наступила на какую-то корягу, пятка предательски соскользнула с шлепанца и в нее тут же что-то вонзилось. Боль моментально пронзила все тело и пройдя вверх по позвоночнику отдалась в затылке. От неожиданности и боли Алексей упал на одно колено и глянул на ногу. Из пятки торчал кончик шипа. Алексей ухватил пальцами за него и резким движением выдернул. Шип оказался довольно большим, но крови видно не было.
— Ну, надо ж было так. Надо будет обработать рану, а то не хватало мне еще какую-то инфекцию подцепить.
Все произошло очень быстро и когда Алексей отшвыривал от себя этот злополучный шип, он заметил, не без удивления, что больше нет солнечного света. Когда свет пропал, он не понял. Алексей начал подниматься, одновременно поднимая и взгляд от земли. Вокруг было не то, чтоб совсем темно, но как будто сумерки.
— И куда это солнце делось? Как так быстро могло стемнеть?
Тут он увидел, что девушка уже не сидела на камне, а стояла от него метрах в шести-семи.
— Как это она так быстро?
— Тут его взгляд встретился с ее. На него смотрели две, залитые черным цветом, глазницы. Этот взгляд пронизывал все тело, забирался в самые потаенные частички души и казалось вытягивает саму душу из парализованного тела Алексея. Время остановилось. Его как будто не было вообще. Не было больше ничего, кроме панического, нечеловеческого страха. Страх пронизывал все, проникал в каждую клеточку, не давал в голове возникнуть ни одной мысли. В горле так и застрял ком, который Алексей не успел сглотнуть. Он стоял как кролик перед удавом, не в силах шелохнуться.
Девушка расставила руки, будто она собиралась принять в свои объятья Алексея. Медленно, паря над самой землей, она начала приближаться к нему. Ее рот раскрылся как для безмолвного крика и оттуда показались белые, острые как бритва, зубы. Они росли, увеличивались, выдвигались вперед. Вся кожа стала сморщиваться и приобрела желтоватый цвет. Это уже была не молодая девушка, даже намека в ней не осталось на тот образ, который изначально предстал перед Алексеем. На него надвигалась безобразная, сморщенная старуха с непропорционально длинными руками и двумя рядами огромных зубов, торчащих из ее пасти.
На спину кто-то запрыгнул и, цепляясь за футболку, проворно забрался на плечо. Острые маленькие зубки вонзились Алексею в мочку уха. Боль от укуса вывела его из ступора. Он механически одернул голову и стукнул рукой по плечу, с намерением скинуть это с себя. Но кто-то, перебирая шустрыми лапками, перебрался тут же на другое плечо. Алексей мотнул головой и увидел у себя на плече крысу, которую совсем недавно видел на том странном парне. Старуха издала звук похожий на шипение и замерла на месте.
— Чура зови! — услышал Алексей женский голос, исходящий от крысы. Где-то на подсознательном уровне он чувствовал, что от крысы угрозы нет, ее бояться не стоит. Опасность исходила от Таси и это он чувствовал всеми фибрами своей души.
— Тася!
— Пронеслось в его голове.
— Это ведь Тася!
— И после этой первой отчетливой мысли к нему вернулась способность мыслить. Мысли стали с бешеной скоростью проноситься в голове, сменяли друг друга, путались, исчезали так и не успев сформироваться до конца.
— Ну же! Чего стоишь как истукан? Чура зови, говорю!
— Что? Кого?
— Алексей не узнал своего голоса. Он прозвучал тихо, шепотом, с хрипотой, но это был не его голос. Он не спускал глаз со старухи, которая продолжала сверлить его своими черными мертвыми глазницами. Вдруг она опять двинулась вперед. Алексей шатнулся и сделал шаг назад.
— Бабуся, ты чего? — голос звучал уже более отчетливей и внятней.
— Чура зови! Ну что же ты! Он поможет! Зови же!
— Что? Кого? Бабуся, Господь с тобой! Какого Чура? Господи, помоги!
Вдруг Алексей встал как вкопанный. Пение птиц нарушил опять тот самый плач, только уже не где-то там, а вот, вроде, загляни за кусты что слева и увидишь ее. Пару секунд Алексей стоял в нерешительности. В него забралась какая-то непонятна тревога. Подсознание подсказывало как будто: «Не ведись больше на это!». Но он тут же отдернул сам себя.
— Да что это я, как маленький. Человеку может помощь нужна, а я…
Он решительно шагнул в кусты. Пройдя всего несколько шагов он увидел, что лес стал расступаться, не успев как следует загустеть, и он вышел на большую, залитую солнечным светом поляну. Метрах в пятнадцати от себя он увидел сидящую на камне девушку, которая закрыв лицо двумя руками рыдала навзрыд.
— Девушка, что с Вами!
Девушка оторвала руки от заплаканного лица и посмотрела в сторону Алексея продолжая всхлипывать. Алексей отметил про себя, что она совсем молоденькая и довольно таки хорошенькая.
— Что случилось?
— Он сделал шаг вперед, не глядя под ноги. Нога наступила на какую-то корягу, пятка предательски соскользнула с шлепанца и в нее тут же что-то вонзилось. Боль моментально пронзила все тело и пройдя вверх по позвоночнику отдалась в затылке. От неожиданности и боли Алексей упал на одно колено и глянул на ногу. Из пятки торчал кончик шипа. Алексей ухватил пальцами за него и резким движением выдернул. Шип оказался довольно большим, но крови видно не было.
— Ну, надо ж было так. Надо будет обработать рану, а то не хватало мне еще какую-то инфекцию подцепить.
Все произошло очень быстро и когда Алексей отшвыривал от себя этот злополучный шип, он заметил, не без удивления, что больше нет солнечного света. Когда свет пропал, он не понял. Алексей начал подниматься, одновременно поднимая и взгляд от земли. Вокруг было не то, чтоб совсем темно, но как будто сумерки.
— И куда это солнце делось? Как так быстро могло стемнеть?
Тут он увидел, что девушка уже не сидела на камне, а стояла от него метрах в шести-семи.
— Как это она так быстро?
— Тут его взгляд встретился с ее. На него смотрели две, залитые черным цветом, глазницы. Этот взгляд пронизывал все тело, забирался в самые потаенные частички души и казалось вытягивает саму душу из парализованного тела Алексея. Время остановилось. Его как будто не было вообще. Не было больше ничего, кроме панического, нечеловеческого страха. Страх пронизывал все, проникал в каждую клеточку, не давал в голове возникнуть ни одной мысли. В горле так и застрял ком, который Алексей не успел сглотнуть. Он стоял как кролик перед удавом, не в силах шелохнуться.
Девушка расставила руки, будто она собиралась принять в свои объятья Алексея. Медленно, паря над самой землей, она начала приближаться к нему. Ее рот раскрылся как для безмолвного крика и оттуда показались белые, острые как бритва, зубы. Они росли, увеличивались, выдвигались вперед. Вся кожа стала сморщиваться и приобрела желтоватый цвет. Это уже была не молодая девушка, даже намека в ней не осталось на тот образ, который изначально предстал перед Алексеем. На него надвигалась безобразная, сморщенная старуха с непропорционально длинными руками и двумя рядами огромных зубов, торчащих из ее пасти.
На спину кто-то запрыгнул и, цепляясь за футболку, проворно забрался на плечо. Острые маленькие зубки вонзились Алексею в мочку уха. Боль от укуса вывела его из ступора. Он механически одернул голову и стукнул рукой по плечу, с намерением скинуть это с себя. Но кто-то, перебирая шустрыми лапками, перебрался тут же на другое плечо. Алексей мотнул головой и увидел у себя на плече крысу, которую совсем недавно видел на том странном парне. Старуха издала звук похожий на шипение и замерла на месте.
— Чура зови! — услышал Алексей женский голос, исходящий от крысы. Где-то на подсознательном уровне он чувствовал, что от крысы угрозы нет, ее бояться не стоит. Опасность исходила от Таси и это он чувствовал всеми фибрами своей души.
— Тася!
— Пронеслось в его голове.
— Это ведь Тася!
— И после этой первой отчетливой мысли к нему вернулась способность мыслить. Мысли стали с бешеной скоростью проноситься в голове, сменяли друг друга, путались, исчезали так и не успев сформироваться до конца.
— Ну же! Чего стоишь как истукан? Чура зови, говорю!
— Что? Кого?
— Алексей не узнал своего голоса. Он прозвучал тихо, шепотом, с хрипотой, но это был не его голос. Он не спускал глаз со старухи, которая продолжала сверлить его своими черными мертвыми глазницами. Вдруг она опять двинулась вперед. Алексей шатнулся и сделал шаг назад.
— Бабуся, ты чего? — голос звучал уже более отчетливей и внятней.
— Чура зови! Ну что же ты! Он поможет! Зови же!
— Что? Кого? Бабуся, Господь с тобой! Какого Чура? Господи, помоги!
Страница 4 из 6
