Вы знаете, что такое полиция? Это полая милиция. Полые внутренние органы. Но, только, не смейтесь. Это не шутливая, а, наверное, скорее, даже мрачная история. Не страшная, не дешёвый хоррор, а именно мрачная.
152 мин, 48 сек 16708
— Попрошу не указывать, как и к кому обращаться. И что значит «наврал»?
— То, что мне не удастся тебе доказать, что я не «Лёлик». Потому что нам вообще никто не откроет. Неужели ты не чувствуешь, что в квартире никого нет?
— Чувствовать-то чувствую, но я думал, что это подстава. Ну, что ты Лёлик и всё время пытался меня продинамить. Иначе я бы давно уже открыл замок отмычкой, но всё время боюсь, что там за углом прячется твой предок и, если я вломлюсь в квартиру, то он забежит следом, закроется на ключ и… Ну, и начнутся новые допросы «с пристрастием». Например, где я взял этот милицейский костюм… Ну, то есть, Лёлик с понтом ловит меня на живца, а его папаша-лунатик потом домогается.
— Ты долго ещё будешь ёрничать? — не выдержала Света. — Может, уже вскроешь эту дверь? Или ты всё ещё мне не доверяешь?
— Ладно, — прошептал Коленкин, — будь, что будет…
И, слегка разбежавшись, Витёк прицелился и пнул ногой ровно по замочной скважине. Слава богу, что она была в этой двери всего одна, а то некоторые умники делают в двери по два замка. Обычно один замок где-то высоко вверху двери, а второй — ровно посередине, но это обманный дверной замок. То есть, чтобы усыпить бдительность злоумышленника. Чтобы он врезал по нему своей кувалдой, но не попал. И, если злоумышленник туповат от наркотиков, то, чтобы продолжал и продолжал лупить кувалдой в одну и ту же точку.
Но Коленкин треснул по замку своим коленом с первого раза и дверь тут же вышибло. Слава богу, что дверь открывалась вовнутрь. Ведь так удобнее выбивать в ней замок.
Когда дверь была выбита, то Коленкин вбежал вперёд Светы. Точнее говоря, он вбежал не в квартиру, а провалился в какую-то тьму, но, если смотреть глазами Коленкина, то ему не казалось, что за дверью непроглядная темнота.
— Нормальная квартира! — пожал плечами Витёк. — И с чего ты взяла, что в ней не живут люди? Вообще не понимаю.
— А как ты определил, что она нормальная?! — поспевала за ним Света, вернее, подросток в образе «Лёлика» Бондаренко. — Там же ничего не видно!
— Чё не видно? Кончай тупить! Прикинь, эти придурки даже свет в прихожей не выключили?
— Ты уверен?
— Уверенней не бывает… Да заходи — не сцы.
— Я почему тебя спрашиваю — потому что одно из двух: либо ты нагло врёшь, либо я вижу галлюцинацию в образе космической темноты.
— Ах вон ты про что? Ну, тогда подожди в коридоре, а я пошарюсь по комнатам. Может, найду зажигалку или даже фонарик какой-нибудь.
Света решила поступить так, как просит её мужчина. Ведь, если он с одного удара выбил замок, то это не мальчик, а мужчина; защитник настоящий. Главное, что он не боится того, что его в любой момент могут предать. Того, что он находится в зоне риска.
— На, — вышел Коленкин через полминуты поисков и протянул ей фонарь, — очень быстро нашёл.
— То, что мне не удастся тебе доказать, что я не «Лёлик». Потому что нам вообще никто не откроет. Неужели ты не чувствуешь, что в квартире никого нет?
— Чувствовать-то чувствую, но я думал, что это подстава. Ну, что ты Лёлик и всё время пытался меня продинамить. Иначе я бы давно уже открыл замок отмычкой, но всё время боюсь, что там за углом прячется твой предок и, если я вломлюсь в квартиру, то он забежит следом, закроется на ключ и… Ну, и начнутся новые допросы «с пристрастием». Например, где я взял этот милицейский костюм… Ну, то есть, Лёлик с понтом ловит меня на живца, а его папаша-лунатик потом домогается.
— Ты долго ещё будешь ёрничать? — не выдержала Света. — Может, уже вскроешь эту дверь? Или ты всё ещё мне не доверяешь?
— Ладно, — прошептал Коленкин, — будь, что будет…
И, слегка разбежавшись, Витёк прицелился и пнул ногой ровно по замочной скважине. Слава богу, что она была в этой двери всего одна, а то некоторые умники делают в двери по два замка. Обычно один замок где-то высоко вверху двери, а второй — ровно посередине, но это обманный дверной замок. То есть, чтобы усыпить бдительность злоумышленника. Чтобы он врезал по нему своей кувалдой, но не попал. И, если злоумышленник туповат от наркотиков, то, чтобы продолжал и продолжал лупить кувалдой в одну и ту же точку.
Но Коленкин треснул по замку своим коленом с первого раза и дверь тут же вышибло. Слава богу, что дверь открывалась вовнутрь. Ведь так удобнее выбивать в ней замок.
Когда дверь была выбита, то Коленкин вбежал вперёд Светы. Точнее говоря, он вбежал не в квартиру, а провалился в какую-то тьму, но, если смотреть глазами Коленкина, то ему не казалось, что за дверью непроглядная темнота.
— Нормальная квартира! — пожал плечами Витёк. — И с чего ты взяла, что в ней не живут люди? Вообще не понимаю.
— А как ты определил, что она нормальная?! — поспевала за ним Света, вернее, подросток в образе «Лёлика» Бондаренко. — Там же ничего не видно!
— Чё не видно? Кончай тупить! Прикинь, эти придурки даже свет в прихожей не выключили?
— Ты уверен?
— Уверенней не бывает… Да заходи — не сцы.
— Я почему тебя спрашиваю — потому что одно из двух: либо ты нагло врёшь, либо я вижу галлюцинацию в образе космической темноты.
— Ах вон ты про что? Ну, тогда подожди в коридоре, а я пошарюсь по комнатам. Может, найду зажигалку или даже фонарик какой-нибудь.
Света решила поступить так, как просит её мужчина. Ведь, если он с одного удара выбил замок, то это не мальчик, а мужчина; защитник настоящий. Главное, что он не боится того, что его в любой момент могут предать. Того, что он находится в зоне риска.
— На, — вышел Коленкин через полминуты поисков и протянул ей фонарь, — очень быстро нашёл.
Страница 19 из 43
