Тайна рода Блекиттов

Чёрные псы бродили из угла в угол, сидели, прячась или просто устроившись с комфортом во всех тенях. Теперь их было так много, что я не пытался считать эти злобные морды. А допивая вино, едва не поперхнулся: под потолком и поверху стен шастали летучие мыши.

Для уюта Блэкитты зажгли свечи и к тёплому свету жались инстинктивно: призрачные твари живой свет обходили.

Мой рассказ о прогулке вызвал лишь вежливый интерес, но для меня был предисловием к главному. Я мобилизовал все свои хулиганские качества и попробовал роль интригана.

— Для вас, наверное, это привычно — жить в местах, где для нас всё дышит тайной. А у самого дома есть какие-либо тайны или предания?

— Конечно, любой старый дом в Англии имеет множество историй, в том числе и о сверхъестественном, — оживился хозяин.

— Наша cамая яркая легенда, скорее, принадлежит нашей родовой истории, а не самому зданию. Легенда о проклятии, павшем на близнецов Блэкиттов — на Джорджа и Вирджинию. Говорят, их мать — Глициния — была ведьмой и обладала неким предметом, передававшимся по женской линии. Получив предмет, потомки тоже обретали паранормальные качества. Но Вирджиния не захотела им владеть. Время было воинственное, и подросшие близнецы плечом к плечу участвовали в обороне старого замка. В чём заключалось проклятие Глицинии, никто не знает. Но близнецы покончили с собой, и их похоронили за пределами освящённой земли. Род Блэкиттов с тех пор начал хиреть. Его представители с неумолимой точностью не доживали двух лет до возраста своего предшественника или старшего члена семьи. Мне — тридцать. Моему старшему брату было тридцать два… Он умер в свой день рождения. Как и остальные.

Он сгорбился, и Лиззи поспешила присесть рядом.

С бесцеремонной назойливостью я спросил:

— А вы пробовали раскопать тайну проклятия?

— Лет пять назад я начал разбирать документы, но… Сообразив детали, я понял, что на Блэкиттов надеяться нечего: заворожённые легендой, они и пальцем не шевельнут, чтобы спастись от вековой напасти… Серая леди гуляла среди псов, и в мою душу закралось подозрение, что Глициния была упрямой особой — и, возможно, сейчас жалеет о личном проклятии. Что за предмет она собиралась передать дочери? Может, найдя его, я спасу Блэкиттов? Кхм… А зачем мне это надо? Уставившись в каминный огонь, я постарался понять свой порыв благородства и, к смущению, обнаружил, что благородства в моём порыве ни на грош. Чистейшей воды эгоизм. Спасу Блэкиттов — будут приглашать каждый год. А Зое здесь безумно нравится… Интересно. Неужели любое благородство имеет под собой эгоистическую основу?

Что-то колыхнулось рядом. Я обернулся. Псы к камину не подходили — кажется, им не нравился живой огонь. Но Серая леди туманным облачком летала где угодно. Я всматривался в едва различимые глаза и пытался так построить адресованную призраку фразу, чтобы Блэкитты не решили, что я сошёл с ума. Что ж, размышлять вслух может каждый.

— Какую же тайну скрывает леди Глициния?

Блэкитт вздохнул, Лиззи обняла его.

Серая леди поплыла к библиотечной двери.

— Александр, а можно взглянуть на ваши семейные документы? Всё-таки это старина, с которой я мало сталкивался. Это так прекрасно, когда семья ведёт свою письменную историю! Жаль, что я не умею читать рукописный английский текст.

Грубоватая лесть сработала: Блэкитт оживился и, подхватив под руку Лиззи, тоже направился к библиотеке, на ходу объясняя:

— Наши основные документы вы прочтёте легко/ В конце ХХ века мы отдали их в издательство и получили отлично оформленную книгу.

Псы будто знали, что дверь — единственный вход в библиотеку, и вошли не все. Но Блэкиттам всё же пришлось пройти сквозь свору, и Александр болезненно скривился.

Книга оказалась иллюстрированной всеми портретами из домашней галереи, включая миниатюры. Я отыскал страницы с Джорджем и Вирджинией. Слово в слово повторился рассказ Блэкитта. Холодок справа — Серая леди наклонилась над книгой. Призрачный палец ткнул в нижнюю строку. В слово «самоубийство». Я поднял глаза. Серая леди печально покачала головой. Моё недоумение легко понять. Что она сообщила мне? Что-то важное, по её мнению. Но что?