Тёмная сторона луны

Но его опять, как и тогда, никто не спрашивал.

Скабиор бы век не вспоминал эту идиотскую от начала и до конца историю, но сделать ничего не мог: он снова шёл по коридору Малфой-мэнора, и снова видел перед собой того седого до белизны волшебника с ястребиным носом, и его мир опять схлопывался, стирая звуки и образы, и он опять учился управлять своим новым телом… А потом мир снова возвращался, и он шёл, шатаясь, по лужайке к Малфой-мэнору, и приманивал через распахнутое окно пару подсвечников, и клялся себе отыграться и доказать себе, что они все ещё очень пожалеют, что так поступили с ним.

— И теперь, — медленно проговорил Мальсибер замершему залу, — мисс Данн осталось лишь воспроизвести это состояние мистера Винда и заменить фигуру его обидчика на магглов. Правда, полагаю, ей ещё потребовалось приглушить все остальные его чувства и желания, оставив, в конце концов, лишь одно — и дело было сделано. Благодарю вас, мистер Винд, — он слегка поклонился и, наконец, отпустил взгляд Скабиора и повернулся лицом к залу. — Месть — не самое примитивное желание, однако весьма сильное и очень специфическое и узнаваемое. Тот, кто испытал его хоть раз, с лёгкостью его узнает — а значит, вызвать его будет просто. Чем ярче эмоция, чувство, желание — тем проще это сделать, при условии, что человек его хоть раз испытывал. А поскольку мистеру Винду оно, определённо, знакомо, его можно было сделать базой, на которую мисс Данн наложила и досаду, и неприязнь к магглам, и ощущение несправедливости от происходящего. И, конечно, унижение.

— Вы сказали, — заговорил Поттер, — что остальные чувства мистера Винда были приглушены. Вы могли бы пояснить это?

— Мистер Винд — насколько я смог понять, конечно — человек вспыльчивый, но весьма рассудочный при этом. И не склонный принимать решения под влиянием чувств. Так что просто вызвать в нём коктейль всех этих эмоций было недостаточно — нужно было приглушить всё остальное. Не стереть — это было бы заметно — а приглушить. Почти полностью. И тогда оставшееся место заполнилось одним-единственным намерением — и в какой-то момент всё остальное стало представляться мистеру Винду несущественным и не заслуживающим внимания. Так, как это было с вами, судья Смит. Вы ведь помнили и понимали где вы, не так ли? — мягко спросил он.

— Не передёргивайте! — раздражённо отрезал Смит. — Это абсолютно несравнимо! Физические ощущения и какое-то абстрактное желание отомстить — это разные категории!

— Нет, на самом деле, — голос Мальсибера прозвучал ещё мягче. — Но, если вы хотите, я могу продемонстрировать что-нибудь похожее.

— Что, заставите меня пожелать убить кого-то? Прямо здесь? — язвительно поинтересовался Смит.

— Что вы, — Мальсибер покачал головой. — Чтобы сотворить такое, нужно долго человека изучать и владеть специальной техникой… боюсь, мне это не под силу. Я могу показать что-то более простое. Например, вызвать у вас желание устроить здесь дуэль с кем-нибудь из ваших политических оппонентов.

Судьи неожиданно рассмеялись — вероятно, Мальсибер случайно задел какую-то лишь им известную тему. Смит же покраснел и резко возразил:

— Всё равно эксперимент не будет честным. Мистер Винд, если вы не знали, оборотень — некорректно сравнивать его с человеком!

Воздух вдруг словно уплотнился и замёрз — в зале стало очень тихо. Что же он несёт? Тут ползала оборотней! Да, сейчас не полнолуние — но теперь на месте этого судьи Смита Скабиор бы, определённо, не открывал в такие ночи окна.

— Я боюсь, вы ошибаетесь, — резко сказал один из судей, сидевших на первом ряду. Скабиору он показался смутно знакомым — где-то он его, определённо, видел… только где? — И позволю себе вам напомнить, что оборотни получаются только из волшебников — и я смею утверждать, что достаточно хорошо знаком с вопросом, чтобы вам сказать, что вы не правы. Между оборотнем и волшебником есть разница только одну ночь из двадцати восьми.

— Я поверила бы Белби, — сказала та судья-красотка, и от звука её голоса в зале стало ещё холоднее. — Полагаю, он действительно разбирается в данном вопросе.

А ведь он же её знает, вдруг понял Скабиор. Точно знает! Но откуда? И как именно?

— Полагаю демонстрацию полезной, — неожиданно заявил Визерс и поднялся. — Мистер Мальсибер — я в вашем распоряжении. Дуэль — отличное решение. Действуйте. Мне спуститься?

Глава 78

— Если вас не затруднит, — любезно проговорил Мальсибер.

В зале зашумели, и гнетущая атмосфера последних минут рассеялась, растворившись почти без следа. Поттер встал со своего места и тоже подошёл к Мальсиберу, предупредив:

— Я поставлю щит — и очень надеюсь, что до непростительных дело не дойдёт.

— Это могло бы стать интересным прецедентом, — заметил Турпин. — Если бы дошло — кого бы мы должны были обвинить? Нашего коллегу или вашего эксперта?

— Действительно любопытная коллизия, — согласился с ним полный волшебник с обманчиво, как подумал Скабиор, дружелюбным лицом.