Тёмная сторона луны

— Бесполезно, — он махнул рукой, выйдя из допросной. — Попытайтесь, но… — Поттер покачал головой.

— В принципе, — сказал Кут, — воспоминаний Винда и МакМоахиров хватит, чтобы обвинить их. И молчание им будет не на пользу.

— Будет, — без особой радости согласился Поттер. — Я не думаю, что кто-нибудь из них заговорит. И не уверен, что имеет смысл использовать легиллименцию — нам тут только трупов не хватает.

— В чём-то это лучше, чем то, что ждёт их, — сказал Кут. — К их обвинениям добавятся другие — и мне представляется, что они вряд ли когда-нибудь покинут Азкабан.

— Хочешь пожалеть их? — жестковато спросил Поттер.

— Хочу чего-нибудь добиться, — ответил Кут. — Попробуем поработать с легиллиментом. Осторожно.

— Начни со Спута, — велел Поттер.

— Его меньше жалко? — не удержался Кут.

— Хочу попробовать кое-что ещё — но с ним это не сработает, я полагаю. А с ней может. Так что начни пока с него, — повторил Поттер и ушёл пока в свой кабинет.

Его ждала встреча, согласие на которую он получил сегодня утром и на которую возлагал серьёзные надежды.

…Замок Моран встретил его сумраком. За окном лил дождь, а небо было тёмно-серым и настолько низким, словно собиралось улечься отдохнуть на верхушки зелёных деревьев, видимых в высокое окно. Хозяйка замка встретила Поттера почти что у камина — и, здороваясь, он отметил, что её платье было в точности того же цвета, что и небо, но при этом почему-то вовсе не выглядело мрачным.

— Что за срочное дело у господина главного аврора? — поинтересовалась Моран, вежливо приглашая Поттера присесть на деревянный стул с высокой резной спинкой и сама опускаясь на соседний. И Гарри вновь увидел тот эффект, который уже видел однажды: как едва Моран опустилась на стул и коснулась ступнями устилающей пол медвежьей шкуры, тени, словно бы живые, сползлись к ней, укрывая будто бы полуневидимым плащом.

— Я пришёл к вам просить о помощи, — сказал Поттер.

Она слушала его молча и с тем самым выражением лица, которое Поттер очень хорошо знал по заседаниям Визенгамота — возможно, поэтому у него под конец рассказа возникло ощущение, что они там и находятся.

— Почему вы полагаете, что она станет меня слушать? — задала, наконец, Моран вполне ожидаемый вопрос.

— Я не полагаю, — честно сказал Поттер. — Я надеюсь. Я не знаю никого другого, к кому она могла бы прислушаться.

— Я не имею отношения к Билле Мёдба, — медленно проговорила Моран. — Хотя я и знала Мейв. Вы сказали, эта женщина была одной из самых близких её соратниц?

— Мы так полагаем, — кивнул Поттер. — Те, кто был в плену, её узнали.

— Почему вы не хотите дать ей слово? — спросила Моран, внимательно глядя на него.

— Прежде всего, это не в моей власти, — сказал Поттер. — Я не могу давать обещания за Визенгамот.

— Вы пришли ко мне не с тем, чтобы я вам в этом поспособствовала, — неторопливо проговорила Моран. — Почему же?

— Это будет манифест, — медленно вдохнув, ровно произнёс он.

— Полагаете, мы его не заслужили? — в голосе Моран прозвучало, вроде бы, искреннее любопытство.

— В любом случае, — помолчав, ответил Поттер, — я хотел бы видеть в Великобритании исключительно мирные процессы. Даже если речь зайдёт об отделении Ирландии.

— Даже если, — задумчиво повторила Моран. — Я поговорю с ней. Но наедине и сама закрою чарами ту комнату.

— Мадам, — осторожно начал было Поттер. Моран слегка приподняла брови, и Поттеру показалось, будто шкура под его ногами шевельнулась — словно задышала — а спинка стула стала чуть податливей, чем это обычно бывает с деревом.

— Если вы тревожитесь о формальной стороне вопроса, — благожелательно проговорила Моран, — я напомню вам, что, как член Визенгамота, смогу это уладить.

— Что же, если так — отлично, — заставил себя улыбнуться Поттер. — В таком случае, могу ли я вас проводить? Или вам удобнее будет какое-то другое время?

— Пойдёмте, — она встала, и Поттер, поднимаясь вслед за ней, не удержался от того, чтобы обернуться и посмотреть на спинку собственного стула, вполне ожидаемо оказавшуюся совершенно обыкновенной. — Мистер Поттер, — Моран обернулась к нему, и в комнате вдруг стало отчётливо светлее. — То, что сделала Мейв — ужасно. Но все великие вещи таковы — или кажутся такими.

— Так вы одобряете её? — вежливо поинтересовался Поттер.

— Она разбудила прошлое, — Моран поглядела ему вроде бы в глаза, но он так и не смог поймать её взгляд. — Не всё стоит возвращать — но она напомнила нам о том, кто мы.

— Нам стоит готовиться к войне? — вроде бы в шутку спросил Поттер.

— Зачем? — Моран слегка удивилась. — Воевать сейчас бессмысленно: слишком много времени прошло, слишком крепко мы проросли друг в друга, и слишком мало нас осталось по сравнению с магглами. Думаю, со временем мы вполне сможем договориться, оставаясь вместе, но… — она улыбнулась и сделала шаг к камину.

Глава 59

— Сколько она там уже? — спросил Причард, складывая руки на груди.

— Третий час пошёл, — ответил Поттер.

— Я бы на твоём месте… — пробурчал Причард, однако договаривать не стал.