Тайна особняка Темпер. Любимая душа

В конце концов я с детства мечтала стать хозяйкой особняка Темпер. И даже те ужасы что произошли с его предыдущими владельцами, да и со мной тоже, не смогли изменить ее или заменить другой мечтой.

Обобщить все то, что стремительно пронеслось недавно в сознании, оставив отпечаток растерянности в душе, так сразу и не удалось.

Как же мне теперь объяснить мужу о своих страхах, не обидев его при этом своим предубеждением? Начинать со лжи семейную жизнь, приукрашивая реальность, я не хотела, а сказать правду отчаянно боялась. Но он мне казался совсем не таким, каким я его себе представляла, когда слышала обо всех тех женах, которых он якобы убил. И, поколебавшись еще немного, я решилась рассказать часть правды.

— Все дело в вашем возрасте. — Отчаянно краснея, ответила я, опустив глаза рассматривая его шейный шелковый платок. И добавила едва слышно. — Другие претенденты была намного старше… вас.

Ну, не рассказывать же ему о том, что отец не оставил мне выбора, поставив перед фактом, что я выхожу за него замуж, так как мистер Брайан баснословно богат и достаточно умен для своего возраста, чтобы передать ему семейное дело. Так как господь не дал батюшке наследника, пришлось отдуваться мне. Поэтому мое согласие на этот брак было чистой формальностью. Я, как примерная и послушная дочь, должна была выполнить волю своего отца.

А то, что меня примирило с волей батюшки обладание мужем особняком Темпер, я не стала озвучивать. Так как испугалась, что он подумает обо мне, как об алчной девушке, вышедшей замуж ради своей выгоды. И что еще страшнее, будет обращаться, как с продажной женщиной соответственно. Поэтому об этом я благоразумно промолчала.

— Понятно. — Глухо ответил мой супруг, смотря поверх моей головы. Словно ожидал услышать совсем другой ответ на этот вопрос.

И я в каком-то странном порыве сгладить напряжение, возникшее между нами после моего откровения, приподнялась на носочки и, опершись ладонями в грудь, прижалась к прохладным губам мужа в неумелом поцелуе.

Что подумают гости обо мне меня не волновало в тот момент. Да и что в этом такого? Мы ведь муж и жена, а такие вот невинные поцелуи между супругами не считались чем-то скандальным или неприличным. Все было в рамках морали.

Так я мысленно успокаивала себя, на несколько секунд прижимаясь теплыми губами к холодным губам супруга.

Но как только муж ответил на мой неумелый поцелуй, все мысли тот час же вылетели из моей головы, которая почему-то с каждой секундой начала кружиться все сильнее и сильнее. Поцелуй становился все глубже и оттого более неприличней, но оттолкнуть супруга я, даже если бы у меня было желание, не могла. Я тонула в новых ощущениях, пытаясь зацепиться за хоть какую-то мысль, чтобы выплыть в реальный мир, но у меня ничего не выходило. Ноги резко отказались меня держать, словно превратились в кисель, и если бы не твердая рука супруга, удерживающая меня за талию, я бы позорно упала к его ногам на радость завистницам и потехе недоброжелателям.

К счастью, муж через несколько секунд прервал поцелуй. А я все еще не открывая глаз, с шумом переводила дыхание. Я боялась открыть глаза и посмотреть в глаза супругу, увидеть двусмысленные ухмылки мужчин, презрительные взгляды женщин, осуждение на лице отца.

Но как только я, собрав всю свою волю в кулак, открыла глаза, то не сразу поняла кто я, где нахожусь и кого удерживаю за рубашку.

— Лена! — кто-то слева громко воскликнул. — Ты что творишь!

Я ошеломленно повернула голову и увидела, как Егор, зло сузив глаза и сжав кулаки, смотрит на меня ненавидящим взглядом. Я даже от неожиданности прильнула к Айджу ближе, словно пытаясь тем самым загородиться от этого неуютного взора. Да что я такого криминального сделала? Ну, схватилась за рубашку брюнета, чтобы не упасть от слабости вдруг резко накатившей на меня, что теперь из-за этого стоит кидать в меня яростные обжигающие взгляды? Не успела я возмутиться, как мое сознание вновь укрыла бархатным одеялом темнота, в этот раз без снов или воспоминаний.

Глава 7.

Очнулась я уже в своей постели. Долго лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, как я себя чувствую. На первый взгляд казалось, что все хорошо. Ничего не болело, слабость прошла, уступив место легкой бодрости. Но какое-то смутное чувство терзало меня, не желая верить в столь благополучный исход моих приключений.

Я начала вспоминать, что же предшествовало моему очередному обмороку. А вспомнив, резко открыла глаза и села в кровати. В спальне, освещенной тусклым светом дня из-за открытых тяжелых штор, было многолюдно. У самой кровати в пододвинутом кресле сидел Егор, который прищурившись, задумчиво разглядывал меня. Рядом со мной на другом краю широкой кровати спала Алла, мило сложив ладошки под щеку. Данил сидел на широком подоконнике и читал какую-то, судя по ветхому переплету, старинную книгу. А норвежцы сидели на принесенном из другой комнаты мягком диване и что-то вполголоса обсуждали.

Айдж словно почувствовал мое смятение, встав с дивана, и подошел ближе, тихо спросив: