Светоч

— Конечно, — подтвердила Гермиона, насторожившись. — Так можно взять книгу?

Трелони нетерпеливо махнула в сторону стеллажей — дескать, берите, только не мешайте.

Профессор МакГонагалл знала, что нужно искать. В книге, которую Гермиона с Северусом взяли почитать, был подробно описан ритуал. С помощью магии на карманные часы наносился символ светоча — круг со свечой в центре. Время останавливалось, и желания, скрытые в самых тёмных закоулках сознания, воплощались в жизнь.

С помощью магии ритуала человек мог получить власть над другими, порой настолько извращая их внутреннюю суть, что они становились полной противоположностью тех, кем были. Поэтому Гермиона превратилась в эгоистичную чистокровную волшебницу, а Снейп стал подростком.

Читая книгу, Гермиона поняла, что всё ещё можно изменить. Осталось только попасть в тот коридор. Но стоило жертве ритуала там оказаться, как служившие пропуском карманные часы исчезали, возвращаясь к тому, кто их создал.

В книге ученики нашли сложенный вдвое лист, где аккуратным почерком МакГонагалл было написано:

Метка — ключ, но, вернувшись назад, нужно уничтожить светоч, ведь если часы остановятся, то последствия ритуала нельзя будет предугадать…

— Мы должны найти светоч странника, если хотим всё вернуть на свои места. — Снейп задумчиво потёр подбородок.

— И где нам его искать?

— Он сам нас найдёт. — Северус был уверен в этом.

Насколько он успел понять, заключённую в светоче магию словно магнитом тянет к тем, кто сумел избавиться от чар и вернуть себе хотя бы часть памяти. Стремясь залатать дыры, проведший ритуал должен был избавиться от таких людей, пока они не разрушили созданный им мир.

— Ты предлагаешь просто подождать?

Он кивнул и откинулся на спинку кресла. Ночь только начиналась, спешить было некуда. К тому же Снейпу действительно было интересно посмотреть на того идиота, который рискнул провести ритуал.

… Светоч — 1) устар. Большая свеча, факел; 2) перен. То, что является источником истины, правды, свободы.

Часть четвертая. Вспомнить все

Ночь — время воров и убийц. В темноте удобно прятаться. Закутаться в неё, словно в плащ, затаиться и наблюдать. А свет свечей и пляска теней, которую она порождает, только помогает убийце скрыться.

Северус ощущал, что за ними наблюдают. Если бы он захотел, то мог бы обезоружить и оглушить того, кто провел ритуал, но тогда они надолго застряли бы в этом неправильном Хогвартсе. Всё же Снейп должен был заполучить часы, чтобы попасть в коридор. Поэтому он выжидал, притворившись, что спит. Гермиона не притворялась — события последних дней утомили её, и она действительно уснула. Во сне её лицо было расслабленным, спокойным и почти милым. Северус смутно помнил, что уже видел её такой. Его память пока что не восстановилась полностью, и это раздражало. В душе были чувства, яркие и волнующие, была нежность, но Снейп не мог понять, откуда всё это. Ему не хватало кусочков мозаики, чтобы увидеть полную картину. Он вспомнил, что был профессором, а затем и директором в Хогвартсе. Вспомнил войну и горечь потерь. И беспомощность, когда был уверен, что так по-глупому умрёт в Визжащей хижине. И счастливые полгода, которые провёл рядом с Гермионой. Он знал, что любит её. Множество осколков-воспоминаний вспыхивали яркими пятнами в сознании, возвращая ему настоящего себя. Северус отчаянно хотел вновь оказаться в том, своём Хогвартсе. Просыпаться утром, прижимая к себе Гермиону, слышать стук её сердца, вдыхать сладкий запах волос и больше не чувствовать себя одиноким.

Мнимая уязвимость и беспомощность, так старательно разыгранные Снейпом, принесли свои плоды. Вот только не так, как он ожидал. На них действительно напали. Из теней соткалась фигура человека и склонилась над спящей Гермионой. В руке блеснула цепочка, и карманные часы повисли перед лицом Грейнджер. Она сильнее вжалась в спинку кресла, словно инстинктивно предчувствовала опасность. Открыла глаза, всё ещё сонная и уязвимая. Но стоило ей посмотреть на гравировку на часах, как она схватила их и… исчезла.

Снейп выругался и, взмахнув волшебной палочкой, обезоружил незваного гостя.

— Ну и сволочь же ты, Нотт! — сказал он, едва сдерживаясь, чтобы не проклясть своего бывшего ученика.

Тот лишь снисходительно усмехнулся.

— Я просто хочу жить.

Теодор знал, что ему не удастся перехитрить Снейпа, поэтому и выбрал своей следующей жертвой Грейнджер. Ему нужно было выиграть время, совсем немного, чтобы действие ритуала завершилось, и этот Хогвартс — такой неправильный, странный, абсурдный — подменил собой настоящий. Ведь жить в иллюзиях для Нотта было предпочтительней, чем в реальности.

Метка на ладони горела огнём. Гермиона потёрла её, проверяя, насколько сильно она въелась в кожу. Это не было похоже на ожог, на татуировку — тоже. Больше всего метка напоминала рисунок, сделанный несмываемыми чернилами. Гермиона искренне надеялась, что это не так и от неё удастся избавиться.