Тёмная сторона луны

— Ну, завтрашний суд я не пропущу, конечно, — хмыкнул Сириус, на мгновенье становясь совершенно прежним. — Интересно всё-таки поглядеть, каким ты стал аврором.

— Здорово, что ты придёшь, — на сей раз Гарри улыбнулся очень искренне. — И вообще… Наверное, это хорошая идея. Поездить по миру.

— Я додумался, что теперь сам себя в темницу заточил, — сказал Сириус. — И двери запер. Глупо.

— Глупо, — подтвердил Гарри. С каждой секундой идея Сириуса нравилась ему всё больше. В самом деле, он же ведь как угодил в тюрьму в двадцать один год, так и просидел то там, то на Гриммо большую часть сознательной жизни. Хотя был ведь год, когда он как раз где-то странствовал — и, кажется, тогда Сириус чувствовал себя прекрасно. И вообще, все говорят, что такие вещи отлично помогают восстанавливаться. И даже если Сириус решит осесть где-то далеко, порталы, да и аппарацию никто не отменял. Если он вообще захочет видеть Гарри, они найдут способ. Может, так и лучше: там, по крайней мере, у Сириуса перед глазами не будет вышедших на свободу Пожирателей, да и Гарри рядом с ними видеть он не будет. И если захочет, сможет вообще о них не думать — не самый лучший способ взаимодействия с реальностью, конечно, но разве Сириус не заслужил душевного покоя, пускай даже и полученного таким способом?

Они замолчали. О чём думал Сириус, Гарри не знал, а сам он смотрел на сидящего рядом с ним человека и с грустью понимал, что на самом деле они оба очень плохо знают друг друга. И если Сириус хотя бы не изменился с той поры, когда они общались, то в самом Гарри наверняка осталось очень мало от того пятнадцатилетнего подростка, которым знал его когда-то Блэк. Пятнадцать… Его Джеймс был всего лишь на год младше. А самому Сириусу в то время было примерно столько же, сколько самому Гарри сейчас… Мерлин — да они, по сути, вовсе не знакомы! Каким станет Джеймс через четверть века, Гарри даже не пытался представлять, прекрасно понимая, что за такой срок человек может измениться почти до неузнаваемости. А ведь они с Сириусом толком так и не успели узнать друг друга — а ещё он видел в Гарри, прежде всего, сына Джеймса. То есть они, по сути, оба любят фантомов, выдумку, не имеющую ничего общего с реальностью.

— Эй, — сказал Сириус. — Я портрет отдам перед отъездом.

— Хочешь — забери с собой, — предложил Гарри. — Потом отдашь.

— Не знаю, — неожиданно сказал Сириус. — Хочу, конечно. Но… Ты знаешь, — он взъерошил свои волосы, — я там одно время проводил все дни. В картине. И чем дальше — тем меньше мне хотелось возвращаться. Какой смысл уезжать тогда?

— Никакого, — согласился Гарри — и вдруг крепко-крепко его обнял. Сириус ответил, и они сидели так довольно долго.

А потом Сириус отпустил его и спросил:

— Что там с завтрашним процессом? Что я хоть увижу?

— Оборотня ты увидишь… егеря, — сказал он — и сообразил, что егеря для Сириуса должны быть абстракцией. Нет, наверняка он уже знает, кто они таки, но никакой личной ненависти у него к ним нет: ей просто неоткуда взяться, потому что он их просто не застал. — Бывшего, конечно.

— С которым ты, конечно, дружишь, — Сириус скривился.

— Я с ним работаю, — ответил Гарри.

— Скажи, — спросил Сириус, помолчав, — у тебя вообще есть нормальные друзья? Не из бандитов и убийц?

— Тебя надо познакомить с Грэмом, — Гарри даже замер, осенённый этой мыслью. — Он тебе понравится! Он аврор, — добавил он под настороженным взглядом Сириуса. — Один из самых лучших! Начальник… был и уже почти снова — отдела Особо тяжких.

— Вы друзья? — с сомнением спросил Блэк.

— Пожалуй, — кивнул Гарри. — Не такие близкие, как с Роном или с Гермионой, но пожалуй. Хочешь — приходи завтра ко мне после процесса, — предложил он. — Мы обычно празднуем здесь… или наоборот, в зависимости от результата. Вот и познакомишься. Правда… — он замялся, и когда Сириус нетерпеливо спросил:

— Да что ещё-то?! — добавил:

— Грэхем слизеринец. Извини, — он развёл руками.

Сириус картинно сплюнул, и они, переглянувшись, рассмеялись.

Глава 73

Утро понедельника началось на час раньше обычного буднего утра: в восемь Поттер уже был на месте. Аврорат гудел, в коридорах то и дело мелькала чёрная форма ребят из ДМП, а у кабинета главного аврора происходил, кажется, маленький стихийный митинг.

— Сил моих нет, — поприветствовал Гарри Робардс. — Вся эта толпа рвётся в оцепление. Прими решение!

— Начинается, — буркнул Поттер.

Но решение, конечно, принял и людей отобрал. Так всё и пошло: Гарри было некогда не то чтобы подумать — даже присесть толком. Так что к Скабиору он пришёл не просто так, а с кофе — причём с двумя чашками. Бросил на решётку чары, наколдовал себе стул — и сел, протянув одну из чашек узнику.

Скабиор чашку у него взял, но пить не стал — просто обхватил её ладонями и медленно втянул в себя запах кофе. Потом сказал с усмешкой:

— Может, это мой последний кофе в жизни.

— Точно нет, — ответил ему Поттер, делая глоток. — Чем бы всё ни кончилось, я вам обещаю ещё минимум одну.