В мировой истории мореплавания трагические события, связанные с пожаром на американском круизном лайнере «Морро Кастл» в сентябре 1934 г., стоят особняком. Среди катастроф пассажирских судов это происшествие, вроде бы, не попадает в число выдающихся — на«Титанике», «Лузитании» или«Вильгельме Густлове» ужасную смерть в пучине находили тысячи людей (причём, тремя упомянутыми кораблями мрачный список«рекордсменов» далеко не исчерпывается). Тем не менее, в отличие от подавляющего большинства трагедий на море, история случившегося на«Морро Кастл» за истекшие с той поры семь с лишком десятилетий не только не получила исчерпывающего объяснения, но напротив, запуталась до крайности.
160 мин, 24 сек 20509
Теперь же, всего на 40-й минуте пожара, огромный лайнер стал неуправляемой грудой железа, которой оставалось лишь дрейфовать по воле волн и ветра. Только после этого Уильям Уормс отдал команду просить помощи у всех, кто способен её оказать. Корабельный радист Джордж Уайт Роджерс уже четверть часа «сидел на ключе» в радиорубке, дожидаясь подобного распоряжения. Он несколько раз самовольно давал в эфир сигнал«CQ», означавший просьбу радистам других судов не занимать частотный диапазон, т. к. в ближайшее время возможна передача важного сообщения. Наконец, после 03:10 Роджерс стал передавать в радиоэфир просьбы о помощи. К тому моменту, дым уже подступил к радиорубке и Роджерс явно получил отравление угарным газом. Впоследствии он не мог вспомнить ни содержания своих радиообращений, ни их количества. Но одно из них сохранилось в истории, точнее в вахтенном журнале английского лайнера «Монарх Бермуды», перехватившего сигнал с «Морро кастл» и первым устремившимся на помощь. Дословно запись гласила:«03:26 — CQ, SOS, 20 миль южнее маяка» Скотланд«. Больше передавать не могу. Подо мною пламя. Немедленно окажите помощь. Моя рация уже дымится».
Через считанные минуты радиостанция «Морро кастл» смолкла навеки — под кроватью рядом с рабочим местом Роджерса взорвались запасные блоки свинцово-кислотных аккумуляторов, разогретые огнём, бушевавшим палубой ниже. Фактически радиорубка и сам радист находились словно на сковородке — температура в помещении превысила 70°С и атмосфера в помещении оказалась насыщена горячими парами серной кислоты. Джордж Роджерс потерял сознание и навалился грудью на стол, в таком состоянии его увидел через иллюминатор второй радист Джордж Алагна, который, призвав на помощь нескольких офицеров и матросов, с помощью огнетушителей проложил себе дорогу в радиорубку и вынес бесчувственное тело радиста Роджерса на бак (в нос корабля). Там, под воздействием ночной прохлады и свежего воздуха, тот понемногу пришёл в себя. Оказалось, что Роджерс не может самостоятельно передвигаться как из-за ожога лёгких, так и полученных химических ожогов рук и ног.
Тем не менее, сигнал, перехваченный «Монархом Бермуды» в 03:26 радикально изменил положение. Если до этого«Морро кастл» и находившиеся на его борту люди были предоставлены сами себе, то теперь появилась внешняя сила, которая могла активно вмешаться в происходившее и помочь жертвам катастрофы.«Монарх Бермуды» транслировал полученное сообщение в эфир, прося все корабли, находившиеся в прилегающем районе, прибыть для оказания помощи. Благодаря этому в течение получаса к горевшему лайнеру, помимо самого«Монарха Бермуды», устремились крупные грузо-пассажирские теплоходы «Сити оф Саванна» и«Андреа Лакенбах», а также буксир вспомогательных сил военно-морских сил США «Тампа». Как станет ясно позднее, эти корабли поднимут из воды более 400 человек пассажиров и членов экипажа.
Между тем, густой дым, пеленою накрывший корму судна, вынудил собравшихся там людей прыгать через ограждения и леера в океан. Люди не рассчитывали попасть в шлюпки, которые, как ни странно, всё ещё спускали в это время с корабля, просто над водой не было дыма и это позволяло свободно дышать. Кому-то из прыгнувших повезло — и он был подобран шлюпкой, кому-то повезло меньше и ему пришлось ждать прибытия кораблей-спасателей, кому-то не повезло совсем — и тот погиб в океанских волнах, даже будучи облачён в спасательный жилет. Надо сразу подчеркнуть, что практически все, прыгавшие в воду с борта «Морро кастл» были облачены в пробковые жилеты, проблем с индивидуальными средствами спасения в ту ночь не было.
Вернёмся, впрочем, к тому, что происходило внутри корабля. Часть экипажа и пассажиров на палубах С и D, напомним, оказалась отделена от основной массы людей, ушедших в корму. Те же, кто не сумел прорваться в корму, вольно или невольно стали отступать в носовую оконечность. Их гнал туда огненный шквал, наступавший по коридорам обеих нижних палуб. В конечном итоге огненная стена заперла этих людей в носовом салоне — своеобразном тупике, не имевшем выхода в носовую оконечность судна. У этих бедолаг имелись все шансы зажариться, словно барбекю, и чтобы избежать этой участи, им необходимо было разбить огромные окна, благодаря которым из салона открывался прекрасный вид на три стороны света. Однако выяснилось, что сделать это не так-то просто. Окна, рассчитанные на большую ветровую нагрузку в штормовую погоду, имели немалую толщину, их невозможно было расколоть ни ударом кулака или ноги, ни стулом, ни даже столом. Наконец, используя в качестве тарана рояль, который удалось отвинтить от пола буквально голыми руками (что само со себе кажется чудом!), группа офицеров и матросов высадила громадное стекло, выходившее на бак, и люди получили возможность выскочить из смертельной ловушки.
Через считанные минуты радиостанция «Морро кастл» смолкла навеки — под кроватью рядом с рабочим местом Роджерса взорвались запасные блоки свинцово-кислотных аккумуляторов, разогретые огнём, бушевавшим палубой ниже. Фактически радиорубка и сам радист находились словно на сковородке — температура в помещении превысила 70°С и атмосфера в помещении оказалась насыщена горячими парами серной кислоты. Джордж Роджерс потерял сознание и навалился грудью на стол, в таком состоянии его увидел через иллюминатор второй радист Джордж Алагна, который, призвав на помощь нескольких офицеров и матросов, с помощью огнетушителей проложил себе дорогу в радиорубку и вынес бесчувственное тело радиста Роджерса на бак (в нос корабля). Там, под воздействием ночной прохлады и свежего воздуха, тот понемногу пришёл в себя. Оказалось, что Роджерс не может самостоятельно передвигаться как из-за ожога лёгких, так и полученных химических ожогов рук и ног.
Тем не менее, сигнал, перехваченный «Монархом Бермуды» в 03:26 радикально изменил положение. Если до этого«Морро кастл» и находившиеся на его борту люди были предоставлены сами себе, то теперь появилась внешняя сила, которая могла активно вмешаться в происходившее и помочь жертвам катастрофы.«Монарх Бермуды» транслировал полученное сообщение в эфир, прося все корабли, находившиеся в прилегающем районе, прибыть для оказания помощи. Благодаря этому в течение получаса к горевшему лайнеру, помимо самого«Монарха Бермуды», устремились крупные грузо-пассажирские теплоходы «Сити оф Саванна» и«Андреа Лакенбах», а также буксир вспомогательных сил военно-морских сил США «Тампа». Как станет ясно позднее, эти корабли поднимут из воды более 400 человек пассажиров и членов экипажа.
Между тем, густой дым, пеленою накрывший корму судна, вынудил собравшихся там людей прыгать через ограждения и леера в океан. Люди не рассчитывали попасть в шлюпки, которые, как ни странно, всё ещё спускали в это время с корабля, просто над водой не было дыма и это позволяло свободно дышать. Кому-то из прыгнувших повезло — и он был подобран шлюпкой, кому-то повезло меньше и ему пришлось ждать прибытия кораблей-спасателей, кому-то не повезло совсем — и тот погиб в океанских волнах, даже будучи облачён в спасательный жилет. Надо сразу подчеркнуть, что практически все, прыгавшие в воду с борта «Морро кастл» были облачены в пробковые жилеты, проблем с индивидуальными средствами спасения в ту ночь не было.
Вернёмся, впрочем, к тому, что происходило внутри корабля. Часть экипажа и пассажиров на палубах С и D, напомним, оказалась отделена от основной массы людей, ушедших в корму. Те же, кто не сумел прорваться в корму, вольно или невольно стали отступать в носовую оконечность. Их гнал туда огненный шквал, наступавший по коридорам обеих нижних палуб. В конечном итоге огненная стена заперла этих людей в носовом салоне — своеобразном тупике, не имевшем выхода в носовую оконечность судна. У этих бедолаг имелись все шансы зажариться, словно барбекю, и чтобы избежать этой участи, им необходимо было разбить огромные окна, благодаря которым из салона открывался прекрасный вид на три стороны света. Однако выяснилось, что сделать это не так-то просто. Окна, рассчитанные на большую ветровую нагрузку в штормовую погоду, имели немалую толщину, их невозможно было расколоть ни ударом кулака или ноги, ни стулом, ни даже столом. Наконец, используя в качестве тарана рояль, который удалось отвинтить от пола буквально голыми руками (что само со себе кажется чудом!), группа офицеров и матросов высадила громадное стекло, выходившее на бак, и люди получили возможность выскочить из смертельной ловушки.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 7 из 51
