Таинственный сад

Зачем ему было слушать лекции, когда самая большая радость и волшебство — любоваться на молодого хозяина! По земле мистер Колин отныне ходил твердо и прямо. И лицо, еще недавно столь изможденное, округлилось. И, главное, у юного мистера Крейвена так весело заблестели глаза! Иногда во время лекции старый Бен впадал в полудрему, и ему вдруг казалось, будто он смотрит совсем не на Колина, а на дорогую свою госпожу. И тут садовник окончательно убеждался, что в этом саду творятся «удивительные чудеса».

Однажды Дикен явился в Таинственный сад много позже обычного и был весел как никогда.

— Ну, — потирая руки, объявил он друзьям, — сегодня придется же нам поработать! Смотрите, как от дождя растения все взыграли. Но и сорняк ведь тоже растение. Если мы сегодня его не повыдергиваем, он корни в земле распустит и весь сад нам забьет.

Колин, который давно уже работал в саду наравне с Мэри и Дикеном, опустился с тяпкой на корточки. Но ему было скучно полоть просто так, и он прочел еще одну лекцию о волшебстве.

— Лучше всего волшебство работает тогда, когда сам работаешь, — изо всех сил орудуя тяпкой, заметил он.

— Вот я сейчас прямо чувствую волшебство у себя в костях и во всех мышцах. Надо потом где-нибудь почитать о костях и мышцах. А сам я напишу книгу о волшебстве. Вообще-то я уже ее начал. Но кончу не очень скоро, потому что данных у меня появляется все больше и больше.

Вдруг Колин умолк и, положив тяпку, резко вскочил на ноги. Вообще-то он иногда так делал, когда обдумывал, что скажет в своей лекции дальше. Однако на этот раз юный мистер Крейвен повел себя странно. Повинуясь какой-то неведомой силе, он поднялся на цыпочки и воздел руки к небу.

— Мэри! Дикен! — издал он вдруг исполненный ликования вопль.

— Я только сейчас понял! Я понял! Смотрите! Смотрите же на меня!

Мэри и Дикен тоже поднялись на ноги и с изумлением поглядели на Колина. Глаза его сияли. Лицо светилось от счастья.

— Помните, как вы первый раз меня сюда привезли? — спросил он.

— Помним, — ответил Дикен, который сразу почувствовал, что сейчас произойдет что-то важное.

— И я тоже, пока полол, вспомнил. И только тогда до меня дошло. Ведь я выздоровел! Совсем-совсем выздоровел!

— Ну да, выздоровел, — подтвердил Дикен.

— Выздоровел! Выздоровел! — с такой силой возопил Колин, что лицо его от натуги побагровело.

Конечно, он и до этого чувствовал себя с каждым днем лучше. Но одно дело ощущать прилив сил после болезни и совсем другое — когда внезапно тебя осенит, что стал совершенно здоров. Вот почему, осознав это, Колин не смог сдержать радостных возгласов.

— Я буду жить долго-долго! — вопил он что было мочи.

— Сколько нового я успею узнать о людях, и о разных других существах, и обо веем-веем на свете! И волшебство всегда-всегда будет со мной! Я здоров! Я здоров!

Несколько успокоившись, Колин сказал:

— А теперь мне хотелось бы поблагодарить волшебство. Только я никак не придумаю, как это сделать.

Услыхав, о чем говорит молодой хозяин, Бен Уэзерстафф, возившийся с кустом розы, встал и подошел к остальным.

— По-моему, тебе, мистер Колин, следует пропеть прославление, — посоветовал он.

— Прославление? — удивился Колин.

— А что это?

— Дикен наверняка тебе может спеть, — ответил старый садовник.

— Прославление поют в церкви, — стал тут же объяснять Дикен.

— Матушка наша считает, что даже жаворонки по утрам поют это вместе с людьми.

— Если она так говорит, — с очень серьезным видом произнес Колин, — значит, это прославление плохим быть не может. Я… я просто никогда в церкви не был и почти ничего про нее не знаю. Спой, пожалуйста, Дикен.

Дикен в ответ улыбнулся и снял с головы фуражку.

— Тебе, Колин, тоже надо снять шляпу, — сказал он.

— И тебе, Бен, тоже, — повернулся Дикен к садовнику.

— Ты-то ведь должен знать.

Колин снял шляпу. Бен Уэзерстафф, недоуменно бубня что-то под нос, последовал его примеру. Старый садовник сам себе удивлялся: он словно все делал сейчас помимо собственной воли. И вот Дикен, стоя среди деревьев и кустов роз, запел:

Восславьте Господа, ибо от Него благодать!

Восславьте Его все существа на земле!

Восславьте Его ангелы на небесах!

Восславьте Отца и Сына и Святого Духа!

Аминь!

Когда Дикен умолк, старый Бен, поджав губы, с тревогой взглянул на Колина.

Тот опустил голову и, казалось, что-то обдумывал.

— Какое хорошее прославление! — выдохнул наконец он.

— Как раз именно это я собирался сказать волшебству.

Еще чуть-чуть помолчав, Колин добавил:

— Наверное, волшебство и Тот, о Ком прославление — вообще одно и то же. Просто я назвал по-другому. Дикен, спой еще раз. А мы с Мэри попробуем с тобой вместе.