Тёмная сторона луны

Или даже не от них вообще, а от того же Винда? Да, магглорождённых в самом Визенгамоте не было — но ведь это же могла быть, например, чья-то возлюбленная или просто близкий друг. Да, такое вполне возможно — начиная хоть с…

Гарри болезненно скривился. Меньше всего он хотел бы видеть в этом расследовании ещё какие-нибудь знакомые имена — но логика неумолимо требовала рассмотреть и этот вариант. Захария Смит. Эрни МакМилан. Терри Бут. Энтони Голдштейн. Они все учились вместе с ним и все защищали школу — и вряд ли питали к оборотням добрые чувства. У них вполне могли быть магглорождённые друзья, пострадавшие или даже погибшие в войну. Они все были достаточно смелы, чтобы не побояться зайти достаточно далеко. И уж адъютанта бы Грейбека они наверняка не пожалели, да и обитатели Билле Мёдба вряд ли вызвали бы в них симпатию.

Впрочем, кроме них могли быть и другие — да наверняка и были.

Гарри тихо, но отчётливо и грубо выругался. Если ему повезёт, отказ Бирна выполнить приказ спровоцирует автора письма на более решительные действия — и тогда… тогда, возможно, Гарри будет смотреть в глаза кому-нибудь из тех, с кем стоял плечом к плечу в бою.

Может быть, уволиться? Бросить к дракклам всё — и пусть их Робардс арестовывает. С Причардом. Как хорошо бы было…

— Тук-тук-тук, — услышал он от двери и увидел просунутую в щель голову Грэхема.

— Помянешь чёрта, — засмеялся Гарри. — Как добрались?

— Нормально, — Причард вошёл и, оглядевшись и принюхавшись, сказал с показной обидой: — Я надеялся на ужин!

— Я забыл, — признался Гарри. — Иди домой, — предложил он. — Отдохни, поешь… завтра длинный день.

— Переходящий в послезавтра, — кивнул Причард. — Я тут думал, пока мы летели, — сказал он, — может, их убить?

— Кого? — озадаченно спросил Поттер.

— Да без разницы, на самом деле, — ответил Причард. — Ирландцев, например. Или того же Винда. Ну, не до конца, конечно, — легкомысленно добавил он. — Так, слегка.

— Ты гений, — ахнул Поттер. — Грэм, ты…

— Да, — довольно подтвердил тот. — Надо только решить, кого — и пусть Бирн приходит и убьёт. Так сказать, кого сумеет. Так и так они поймут, что Бирн сдался нам — хуже уже не будет. А его активное сотрудничество, может быть, заставит их притормозить и лишний раз подумать, стоит ли ему вредить. Особенно когда в этом уже не будет смысла.

— Разумно, — кивнул повеселевший Поттер. — Но кого — это действительно вопрос… ты сначала сказал «их» — голосуешь за ирландцев?

— Ну смотри, — начал объяснять Причард. — Если «убить» Винда — надо отменять процесс. Или, по крайней мере, основательно менять обвинение…

— …а значит, ставить Визенгамот в известность, — подхватил азартно Поттер. — Да, согласен. Ирландцы.

— Думаю, что стоит инсценировать всё по-настоящему, — продолжил Причард. — Вплоть до строгого наказания дежурных. Потом извинишься и наградишь, — ухмыльнулся он.

— Погоди, — качнул головой Поттер. — Бирна же должны поймать перед третьим убийством. Дежурных придётся в это посвятить — иначе ничего не выйдет. Он же явится сюда под личиной Арвида — ты представь, что они могут с ним сделать!

— Могут, да, — признал Причард, скривившись. — Ладно, я погорячился — ну давай их посвятим. Надеюсь, что никто из них ни с кем не связан, — подмигнул он.

— Кто дежурит-то сегодня? — спросил Поттер.

— Спиннет и Смит-девочка, — отрапортовал Причард — и глумливо захихикал, когда Поттер ожидаемо его одёрнул:

— Патриция. Можно Пэт. За девочками тебе в Спинни.

— Идём, с ними побеседуем? — спросил Причард. — И я клянусь называть её только по фамилии, — он прижал руки к груди.

— Ты себя-то в роли стажёра помнишь? — укоризненно проговорил Поттер.

— Они уже младшие авроры! — возразил тот. — И да — помню. Но меня мальчиком даже на первом курсе не называли, — подмигнул он Поттеру и решительно направился к двери.

— Даже представлять боюсь, как тебя тогда называли, — хмыкнул Поттер, и Причард, обернувшись через плечо, энергично закивал:

— Да, примерно так. Только ещё грубее, — и любезно распахнул перед ним дверь его же собственного кабинета.

Глава 70

Спать Поттер лёг под утро. До того, как его голова коснулась подушки, он был убеждён, что заснёт мгновенно, однако вышло по-другому. Сон не шёл — Гарри лежал в темноте, слушал дыхание крепко спящей Джинни, смотрел на тени на шторах и думал. Бирна ему было жаль, и то, с какой безропотностью тот согласился на идею Причарда, вызывало у Гарри искреннюю симпатию. Ничего, камера предварительного заключения — не Азкабан, а оставшиеся двое суток — не такой уж большой срок. Посидит немного, выступит в понедельник на суде — и вернётся на службу если не героем, то, по крайней мере, человеком особенным и смелым.