Фандом: Гарри Поттер. Жарким летним вечером оборотень нападает на загородный спа-салон, устраивая там форменную резню. Оборотень арестован, дело раскрыто — впереди суд и вечный Азкабан. Всё просто. Вроде бы.
Добавить в моё избранное
782 мин, 47 сек 19639
В этот момент Мальсибер быстро обошёл Визерса так, чтобы вновь оказаться с ним лицом к лицу и, заглянув ему в глаза, напряжённо замер. Скабиору было невероятно досадно, что он видит лишь его лицо: ничего интересного в нём не было, на что там смотреть? Но увы, ему приходилось довольствоваться тем, что было, и просто завидовать зрителям, которые как раз всё видели.
— Кажется, готово, — произнёс Мальсибер и снова сделал пару шагов назад.
— Это было… впечатляюще, — суховато проговорил Визерс, а зал разразился аплодисментами.
— У вас потрясающее самообладание, — сказал ему Мальсибер.
— Только невоспитанные идиоты устраивают спонтанные дуэли, — скривился Визерс. — Дуэль — это благородное искусство, а не уличная драка. Но вам можно только посочувствовать, — неожиданно обратился он к Скабиору. — Вы, конечно, так сопротивляться не могли.
С этими словами он развернулся и вернулся на своё место — а Скабиор до крови прикусил изнутри нижнюю губу, благодаря… всё и всех, что прикован к стулу. Потому что желание разбить эту самодовольную сочувствующую физиономию захлестнуло его до темноты в глазах и кислоты во рту. Посочувствуй себе, тварь! Это ты не смог сопротивляться за те три минуты, что Мальсибер на тебя глядел! Да будь у него хотя бы пара дней, как у этой ирландской бабы, ты бы голым на столе в «Котле» джигу сплясал!
— Давайте уже голосовать? — с заметным нетерпением предложил дородный волшебник с пакетом каких-то бесконечных пончиков. — В целом, всё понятно — или у вас, мистер Поттер, есть ещё какие-то сюрпризы?
— К сожалению, нет, — ответил Поттер. — Мистер Мальсибер, не могли бы вы кратко подвести итог?
— Если говорить совсем коротко, то с мистером Виндом произошло следующее, — заговорил Мальсибер, возвращаясь за свидетельскую кафедру. — Мисс Данн отыскала в его памяти ситуацию, которую он воспринимал как самую унизительную и требующую непременного возмездия — и…
— Что значит «возмездия»? — спросил пожилой седоволосый волшебник с верхних рядов. — При всём категоричном неприятии взглядов и, тем более, действий Эктора Трэверса, в данном случае его сложно не понять: мало кто спокойно перенёс бы подобное оскорбление от… — он запнулся и, прочистив горло, закончил недовольно: — Незнакомца.
— В данном случае дело не в том, кто объективно прав, а кто виновен, и имел ли право этот господин превращать мистера Винда в это существо, а в том, что при этом чувствовал сам мистер Винд, — сказал Мальсибер. — А он ощущал себя униженным и был чрезвычайно зол — и, сказать по правде, я могу его понять. Я бы тоже разозлился, если бы меня на чьей-нибудь лужайке чуть не съели.
— Ваше мнение по данному вопросу суду не интересно, — резко оборвал его седой, и в зале недовольно зашумели.
Мальсибер только склонил голову:
— Разумеется. Итак, мисс Данн отыскала нужное ей настроение, главным в котором является деятельное желание отомстить, чуть позже в самом деле мистером Виндом осуществлённое.
— Так вот что с Трэверсом случилось! — воскликнул кто-то — Скабиор не успел увидеть, кто, но голос был мужским, низким и насмешливым. — А мы-то думали-гадали, куда он подевался. А мистер Винд его подкараулил в битве и сожрал! — со смехом договорил светловолосый волшебник с яркими зелёными глазами с глубоким шрамом на левой щеке.
В зале засмеялись, и на сей раз губы Скабиора тоже дрогнули в улыбке. А хорошая идея… жаль, ему такое в голову в своё время не пришло. Хотя вряд ли он сумел справиться с одним из Пожирателей — хотя кто знает? Битва была жуткой — мог бы и подкараулить, например, и… а вообще что значит «вот что с Трэверсом случилось»? Он что, без вести пропал? Скабиор вдруг ощутил, как по позвоночнику пополз мерзкий холодок. Он не верил, ни секунды, что раз его не похоронили и не посадили — значит, просто не нашли. Скабиор помнил его достаточно хорошо для того, чтобы усомниться в том, что тот мог вот так просто позволить себе сгинуть. Нет, такие люди просто так не пропадают, оставаясь безымянным трупом — значит… значит, он, по крайней мере, выжил. И, возможно, где-то топчет землю до сих пор. Скабиор как наяву увидел его светлые прозрачные глаза, даже не холодные, а какие-то… нечеловечески-отстранённые, и остро пожалел, что эта история всплыла тут. Уже не потому, что сам он выглядел в ней, мягко скажем, жалко, а потому, что не представлял, чем это может обернуться для него и, главное, его семьи. Если тот волшебник… Трэверс вдруг сочтёт, что… да Хель его знает, что он там сочтёт. Вот взбредёт в его башку уничтожить тех, кто в целом помнит про него — и никакой Арвид ничего не сможет сделать даже если и окажется с ним рядом. А ведь в прессе это будет! Тем более что и Риты нет…
— Вашими бы устами, — пошутил министр. — Мистер Мальсибер, продолжайте! Вы сказали, что желание «осуществлённое»? Как он отомстил?
— Здесь важно то, что отомстил он не мистеру… Трэверсу, верно?
— Кажется, готово, — произнёс Мальсибер и снова сделал пару шагов назад.
— Это было… впечатляюще, — суховато проговорил Визерс, а зал разразился аплодисментами.
— У вас потрясающее самообладание, — сказал ему Мальсибер.
— Только невоспитанные идиоты устраивают спонтанные дуэли, — скривился Визерс. — Дуэль — это благородное искусство, а не уличная драка. Но вам можно только посочувствовать, — неожиданно обратился он к Скабиору. — Вы, конечно, так сопротивляться не могли.
С этими словами он развернулся и вернулся на своё место — а Скабиор до крови прикусил изнутри нижнюю губу, благодаря… всё и всех, что прикован к стулу. Потому что желание разбить эту самодовольную сочувствующую физиономию захлестнуло его до темноты в глазах и кислоты во рту. Посочувствуй себе, тварь! Это ты не смог сопротивляться за те три минуты, что Мальсибер на тебя глядел! Да будь у него хотя бы пара дней, как у этой ирландской бабы, ты бы голым на столе в «Котле» джигу сплясал!
— Давайте уже голосовать? — с заметным нетерпением предложил дородный волшебник с пакетом каких-то бесконечных пончиков. — В целом, всё понятно — или у вас, мистер Поттер, есть ещё какие-то сюрпризы?
— К сожалению, нет, — ответил Поттер. — Мистер Мальсибер, не могли бы вы кратко подвести итог?
— Если говорить совсем коротко, то с мистером Виндом произошло следующее, — заговорил Мальсибер, возвращаясь за свидетельскую кафедру. — Мисс Данн отыскала в его памяти ситуацию, которую он воспринимал как самую унизительную и требующую непременного возмездия — и…
— Что значит «возмездия»? — спросил пожилой седоволосый волшебник с верхних рядов. — При всём категоричном неприятии взглядов и, тем более, действий Эктора Трэверса, в данном случае его сложно не понять: мало кто спокойно перенёс бы подобное оскорбление от… — он запнулся и, прочистив горло, закончил недовольно: — Незнакомца.
— В данном случае дело не в том, кто объективно прав, а кто виновен, и имел ли право этот господин превращать мистера Винда в это существо, а в том, что при этом чувствовал сам мистер Винд, — сказал Мальсибер. — А он ощущал себя униженным и был чрезвычайно зол — и, сказать по правде, я могу его понять. Я бы тоже разозлился, если бы меня на чьей-нибудь лужайке чуть не съели.
— Ваше мнение по данному вопросу суду не интересно, — резко оборвал его седой, и в зале недовольно зашумели.
Мальсибер только склонил голову:
— Разумеется. Итак, мисс Данн отыскала нужное ей настроение, главным в котором является деятельное желание отомстить, чуть позже в самом деле мистером Виндом осуществлённое.
— Так вот что с Трэверсом случилось! — воскликнул кто-то — Скабиор не успел увидеть, кто, но голос был мужским, низким и насмешливым. — А мы-то думали-гадали, куда он подевался. А мистер Винд его подкараулил в битве и сожрал! — со смехом договорил светловолосый волшебник с яркими зелёными глазами с глубоким шрамом на левой щеке.
В зале засмеялись, и на сей раз губы Скабиора тоже дрогнули в улыбке. А хорошая идея… жаль, ему такое в голову в своё время не пришло. Хотя вряд ли он сумел справиться с одним из Пожирателей — хотя кто знает? Битва была жуткой — мог бы и подкараулить, например, и… а вообще что значит «вот что с Трэверсом случилось»? Он что, без вести пропал? Скабиор вдруг ощутил, как по позвоночнику пополз мерзкий холодок. Он не верил, ни секунды, что раз его не похоронили и не посадили — значит, просто не нашли. Скабиор помнил его достаточно хорошо для того, чтобы усомниться в том, что тот мог вот так просто позволить себе сгинуть. Нет, такие люди просто так не пропадают, оставаясь безымянным трупом — значит… значит, он, по крайней мере, выжил. И, возможно, где-то топчет землю до сих пор. Скабиор как наяву увидел его светлые прозрачные глаза, даже не холодные, а какие-то… нечеловечески-отстранённые, и остро пожалел, что эта история всплыла тут. Уже не потому, что сам он выглядел в ней, мягко скажем, жалко, а потому, что не представлял, чем это может обернуться для него и, главное, его семьи. Если тот волшебник… Трэверс вдруг сочтёт, что… да Хель его знает, что он там сочтёт. Вот взбредёт в его башку уничтожить тех, кто в целом помнит про него — и никакой Арвид ничего не сможет сделать даже если и окажется с ним рядом. А ведь в прессе это будет! Тем более что и Риты нет…
— Вашими бы устами, — пошутил министр. — Мистер Мальсибер, продолжайте! Вы сказали, что желание «осуществлённое»? Как он отомстил?
— Здесь важно то, что отомстил он не мистеру… Трэверсу, верно?
Страница 174 из 214
