Фандом: Самая плохая ведьма. Зимой в школе Кэкл довольно мрачно и холодно. Ученицы скучают, и мисс Дрилл приходит в голову идея пригласить странствующую труппу актеров. Несмотря на протесты мисс Хардбрум, актеры прибывают в школу, и их руководитель, Холдейн Харрингтон, очаровывает почти всех ведьм в школе. Но кто на самом деле скрывается под маской актера, и что задумал этот человек?
252 мин, 49 сек 21324
— Ты права, Милдред. Мы ведьмы в конце-концов. Она посмотрела на мисс Дрилл. И не важно, есть у нас магия или нет. У нас есть наши хитрость, коварство и изобретательность для того, чтобы что-то сделать. Я хочу, чтобы ты и Мод рассказали нам все, что слышали от Холдейна и его банды. Затем я хочу поговорить с Этель Хэллоу, Друзиллой Пэддок, Руби Черитри и Энид Найтшайд. Нам нужно собрать все, что мы знаем о Холдейне Харрингтоне.
Директриса оглядела поляну.
— А где Энид?
Энид бросила в воду небольшой круглый камешек, который подобрала по дороге. Она понаблюдала, как он несколько раз подпрыгнул, прежде чем пойти на дно. Девочка посмотрела на пруд, и ее пронзила мысль, что раньше она могла использовать магию, чтобы получить камешек обратно. Ей на глаза навернулись непрошеные слезы, и она сердито вытерла их. Не было никакой надежды на то, что когда-нибудь ее магия вернется, и никто не мог ответить на этот вопрос. Она надеялась, что появится Х-Б и объявит, что победила Холдейна, и что их магия вернется к ним. Энид кинула еще один камешек. Надежда эта постепенно таяла. Если бы это было возможно, Х-Б присоединилась бы к ним несколько часов назад. Энид не хотелось верить в то, что она никогда больше не сможет использовать магию.
— Ты в порядке? — услышала она знакомый голос и, обернувшись, увидела Фенеллу Фиверфью, стоящую неподалеку.
Девочка пожала плечами, не зная, что ответить Фенелле.
Фенелла не спеша подошла поближе и опустилась на поваленное дерево, кутаясь в плащ и дуя на руки.
— Я надеюсь, они придумают план в ближайшее время, — непринужденно сказала она. — Мне бы не хотелось провести ночь здесь.
— Хм-м.
— Не все так плохо, — попыталась она успокоить младшую девочку.
— Если ты попробуешь сказать мне, что все будет хорошо, или что это будет выглядеть лучше утром, тогда я буду…
— Что? Преврати меня в лягушку! — Фенелла на несколько минут замолчала. — И ты и я, мы обе знаем, что не сможем этого сделать.
— Заткнись! — закричала Энид на старшую девочку. — Просто заткнись!
Снова повисла тишина, в течение которой Энид вытирала горячие слезы, бегущие по ее щекам.
— Ты не одинока в этом, Энид, — напомнила ей Фенелла. — Не пытайся пережить это самостоятельно. Я не говорю, что это будет легко, но это не конец твоей жизни. — Она грустно улыбнулась. — И знаешь, если бы ты спросила меня, что я чувствовала вчера, я не думаю, что ответила бы так же. Но проходит время, и начинаешь приспосабливаться, вот и все. Должно пройти время.
Фенни замолчала, надеясь услышать какой-то ответ от Энид, но девочка молчала, оставаясь стоять на месте, прислонившись к дереву.
— Если ты не хочешь говорить, то я вернусь на поляну к остальным, — в конце-концов нарушила Фенелла молчание. — Но я хочу сказать, что прекрасно понимаю тебя.
Развернувшись на каблуках, она сделала пару шагов в сторону поляны.
— Не уходи. — Голос Энид был тихим и нерешительным.
Фенелла позволила себе небольшую улыбку и вернулась к Энид.
Холдейн открыл дверь и с удивлением отметил, что ведьма все еще сидит у стены. Он вошел в комнату и с любопытством посмотрел на нее. Мужчина понимал, что первоначальный коктейль из лекарств постепенно прекращает свое действие, и что теперь она будет прекрасно осведомлена о его присутствии.
— Ах, моя леди Дистен! Кажется, вы воспринимаете это все удивительно спокойно.
— Я никогда не видела смысла в создании излишней паники, — спокойно сказала она. — Я оставляю это другим.
— Хммм. — ее слова не убедили Холдейна. — Вы не производите впечатление человека, который сдается просто так! — Он замолчал и на секунду задумался. — Хотя, наблюдая за вами ранее, я бы не сказал, что вы столь самоотверженны. Это говорит о том, что первое впечатление обманчиво.
— О, я бы не сказала, — возразила Констанс. — Я определила вас как ненормального с самой первой нашей встречи и, полагаю, что моя оценка оказалась довольно точной.
— Так-так! — сердито сказал Холдейн. — Это был не самый умный поступок!
— И что же ты собираешься делать?
— Может быть, это. — Холдейн открыл ладонь, на которой появился фиолетовый энергетический шар. — Интересно, сколько же раз вы пытались использовать магию, чтобы освободится от уз? Думаю, намного больше, чем пытаетесь показать. Он вскинул руку и запустил энергетический шар в ее сторону, наблюдая, как энергия была поглощена оковами. Мгновением позже раздалось потрескивание, исходящее от них, и он удовлетворенно улыбнулся, услышав как она вскрикнула от боли.
— Кажется, я был прав. — Он прошел туда, где она сидела прижимаясь к дальней стене и присел рядом с ней на колени. — Чтобы получился такой эффект, я бы сказал, что вы пытались по крайней мере дюжину раз освободить себя при помощи магии.
Он подождал несколько мгновений.
— Никаких вызывающих слов, никаких рассуждений о том, что я не знаю, что делаю? Какая жалость! — Он поднялся на ноги и направился к двери.
Директриса оглядела поляну.
— А где Энид?
Энид бросила в воду небольшой круглый камешек, который подобрала по дороге. Она понаблюдала, как он несколько раз подпрыгнул, прежде чем пойти на дно. Девочка посмотрела на пруд, и ее пронзила мысль, что раньше она могла использовать магию, чтобы получить камешек обратно. Ей на глаза навернулись непрошеные слезы, и она сердито вытерла их. Не было никакой надежды на то, что когда-нибудь ее магия вернется, и никто не мог ответить на этот вопрос. Она надеялась, что появится Х-Б и объявит, что победила Холдейна, и что их магия вернется к ним. Энид кинула еще один камешек. Надежда эта постепенно таяла. Если бы это было возможно, Х-Б присоединилась бы к ним несколько часов назад. Энид не хотелось верить в то, что она никогда больше не сможет использовать магию.
— Ты в порядке? — услышала она знакомый голос и, обернувшись, увидела Фенеллу Фиверфью, стоящую неподалеку.
Девочка пожала плечами, не зная, что ответить Фенелле.
Фенелла не спеша подошла поближе и опустилась на поваленное дерево, кутаясь в плащ и дуя на руки.
— Я надеюсь, они придумают план в ближайшее время, — непринужденно сказала она. — Мне бы не хотелось провести ночь здесь.
— Хм-м.
— Не все так плохо, — попыталась она успокоить младшую девочку.
— Если ты попробуешь сказать мне, что все будет хорошо, или что это будет выглядеть лучше утром, тогда я буду…
— Что? Преврати меня в лягушку! — Фенелла на несколько минут замолчала. — И ты и я, мы обе знаем, что не сможем этого сделать.
— Заткнись! — закричала Энид на старшую девочку. — Просто заткнись!
Снова повисла тишина, в течение которой Энид вытирала горячие слезы, бегущие по ее щекам.
— Ты не одинока в этом, Энид, — напомнила ей Фенелла. — Не пытайся пережить это самостоятельно. Я не говорю, что это будет легко, но это не конец твоей жизни. — Она грустно улыбнулась. — И знаешь, если бы ты спросила меня, что я чувствовала вчера, я не думаю, что ответила бы так же. Но проходит время, и начинаешь приспосабливаться, вот и все. Должно пройти время.
Фенни замолчала, надеясь услышать какой-то ответ от Энид, но девочка молчала, оставаясь стоять на месте, прислонившись к дереву.
— Если ты не хочешь говорить, то я вернусь на поляну к остальным, — в конце-концов нарушила Фенелла молчание. — Но я хочу сказать, что прекрасно понимаю тебя.
Развернувшись на каблуках, она сделала пару шагов в сторону поляны.
— Не уходи. — Голос Энид был тихим и нерешительным.
Фенелла позволила себе небольшую улыбку и вернулась к Энид.
Холдейн открыл дверь и с удивлением отметил, что ведьма все еще сидит у стены. Он вошел в комнату и с любопытством посмотрел на нее. Мужчина понимал, что первоначальный коктейль из лекарств постепенно прекращает свое действие, и что теперь она будет прекрасно осведомлена о его присутствии.
— Ах, моя леди Дистен! Кажется, вы воспринимаете это все удивительно спокойно.
— Я никогда не видела смысла в создании излишней паники, — спокойно сказала она. — Я оставляю это другим.
— Хммм. — ее слова не убедили Холдейна. — Вы не производите впечатление человека, который сдается просто так! — Он замолчал и на секунду задумался. — Хотя, наблюдая за вами ранее, я бы не сказал, что вы столь самоотверженны. Это говорит о том, что первое впечатление обманчиво.
— О, я бы не сказала, — возразила Констанс. — Я определила вас как ненормального с самой первой нашей встречи и, полагаю, что моя оценка оказалась довольно точной.
— Так-так! — сердито сказал Холдейн. — Это был не самый умный поступок!
— И что же ты собираешься делать?
— Может быть, это. — Холдейн открыл ладонь, на которой появился фиолетовый энергетический шар. — Интересно, сколько же раз вы пытались использовать магию, чтобы освободится от уз? Думаю, намного больше, чем пытаетесь показать. Он вскинул руку и запустил энергетический шар в ее сторону, наблюдая, как энергия была поглощена оковами. Мгновением позже раздалось потрескивание, исходящее от них, и он удовлетворенно улыбнулся, услышав как она вскрикнула от боли.
— Кажется, я был прав. — Он прошел туда, где она сидела прижимаясь к дальней стене и присел рядом с ней на колени. — Чтобы получился такой эффект, я бы сказал, что вы пытались по крайней мере дюжину раз освободить себя при помощи магии.
Он подождал несколько мгновений.
— Никаких вызывающих слов, никаких рассуждений о том, что я не знаю, что делаю? Какая жалость! — Он поднялся на ноги и направился к двери.
Страница 50 из 70
