Тематики

Он боялся спросить, кого имел в виду Виктор, но почему-то даже без вопросов знал ответ. И ему стало чудовищно тошно за то, что он устроил сейчас у них на виду.

— Пойдем домой, — сказал он Глебу, но тот уже ничего не слышал: положив голову на сложенные руки, тихонько сопел, улыбаясь во сне.

13. Больно только первый раз

Вытащить здоровенного парня, то и дело проваливающегося в сон, было непросто. Благо, сначала помог охранник, а там уже водитель такси с пониманием отнесся к страданиям Матвея. В результате Глеба уложили на заднее сидение, а шеф сел рядом с водителем. Поехали довольно быстро — ночью столица избавлялась от пробок, позволяя улицам хоть немного отдохнуть.

— Я в объезд, — сказал таксист, свернув с понятного Матвею маршрута. — Там рядом с вами сейчас проверяют часто, конец месяца, так они ночами не спят. У меня страховка на днях накрылась, руки не доходят.

— Не вопрос, — ответил шеф и, откинувшись в мягком кресле иномарки, задремал.

Проснулся, когда вокруг были сосенки с березками. Ехали под двести, обгоняли все, что двигалось, и вообще, казалось, участвовали в какой-нибудь гонке из фильмов. Матвей тут же пришел в себя, уставился на водителя, но тот невозмутимо рулил и не обратил внимания на клиента. Верней, это шефу показалось, что не обратил, а потом в колено уперся знакомый по девяностым ствол, и таксист мигом превратился из бедного забывчивого эмигранта в злодея криминальных хроник.

— Рыпаться не надо — колено прострелю как нефиг делать, — буднично сообщил он.

— Вам деньги нужны? — тихо, чтоб не нервировать человека с оружием, спросил Матвей, обернувшись к дороге.

— Деньги мне уже заплатили, — ответил водитель. — За живых, так что это для страховки.

Матвей кивнул. Ладно, если за живых, значит, с «таксистом» разговаривать бесполезно. Его задача — отвезти, куда сказано. Разговаривать нужно будет уже на месте, а пока нужно как-нибудь разбудить Глеба. Шеф осторожно посмотрел в зеркало и увидел ботинки, лежащие на сиденье. Да уж, после ерша Глеб сможет, максимум, облевать похитителей, о большем даже думать не стоит.

Еще несколько минут они ехали спокойно, и водитель убрал пистолет к себе на колени. Матвей в своих способностях уверен не был, так что лезть к «таксисту» не стал, а вместо этого уличил возможность и запихнул руку в карман. Пальцы нашарили телефон, шеф вслепую разблокировал клавиатуру, набрал«911» и вдавил кнопку вызова. Потом добрался до боковой панели и убавил звук динамика до минимума. Все, готово. Теперь, главное, успеть позвонить несколько раз.

— Будете ехать тихо, доедете целыми, — грозно добавил водитель. Матвей кивнул, стараясь изобразить на лице как можно больше страха. Он и так боялся до усрачки, поэтому играть пришлось только отчасти.

Приехали в загородный дом, «таксисту» открыли ворота, и он въехал на обширную территорию, выложенную кусками импортной лужайки и мраморных плит — с фантазией у автора было печально, но на бабки заказчик скупиться не стал. Матвей решил, что владелец — кто-нибудь из старых новых русских. Раньше шефа никто не похищал, но терки случались, и далеко не всегда заканчивались к удовольствию обеих сторон.

Свое положение он понял в полной мере только когда увидел знакомое лицо. Андрей стоял в окружении пары секьюрити, зловеще улыбался и перекидывал из руки в руку ярко-красное яблоко. В скудном освещении дворика это смотрелось убого и смешно, но Матвей даже не улыбнулся.

— Приплыли, дядя Матвей? — усмехнулся хозяин дома. — Тащите к шезлонгу! — велел он таксисту и безликому верзиле, указав на Глеба. Парень так и не проснулся — висел на плечах у несущих его людей.

— Чего тебе надо? — спросил шеф, стараясь выглядеть уверенно. — Денег у тебя хоть ложкой ешь, в жизнь твою я не вмешиваюсь. Так нахрена это?

Андрей надкусил яблоко и вальяжно запихнул свободную руку в карман, хотя смотрелось это все еще смешно — солидности старшему Игнатьеву так и не досталось.

— Послушай, дядя Матвей, — улыбнулся мужчина, и от этого «дядьканья» шеф ощущал себя седым разваливающимся стариком. Казалось бы, самое время думать о выживании, а фраза Глеба про возраст эхом раздавалась в голове. — Послушай, я помню, ты с папашей долго жил без проблем. Нормально работали, проблем не было. Потом, когда он тебя переиграл, ты, видать, зуб подточил, ну, и тут я не в обиде. Если б меня кто так залошил, я б тоже че придумал. Ты только пойми, я на тебя зла не держу. Просто так уж получается, что ты из всей нашей братии самый большой лох.

Секьюрити довольно заржали, даже «таксист» хохотнул, а Матвей медленно закипал.

— Послушай, — Андрей, видимо, хотел начать очередной монолог, но шеф вскинул руку в излюбленном жесте «заткнись и жди».