Тёмная сторона луны

— Так вот что с Трэверсом случилось! — воскликнул кто-то — Скабиор не успел увидеть, кто, но голос был мужским, низким и насмешливым. — А мы-то думали-гадали, куда он подевался. А мистер Винд его подкараулил в битве и сожрал! — со смехом договорил светловолосый волшебник с яркими зелёными глазами с глубоким шрамом на левой щеке.

В зале засмеялись, и на сей раз губы Скабиора тоже дрогнули в улыбке. А хорошая идея… жаль, ему такое в голову в своё время не пришло. Хотя вряд ли он сумел справиться с одним из Пожирателей — хотя кто знает? Битва была жуткой — мог бы и подкараулить, например, и… а вообще что значит «вот что с Трэверсом случилось»? Он что, без вести пропал? Скабиор вдруг ощутил, как по позвоночнику пополз мерзкий холодок. Он не верил, ни секунды, что раз его не похоронили и не посадили — значит, просто не нашли. Скабиор помнил его достаточно хорошо для того, чтобы усомниться в том, что тот мог вот так просто позволить себе сгинуть. Нет, такие люди просто так не пропадают, оставаясь безымянным трупом — значит… значит, он, по крайней мере, выжил. И, возможно, где-то топчет землю до сих пор. Скабиор как наяву увидел его светлые прозрачные глаза, даже не холодные, а какие-то… нечеловечески-отстранённые, и остро пожалел, что эта история всплыла тут. Уже не потому, что сам он выглядел в ней, мягко скажем, жалко, а потому, что не представлял, чем это может обернуться для него и, главное, его семьи. Если тот волшебник… Трэверс вдруг сочтёт, что… да Хель его знает, что он там сочтёт. Вот взбредёт в его башку уничтожить тех, кто в целом помнит про него — и никакой Арвид ничего не сможет сделать даже если и окажется с ним рядом. А ведь в прессе это будет! Тем более что и Риты нет…

— Вашими бы устами, — пошутил министр. — Мистер Мальсибер, продолжайте! Вы сказали, что желание «осуществлённое»? Как он отомстил?

— Здесь важно то, что отомстил он не мистеру… Трэверсу, верно? Он желал мести не ему конкретно, а всем тем, представителем кого он был для мистера Винда — богатым чистокровным волшебникам. И поэтому вскоре решился… я вам покажу, если вы позволите. Это недолго.

— Покажите, — решил председательствующий министр.

Скабиор глубоко вздохнул и скрипнул зубами — а что ему ещё оставалось? Только злиться и досадовать — вот зачем, зачем Мальсибер сделал это? Ведь вышло обойтись без этой гадкой сцены! Он тогда был пьян и зол и, может, и не стал бы трогать до смерти перепугавшуюся девку… да наверное не стал бы. Во всяком случае, опыта кого-нибудь насиловать у Скабиора не было, и хотя он не помнил, что тогда чувствовал и чего хотел, он подозревал, что как только дело бы дошло до собственно секса, он бы плюнул и ушёл. Наверное. Во всяком случае, он очень хотел надеяться на это.

— Мистер Винд, — Мальсибер вновь спустился с кафедры и вернулся к Скабиору. — Я надеюсь, это последнее — остальное я уже показывал. Посмотрите мне в глаза, пожалуйста.

Скабиор дёрнул углом рта и уставился во внимательные чёрные глаза напротив — и вновь словно очутился в том дне, когда, пьяный, злой и отчаянно-решительный, шёл по Малфой-мэнору в поисках какой-нибудь уникальной добычи. Чего-нибудь, что чувствительно задело бы его владельца или, может быть, кого-то из гостей. Но все двери были заперты, и Скабиор тогда уже всерьёз подумывал испортить какой-нибудь особо пафосный портрет, но в этот момент одна из дверей всё же поддалась, и он очутился в комнате с обитыми шёлком стенами и дорогущим ковром на полу. Комната-шкатулка… тьфу. Она пахнет женщиной, мужчиной, едой, сексом и болезнью, но Скабиору это всё равно — главное, он точно сможет отыскать здесь что-то личное, потеря чего чувствительно заденет обладателя.

А потом он замечает открытую дверцу шкафа и видит за ней край обнажённого женского тела…

Скабиор едва приготовился к тому, что сейчас будет, как Мальсибер вдруг закрыл глаза и, отведя свою палочку от Омута, сказал:

— Думаю, этого достаточно. Мне кажется неловким демонстрировать обнажённую даму, не имеющую ко всему этому никакого отношения, суду — если вы позволите, я бы лучше просто пересказал то, что было дальше, тем более что для дела это несущественно.

— Расскажите, — первой ответила ему красотка, пресекая возможность кому бы то ни было ещё высказать иное мнение.

— Мистера Винда со скандалом выставили вон из комнаты, пообещав в следующий раз позвать хозяев, — сказал Мальсибер. — И наложив на него пару неприятных заклинаний. Так что месть не получилась — и мисс Данн весьма умело воспользовалась возникшей в результате злостью и ощущением неудовлетворённости. Ей осталось только подменить объект и приглушить все остальные чувства и желания — и ждать.

— Благодарю вас, мистер Мальсибер, — сказал Поттер. — Если суд позволит, аврорат повторит свои обвинения.

— Давно пора, — нетерпеливо проговорил мужик с пончиками. — Начинайте, мистер Поттер — лучше с Винда.

— Итак, — Поттер вытащил пергамент и заговорил невероятно официальным тоном: — Аврорат обвиняет мистера Винда в нарушении Статута, выразившемся в…