Тематики

Софочка ответила, что все в порядке, но подробностями, вопреки обыкновению, сыпать не стала. Должно быть, и ее зомбировал редкий образчик прирожденных мозгоправов, местный кардиолог. Убедил, значит, не волновать.

— Ладно, Софа, спасибо тебе, до связи.

Крис рассказал о том, как Глеб добился для себя возможности позвонить, потом пытался понять, почему нет связи со Штатами, ковырял допотопную аппаратуру на ресепшене и на чудовищной смеси русского с английским осыпал проклятьями весь персонал больницы.

— Вроде ничего он, — заключил Матвей. — Держится. Да?

Крис пожал плечами. Не хотел ни расстраивать, ни обнадеживать.

Несколько дней Матвей пытался убедить зловещего кардиолога в своем выздоровлении. Стоило заикнуться — врач налетал с анализами, махал графиком лечения и призывал пациента внять гласу рассудка. Выйти из застенок удалось только через две недели после того, как он в них попал.

Ни капли жира, ни одной сигареты, здоровый сон, не меньше двух выходных в неделю и обязательный отпуск в обозримом будущем. Теплое место, лучше без перелетов. Матвей на все кивал и даже убеждал себя, что послушает, но первым делом выпросил у водителя сигарету.

— Матвей Палыч, Софа сказала, если узнает, что я вам дал — уволит, — жалобно протянул парень.

— Не уволит, — отмахнулся Матвей. Он уже набирал Криса, мечтая поскорей выяснить, куда же перевели Глеба.

— Что, откинулся, старикашка? — расхохотался динамик.

— Куда ехать-то?

Новый адрес был в центре Москвы, и они простояли в пробках битых три часа. Уставший, изморенный советами доктора и городским воздухом, Матвей почти заснул.

— Приехали, Матвей Палыч.

Он вновь стоял перед дверью в палату к своей незапланированной жертве. В прошлый раз он думал, что внутри будет избитый паренек, но теперь стало ясно, что побоями «исполнители» не ограничились. Матвей просто хотел выместить злость, показать зарвавшемуся наследничку, что деньги, добытые нечестным путем, могут принести не только дорогих шлюх, а еще и пару фингалов. Основное же, что Матвей хотел донести до Андрюшеньки — что его отец был мудаком, и эта часть сценария была главной, намного важней ударов по лицу.

Зайти внутрь было чертовски сложно, и успокаивало только то, что кругом врачи. Если прихватит еще раз — реанимация за углом.

Глеб сидел на койке, читая журнал. Матвей со смесью ужаса и восторга прочел «MAXIM» на обложке. Неплохо устроился после такого нападения… Может, мозгоправы тут умеют творить чудеса? Ввели в транс, заставили забыть все на свете?

— Вы кто? — оторвавшись от чтения спросил Глеб, сейчас хорошо слышен был легкий акцент. Пациент посмотрел на гостя своим фирменным внимательным взглядом и нахмурился. — Я вас видел в предыдущей больнице. Вы кто?

Рука Глеба потянулась к заветной кнопке вызова доктора, и Матвей поспешно отступил к двери, поднимая руки.

— Я ничего не сделаю, — неловко пробормотал он.

— Вы врач? — заинтересовался Глеб. Он не убрал руку с кнопки, но перестал смотреть враждебно.

— Нет, я знал твоего отца, — объяснил Матвей. И в его голове очень быстро и гладко сложилась нужная история. — Узнал, что ты…

— Откуда? — перебил его Глеб.

— Твоя соседка, она…

— Крис знает, что вы тут? — он снова ощерился, стал похож на брошенного щенка, которого уже топили однажды, и он теперь знает, чем грозят внезапные визиты людей.

— Да-да, знает, — закивал Матвей. — Я попросил Криса позаботиться о тебе, пока у меня… у меня были очень срочные дела.

— Вы бизнесмен? — оживился Глеб.

— Да, я бизнесмен, — выдохнул Матвей. Отступать было уже некуда. По крайней мере, какое-то время можно использовать сказку про знакомого отца, да и ложью все это не назовешь. Скорей уж недоговорами, а про них отдельный разговор перед входом в Рай.

— Вы не знаете, что с Андреем? — обеспокоенно спросил Глеб. — Никак не могу до него дозвониться.

— Еще не знаю, — честно ответил Матвей, а про себя сто раз пожалел, что уже не задал этот вопрос Крису. Слишком долго занимался самоедством, а мог уже обнаружить непутевого братца.

— У меня еще был телефон мамы, — Глеб почему-то отвернулся. — Папка говорил, можно ей позвонить, если будет совсем плохо.

— Вы с отцом когда в последний раз виделись?

— За год, — коротко объяснил Глеб. — Мне десять было, он меня тогда в Штаты отправил.

— Я попробую узнать про твою маму.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Глеб. — Вы не подумайте, я нахлебником не буду, у меня деньги есть.

— Откуда? — удивился Матвей.

— Отец мне половину наследства оставил, — виновато улыбнулся Глеб. — Пока мне не исполнится восемнадцать, деньги в банке, но я могу каждый месяц снимать немного. — Он доверчиво вилял несуществующим хвостом. Должно быть, совсем устал всех подряд подозревать в обмане.

— Дай угадаю, — Матвей сделал глубокий вдох, стараясь вспомнить наставления злодея кардиолога. — Опекуном назначен твой брат?

Глеб удивленно посмотрел на странного гостя и неуверенно кивнул.