Электричка пронеслась мимо станции. Николай облокотился о перила хлипкого моста, раскорячившегося над железнодорожными путями, и посмотрел на рельсы. Рельсы в ответ посмотрели на него, подмигивая бликами заходящего солнца.
13 мин, 35 сек 13709
— Ага, — поддакнула со смешком Майя. — А то как возьмут за жопу.
И она сжала пальцы на ягодице новичка. Парень чуть дрогнул: когти у Майки были длинные, такие и сквозь кожанку прочувствуешь, не то что сквозь джинсы.
Зарегистрируйся, чтобы убрать рекламу!
Компания медленно обошла дом вокруг. Никого и ничего. Лишь на потолке угловой комнатки по-прежнему мигала издыхающая лампа дневного света.
Сначала они попытались войти через главный вход. Но заперто оказалось на совесть, а поднимать излишний шум и ломать двери не хотелось. Можно было влезть в одно из окон, оторвав фанеру, но Николай решительно двинулся к пожарному выходу, который заприметил с другой стороны здания. Взялся за круглую ручку, потянул на себя — и едва не упал вместе с ней. Отшвырнул ручку, расшатал и вынул из двери то, что осталось от замка, просунул в получившееся отверстие два пальца. Рассохшееся дерево заскребло по кирпичному цоколю.
— Подсобите, что ли, — сказал он.
Олег встал рядом, вцепился в ребро двери и чуть приподнял. Вдвоем им удалось открыть дверь достаточно широко, чтобы можно было пройти. Александр достал из болтавшейся на боку сумки приличный фонарь. Яркий желтый луч уперся в пол, прошелся по трем ступенькам, скользнул по стене и нижней части лестницы на второй этаж. Словно потревоженная этим лучом, в воздухе закружилась пыль. Коричневая краска на стенах растрескалась, побелка отваливалась кусками, но не было ни мусора, ни рисунков, ни надписей, ни засохшего дерьма — ничего того, что можно увидеть в заброшенных зданиях.
— Не разбредаемся, — скомандовал Николай, первым шагнув в дверной проем.
Компания двинулась следом.
Почти напротив пожарного выхода был небольшой квадратный вестибюль. Пустой, если не считать облезлого продавленного кресла в углу и тумбочки рядом. Наверное, место для охранника. Валентин подошел к дверям главного входа и потрогал ржавую арматурину, загнанную под ручки.
— Долго бы мучились…
Майя потянула курносым носиком воздух и сказала:
— Никто не живет. Даже кошки…
— А чего им тут делать? — пожал плечами Олег.
— Ну, странно. Я бы на их месте…
— А жрать чего? — Так лес кругом.
— Какой лес, когда привыкли к помойкам? — откликнулся Николай.
В угловой комнате, куда они направились от вестибюля, стояли большой пустой шкаф для бумаг, письменный стол и деревянный стул. На столе была гнутая настольная лампа без лампочки. На стене у окна висели остановившиеся часы. Календарь с лошадью, пришпиленный к двери, отставал на пять лет.
Николай тронул выключатель. Мерцание прекратилось. Еще один щелчок — лампа ярко вспыхнула, погасла и снова замигала. Майка смахнула со стола пыль и уселась на него, сверкая коленками. Ножки у нее были красивыми и белыми, мини-юбка едва прикрывала бедра. Олег достал фотокамеру и сверкнул вспышкой.
— Убери. — Майя заслонилась ладошкой.
— Жаль, — сказал Олег. — Такое место пропадает…
Николай молча глянул на него.
— Интересно, что это все-таки, — подал голос Александр. — И почему здесь никто не обитает.
— Кошки.
— Кошек уже обсудили, — отмахнулся он. — А люди? Они-то везде. Если не живут, то по крайней мере ходят. Были бы какие-то следы…
— Или слухи, — поддакнул Валентин. — Я, когда мне… ну, когда меня Майя пригласила, порылся в интернете — и ничего про этот дом не нашел.
— Ну, не про каждый дом можно что-то найти. А этот еще так расположен — попробуй его заметь, — сказал Николай.
— … Или все-таки поликлиника? — рассуждал Александр. Делал он это про себя, и потому кусочки внутреннего диалога, вылетавшие наружу, бессмысленно повисали в воздухе.
— В поликлиниках стены зеленые, — заметил Валентин.
— Скорее паспортный стол. — Майя пару раз хлопнула ладошками по столешнице, на которой сидела. — Такой, знаете…
— Знаем. А потом здесь стали происходить загадочные убийства, — усмехнулся Николай и снял с плеча рюкзак. Тот глухо звякнул об пол чем-то железным, но никто не обратил на это внимания.
— Убийства в паспортном столе? — переспросил Олег с сомнением.
— Да, — подхватил вдруг Валентин. — Потом оказалось, что три паспортистки, сойдя с ума от нелепой работы, отлавливали одиноких беспаспортных мужчин. Их заманивали сюда, валили на пол, — продолжал он торопливо, словно опасался, что перебьют, — две женщины держали за руки и за ноги, а третья, старшая, с седыми волосами, собранными в пучок на макушке, забивала жертв большой печатью с надписью «одобрено». А потом это обнаружили…
— И всех трех сдали в дурдом, — сказал Олег.
Валентин осекся.
Олег не отрывал взгляда от Майи, и Александр тоже глядел на нее в упор, облизывая пересохшие губы. Николай стоял спокойно, но видно было, что и он чего-то ждал.
А Майя сидела, покачивая скрещенными в лодыжках ножками, и улыбалась чему-то своими алыми губами, и каждая вспышка света выхватывала из сумрака ее отрешенное мечтательное личико.
Девушка соскочила со стола. Юбка, зацепившись за что-то, задралась до пояса, и стало видно, что трусиков на ней нет.
— Сашечка, выключи фонарь, — попросила девушка.
И она сжала пальцы на ягодице новичка. Парень чуть дрогнул: когти у Майки были длинные, такие и сквозь кожанку прочувствуешь, не то что сквозь джинсы.
Зарегистрируйся, чтобы убрать рекламу!
Компания медленно обошла дом вокруг. Никого и ничего. Лишь на потолке угловой комнатки по-прежнему мигала издыхающая лампа дневного света.
Сначала они попытались войти через главный вход. Но заперто оказалось на совесть, а поднимать излишний шум и ломать двери не хотелось. Можно было влезть в одно из окон, оторвав фанеру, но Николай решительно двинулся к пожарному выходу, который заприметил с другой стороны здания. Взялся за круглую ручку, потянул на себя — и едва не упал вместе с ней. Отшвырнул ручку, расшатал и вынул из двери то, что осталось от замка, просунул в получившееся отверстие два пальца. Рассохшееся дерево заскребло по кирпичному цоколю.
— Подсобите, что ли, — сказал он.
Олег встал рядом, вцепился в ребро двери и чуть приподнял. Вдвоем им удалось открыть дверь достаточно широко, чтобы можно было пройти. Александр достал из болтавшейся на боку сумки приличный фонарь. Яркий желтый луч уперся в пол, прошелся по трем ступенькам, скользнул по стене и нижней части лестницы на второй этаж. Словно потревоженная этим лучом, в воздухе закружилась пыль. Коричневая краска на стенах растрескалась, побелка отваливалась кусками, но не было ни мусора, ни рисунков, ни надписей, ни засохшего дерьма — ничего того, что можно увидеть в заброшенных зданиях.
— Не разбредаемся, — скомандовал Николай, первым шагнув в дверной проем.
Компания двинулась следом.
Почти напротив пожарного выхода был небольшой квадратный вестибюль. Пустой, если не считать облезлого продавленного кресла в углу и тумбочки рядом. Наверное, место для охранника. Валентин подошел к дверям главного входа и потрогал ржавую арматурину, загнанную под ручки.
— Долго бы мучились…
Майя потянула курносым носиком воздух и сказала:
— Никто не живет. Даже кошки…
— А чего им тут делать? — пожал плечами Олег.
— Ну, странно. Я бы на их месте…
— А жрать чего? — Так лес кругом.
— Какой лес, когда привыкли к помойкам? — откликнулся Николай.
В угловой комнате, куда они направились от вестибюля, стояли большой пустой шкаф для бумаг, письменный стол и деревянный стул. На столе была гнутая настольная лампа без лампочки. На стене у окна висели остановившиеся часы. Календарь с лошадью, пришпиленный к двери, отставал на пять лет.
Николай тронул выключатель. Мерцание прекратилось. Еще один щелчок — лампа ярко вспыхнула, погасла и снова замигала. Майка смахнула со стола пыль и уселась на него, сверкая коленками. Ножки у нее были красивыми и белыми, мини-юбка едва прикрывала бедра. Олег достал фотокамеру и сверкнул вспышкой.
— Убери. — Майя заслонилась ладошкой.
— Жаль, — сказал Олег. — Такое место пропадает…
Николай молча глянул на него.
— Интересно, что это все-таки, — подал голос Александр. — И почему здесь никто не обитает.
— Кошки.
— Кошек уже обсудили, — отмахнулся он. — А люди? Они-то везде. Если не живут, то по крайней мере ходят. Были бы какие-то следы…
— Или слухи, — поддакнул Валентин. — Я, когда мне… ну, когда меня Майя пригласила, порылся в интернете — и ничего про этот дом не нашел.
— Ну, не про каждый дом можно что-то найти. А этот еще так расположен — попробуй его заметь, — сказал Николай.
— … Или все-таки поликлиника? — рассуждал Александр. Делал он это про себя, и потому кусочки внутреннего диалога, вылетавшие наружу, бессмысленно повисали в воздухе.
— В поликлиниках стены зеленые, — заметил Валентин.
— Скорее паспортный стол. — Майя пару раз хлопнула ладошками по столешнице, на которой сидела. — Такой, знаете…
— Знаем. А потом здесь стали происходить загадочные убийства, — усмехнулся Николай и снял с плеча рюкзак. Тот глухо звякнул об пол чем-то железным, но никто не обратил на это внимания.
— Убийства в паспортном столе? — переспросил Олег с сомнением.
— Да, — подхватил вдруг Валентин. — Потом оказалось, что три паспортистки, сойдя с ума от нелепой работы, отлавливали одиноких беспаспортных мужчин. Их заманивали сюда, валили на пол, — продолжал он торопливо, словно опасался, что перебьют, — две женщины держали за руки и за ноги, а третья, старшая, с седыми волосами, собранными в пучок на макушке, забивала жертв большой печатью с надписью «одобрено». А потом это обнаружили…
— И всех трех сдали в дурдом, — сказал Олег.
Валентин осекся.
Олег не отрывал взгляда от Майи, и Александр тоже глядел на нее в упор, облизывая пересохшие губы. Николай стоял спокойно, но видно было, что и он чего-то ждал.
А Майя сидела, покачивая скрещенными в лодыжках ножками, и улыбалась чему-то своими алыми губами, и каждая вспышка света выхватывала из сумрака ее отрешенное мечтательное личико.
Девушка соскочила со стола. Юбка, зацепившись за что-то, задралась до пояса, и стало видно, что трусиков на ней нет.
— Сашечка, выключи фонарь, — попросила девушка.
Страница 2 из 4
