«Мицубиси» стального цвета оставлял клубы серой пыли, несясь по деревенской извилистой, как след от огромной змеи, дороге. Последний поворот, резкий подъём, и сверкая под ярким солнцем, джип выскочил на трассу. Пулей рванул, разрезая окружающую зелень.
45 мин, 59 сек 9192
— Я здесь не одна, с твоим ублюдком отцом, — вдруг рявкнула она.
И точно: из дверей ресторана вышел её отец. Он смотрел на дочь и улыбался, но как-то отстранено, будто не видя её.
Мать направилась к отцу, говоря дочери:
— Я всегда ненавидела его. Думаю, ты поняла это.
Ирен стояла, не в силах поверить в происходящее. Но то, что произошло дальше, приковало её к месту намертво. Мать в строгом черном костюме на высоких каблуках, цокая по плитке пола, подошла к отцу. И с размаха ударила ему в грудь. Удар был такой силы, что рука пробила ему грудную клетку. Вытащила руку — она сжимала его сердце.
— Видишь, все ради тебя, — проговорила мать с безумной ухмылкой.
Ирен стало дурно, закружилась голова. Внезапно она вспомнила, как мать плакала при последнем их разговоре перед её отъездом. Ирен почувствовала, что её ненависть к отцу — не её. Она передалась ей от матери. Каким-то образом, как вирусы, летающие по комнатам, Ирен ощущала это презрение, злобу и принимала их за собственные чувства к отцу. При этом она часто ловила себя на мысли, что её неприязнь к нему явно не обоснована, ей неоткуда было взяться. И мать плакала потому, что поняла это и ничего не могла с этим поделать, ненавидя себя, и жалея дочь.
Ирен зажмурилась, надеясь, что всё сейчас пропадет, как сон, дурной сон. Она стояла так минуту, в тишине, даже пытаясь сосредоточится на чём-то другом, но не получалось. В ней появилась слабая надежда, что всё кончилось. Ирен открыла глаза.
На нее смотрели черные, как тьма, глаза матери. Ирен хотела сказать: «Почему, зачем?» Но не могла. Мать медленно, словно чего-то выжидая, положила ей одну руку на плечо, затем вторую на другое. И сильно сжав их, с нечеловеческой силой рванула в стороны, как лист бумаги пополам. Последнее, о чем подумала Ирен, это был вопрос:«Мама, что ты делаешь?» Андрей Медицинский институт находился на краю города, и чтобы добраться туда, Андрею пришлось делать большой крюк через понтонный мост на подаренном отцом джипе. Его разворачивали, когда ремонтировали главный мост через реку Бию, далеко в стороне от основной дороги.
Студенты выходили небольшим потоком, но Марины всё не было. Он несколько раз выходил из машины, потом опять садился в неё. Вдруг решал прибраться в салоне, поискать когда-то потерянный диск, поминутно, даже посекундно подглядывая на вход в институт. «Интересно, что она делает», — думал Андрей, и в его мозгу вспыхивала картина, как Марина мило беседует с каким-то парнем. А, может, и с молодым преподавателем.
«Когда это кончится», — тихо простонав, прошептал он. Он думал о ней безудержно весь день сегодня, вчера, позавчера, с самого момента их знакомства. Её глаза слегка узкие, ровный овал лица, прямой нос, высокий лоб. Её спокойный нрав уживался с твердым характером победителя. И ему так льстила её благосклонность к нему. И больше — любовь к нему. Вспоминая всё это, он чуть не взвыл от желание обладать ею. Андрей чувствовал, еще немного и он ворвётся в проклятый институт и как зверь будет рыскать, ища свою любовь.
И точно: из дверей ресторана вышел её отец. Он смотрел на дочь и улыбался, но как-то отстранено, будто не видя её.
Мать направилась к отцу, говоря дочери:
— Я всегда ненавидела его. Думаю, ты поняла это.
Ирен стояла, не в силах поверить в происходящее. Но то, что произошло дальше, приковало её к месту намертво. Мать в строгом черном костюме на высоких каблуках, цокая по плитке пола, подошла к отцу. И с размаха ударила ему в грудь. Удар был такой силы, что рука пробила ему грудную клетку. Вытащила руку — она сжимала его сердце.
— Видишь, все ради тебя, — проговорила мать с безумной ухмылкой.
Ирен стало дурно, закружилась голова. Внезапно она вспомнила, как мать плакала при последнем их разговоре перед её отъездом. Ирен почувствовала, что её ненависть к отцу — не её. Она передалась ей от матери. Каким-то образом, как вирусы, летающие по комнатам, Ирен ощущала это презрение, злобу и принимала их за собственные чувства к отцу. При этом она часто ловила себя на мысли, что её неприязнь к нему явно не обоснована, ей неоткуда было взяться. И мать плакала потому, что поняла это и ничего не могла с этим поделать, ненавидя себя, и жалея дочь.
Ирен зажмурилась, надеясь, что всё сейчас пропадет, как сон, дурной сон. Она стояла так минуту, в тишине, даже пытаясь сосредоточится на чём-то другом, но не получалось. В ней появилась слабая надежда, что всё кончилось. Ирен открыла глаза.
На нее смотрели черные, как тьма, глаза матери. Ирен хотела сказать: «Почему, зачем?» Но не могла. Мать медленно, словно чего-то выжидая, положила ей одну руку на плечо, затем вторую на другое. И сильно сжав их, с нечеловеческой силой рванула в стороны, как лист бумаги пополам. Последнее, о чем подумала Ирен, это был вопрос:«Мама, что ты делаешь?» Андрей Медицинский институт находился на краю города, и чтобы добраться туда, Андрею пришлось делать большой крюк через понтонный мост на подаренном отцом джипе. Его разворачивали, когда ремонтировали главный мост через реку Бию, далеко в стороне от основной дороги.
Студенты выходили небольшим потоком, но Марины всё не было. Он несколько раз выходил из машины, потом опять садился в неё. Вдруг решал прибраться в салоне, поискать когда-то потерянный диск, поминутно, даже посекундно подглядывая на вход в институт. «Интересно, что она делает», — думал Андрей, и в его мозгу вспыхивала картина, как Марина мило беседует с каким-то парнем. А, может, и с молодым преподавателем.
«Когда это кончится», — тихо простонав, прошептал он. Он думал о ней безудержно весь день сегодня, вчера, позавчера, с самого момента их знакомства. Её глаза слегка узкие, ровный овал лица, прямой нос, высокий лоб. Её спокойный нрав уживался с твердым характером победителя. И ему так льстила её благосклонность к нему. И больше — любовь к нему. Вспоминая всё это, он чуть не взвыл от желание обладать ею. Андрей чувствовал, еще немного и он ворвётся в проклятый институт и как зверь будет рыскать, ища свою любовь.
Страница 10 из 14
