В душной аудитории царил полумрак. На свету, что пробивался с улицы через мутные старые окна, плясали пылинки. Антон Воронов искренне пытался сосредоточиться на словах лектора, но её монотонный голос навевал безграничную тоску. Взгляд его в который раз скользил по рисункам на древней парте, которая, должно быть, стояла здесь ещё в досоветские времена, оставленным прошлыми поколениями студентов…
48 мин, 18 сек 9720
— Нет-нет, что ты, просто хотел попросить снотворное и успокоительное.
Из трубки какое-то время не раздавалось ни звука, после чего Антон услышал глубокий вздох.
— Ладно. Увидимся позже, — недоверчиво произнесла Оксана, и, после того как парень пробормотал: «ага», повесила трубку.
Девушка пришла к обеду, до этого Антон ни на минуту не отвлекался от работы. Протиснувшись в квартиру с огромными сумками продуктов, она замерла, вглядываясь в его лицо. Не вынося её пристального взгляда, парень взял пакеты из её рук и направился на кухню, буркнув на ходу: «Проходи».
— Ты ужасно выглядишь, — с сочувствием сказала Оксана, но парень поспешно прервал её.
— Давай не будем об этом. Я ужасно голодный, — с интересом разглядывая содержимое пакетов, он остро ощутил чувство голода и вспомнил, что не ел с самого утра.
Сняв верхнюю одежду, девушка прошла за ним и обняла его сзади за талию, прижавшись щекой к спине.
— Я так и знала, что ты забудешь поесть, поэтому решила приготовить спагетти болоньезе, ты не против?
Антон повернулся к ней и легко коснулся губ, чувствуя себя в её присутствии намного лучше.
День прошел в прекрасной обстановке: они вместе готовили, смотрели кино, закутавшись в одеяло Антона, целовались. Оксана не сомневалась, что останется у любимого на ночь, но он, опомнившись, когда уже начало темнеть, попросил её уйти.
— Мне нужно ещё поработать, солнышко, прости, — оправдывался он.
— Работай, я не буду тебе мешать, — по-турецки сложив ноги на кровати, сказала девушка, ещё не до конца осознав, насколько Антон решителен.
— Я не смогу работать, когда ты рядом, — он попытался придать голосу невинное выражение, но слова всё равно прозвучали слишком грубо.
Оксана отвела взгляд и, не сказав больше ни слова, встала с кровати и пошла в коридор. За её спиной парень закатил глаза и вздохнул. Неужели она думает, что он не хочет провести эту ночь с ней? Конечно хочет, просто боится… Чего? Убить её?
Ерунда. Он просто боится вновь увидеть кошмар, и проснуться в лихорадке, что не отпускала его уже два дня. Если девушка увидит его в таком состоянии, она с ума сойдёт от беспокойства.
Поймав её за руку у самого выхода, Антон притянул её к себе и обнял так крепко, как только мог, не причинив ей боли.
— Прости меня, солнышко, я сегодня сдам этот проект, и всё снова встанет на свои места, обещаю, — он погладил её по волосам, поцеловал в макушку и продолжил:
— Спасибо тебе за сегодняшний день, мне стало намного легче.
Оксана подняла на него взгляд и улыбнулась, давая понять, что парень прощен.
— Увидимся завтра на парах, — попрощалась девушка, целуя его в губы.
— Позвони, как придёшь домой, — ответил Антон, выпуская её из объятий.
Сдав проект, он выпил две таблетки снотворного, три таблетки успокоительного и лег спать. Утром его разбудил звонок будильника, и, счастливый, парень встретил новый день с улыбкой на губах.
Следующие три дня и три ночи страшные сны не беспокоили Воронова и он просыпался в своей постели. Утром ходил на пары, вечером работал или гулял с Оксаной или с Максимом.
В понедельник друг был сильно удручен из-за громкого разрыва с Мариной, которая изменила ему на третий день знакомства. Оксана обеспокоенно спрашивала, как дела с проектом, но Антон быстро успокоил её, сияя в доказательство поздоровевшим лицом. Снова началась привычная размеренная жизнь.
В среду вечером, проводив девушку домой, Антон прогуливался по зимнему городу, освещенному огнями, проигнорировав подошедший автобус. Фонари дружно выстроились вдоль дороги, освещая ему путь. Он уже почти забыл о страшных ночах, которые пережил в выходные, но, когда вспоминал о них, содрогался всем телом, и не переставал пить таблетки.
И в этот раз, запив лекарства стаканом воды, Антон лег спать и долго смотрел в потолок, мечтая о будущем.
Он вскочил с кровати, ощущая дикое желание, привычную жажду, которая чуть ли не болью отдавалась во всём теле. Борясь со странным, сковывающим чувством, парень провёл руками по волосам. Пальцы тряслись от страха, что он не получит сегодня то, чего хочет, как и в прошлые три ночи. Он жалел, что искусственно лишил себя возможности получить это, ненавидел таблетки.
Первым делом Антон схватил их с тумбочки и выбросил в окно, потом, как и раньше, схватил с верхней полки гардероба нож и, даже не одевшись, вышел в подъезд. Желание было таким страшным, таким невыносимым, что мысль о метаниях по улице в поиске жертвы казалась нелепой, но другого выбора не было…
Вдруг он увидел непонятное движение у соседней двери и вскоре узнал Чарли — соседскую собаку, которую, должно быть, выгнали за какою-то провинность.
Чарли был обычным дворнягой, но ужасно милым. Размером с хорошую немецкую овчарку, песчано-рыжий, с повисшими кончиками ушей. Он никогда не лаял на Антона, наоборот, всегда встречал его махая хвостом, подставляя голову для поглаживаний.
Вот и сейчас пёс поднялся с коврика и подался к парню, прижался всем телом к его ногам, намекая, что его нужно нежно похлопать по боку.
Из трубки какое-то время не раздавалось ни звука, после чего Антон услышал глубокий вздох.
— Ладно. Увидимся позже, — недоверчиво произнесла Оксана, и, после того как парень пробормотал: «ага», повесила трубку.
Девушка пришла к обеду, до этого Антон ни на минуту не отвлекался от работы. Протиснувшись в квартиру с огромными сумками продуктов, она замерла, вглядываясь в его лицо. Не вынося её пристального взгляда, парень взял пакеты из её рук и направился на кухню, буркнув на ходу: «Проходи».
— Ты ужасно выглядишь, — с сочувствием сказала Оксана, но парень поспешно прервал её.
— Давай не будем об этом. Я ужасно голодный, — с интересом разглядывая содержимое пакетов, он остро ощутил чувство голода и вспомнил, что не ел с самого утра.
Сняв верхнюю одежду, девушка прошла за ним и обняла его сзади за талию, прижавшись щекой к спине.
— Я так и знала, что ты забудешь поесть, поэтому решила приготовить спагетти болоньезе, ты не против?
Антон повернулся к ней и легко коснулся губ, чувствуя себя в её присутствии намного лучше.
День прошел в прекрасной обстановке: они вместе готовили, смотрели кино, закутавшись в одеяло Антона, целовались. Оксана не сомневалась, что останется у любимого на ночь, но он, опомнившись, когда уже начало темнеть, попросил её уйти.
— Мне нужно ещё поработать, солнышко, прости, — оправдывался он.
— Работай, я не буду тебе мешать, — по-турецки сложив ноги на кровати, сказала девушка, ещё не до конца осознав, насколько Антон решителен.
— Я не смогу работать, когда ты рядом, — он попытался придать голосу невинное выражение, но слова всё равно прозвучали слишком грубо.
Оксана отвела взгляд и, не сказав больше ни слова, встала с кровати и пошла в коридор. За её спиной парень закатил глаза и вздохнул. Неужели она думает, что он не хочет провести эту ночь с ней? Конечно хочет, просто боится… Чего? Убить её?
Ерунда. Он просто боится вновь увидеть кошмар, и проснуться в лихорадке, что не отпускала его уже два дня. Если девушка увидит его в таком состоянии, она с ума сойдёт от беспокойства.
Поймав её за руку у самого выхода, Антон притянул её к себе и обнял так крепко, как только мог, не причинив ей боли.
— Прости меня, солнышко, я сегодня сдам этот проект, и всё снова встанет на свои места, обещаю, — он погладил её по волосам, поцеловал в макушку и продолжил:
— Спасибо тебе за сегодняшний день, мне стало намного легче.
Оксана подняла на него взгляд и улыбнулась, давая понять, что парень прощен.
— Увидимся завтра на парах, — попрощалась девушка, целуя его в губы.
— Позвони, как придёшь домой, — ответил Антон, выпуская её из объятий.
Сдав проект, он выпил две таблетки снотворного, три таблетки успокоительного и лег спать. Утром его разбудил звонок будильника, и, счастливый, парень встретил новый день с улыбкой на губах.
Следующие три дня и три ночи страшные сны не беспокоили Воронова и он просыпался в своей постели. Утром ходил на пары, вечером работал или гулял с Оксаной или с Максимом.
В понедельник друг был сильно удручен из-за громкого разрыва с Мариной, которая изменила ему на третий день знакомства. Оксана обеспокоенно спрашивала, как дела с проектом, но Антон быстро успокоил её, сияя в доказательство поздоровевшим лицом. Снова началась привычная размеренная жизнь.
В среду вечером, проводив девушку домой, Антон прогуливался по зимнему городу, освещенному огнями, проигнорировав подошедший автобус. Фонари дружно выстроились вдоль дороги, освещая ему путь. Он уже почти забыл о страшных ночах, которые пережил в выходные, но, когда вспоминал о них, содрогался всем телом, и не переставал пить таблетки.
И в этот раз, запив лекарства стаканом воды, Антон лег спать и долго смотрел в потолок, мечтая о будущем.
Он вскочил с кровати, ощущая дикое желание, привычную жажду, которая чуть ли не болью отдавалась во всём теле. Борясь со странным, сковывающим чувством, парень провёл руками по волосам. Пальцы тряслись от страха, что он не получит сегодня то, чего хочет, как и в прошлые три ночи. Он жалел, что искусственно лишил себя возможности получить это, ненавидел таблетки.
Первым делом Антон схватил их с тумбочки и выбросил в окно, потом, как и раньше, схватил с верхней полки гардероба нож и, даже не одевшись, вышел в подъезд. Желание было таким страшным, таким невыносимым, что мысль о метаниях по улице в поиске жертвы казалась нелепой, но другого выбора не было…
Вдруг он увидел непонятное движение у соседней двери и вскоре узнал Чарли — соседскую собаку, которую, должно быть, выгнали за какою-то провинность.
Чарли был обычным дворнягой, но ужасно милым. Размером с хорошую немецкую овчарку, песчано-рыжий, с повисшими кончиками ушей. Он никогда не лаял на Антона, наоборот, всегда встречал его махая хвостом, подставляя голову для поглаживаний.
Вот и сейчас пёс поднялся с коврика и подался к парню, прижался всем телом к его ногам, намекая, что его нужно нежно похлопать по боку.
Страница 6 из 13
