Тёмная сторона луны

Внутри было темно, но не настолько, чтобы вовсе ничего не видеть, а для обострившегося уже зрения Хадрат света, проходившего сюда из узких окон под самой крышей, вполне хватало. Она лихорадочно заозиралась. Да, вот инструменты — много разных… Доски… сундуки… Большой, идущий вдоль стены удобный стол… Полки вдоль другой, да и над ним… Да где же, где? Они должны висеть где-то на стене, наверное… или же лежать на полках…

Есть! Хадрат даже закричала, наконец, увидев действительно висящие на стене в дальнем углу цепи. Разные — от тоненьких до тяжеленных, в руку толщиной. Это ей и нужно! Дотащить бы… ничего. Дотащит. Теперь замок… замки. Лучше два — и обмотать себя двумя концами. Так надёжней. Да, две цепи за два дерева. Если она там не рехнётся, может быть, они её удержат…

Замки обнаружились на одной из полок — смазанные, с ключами вместе. Он аккуратист, этот лесник. Отлично! Всё-таки ей повезло. Она выбрала два побольше и потяжелее и, сунув их в карманы пижамной куртки, с трудом сняла с крюков две цепи, повесила их себе на шею и на плечи и обмотала концами руки. И пошла — тут уж было не до бега, но хоть немного в лес она должна была уйти! Не здесь же ей себя приковывать… А время шло, летело, и Луна звала, и Хадрат уже начинала ощущать хорошо знакомый зуд под кожей. Ладно, наплевать — никуда она особо не ушла, конечно, но не важно. Вот есть хороший дуб… и вон ещё один. Так, не распылаться! Хадрат сняла цепи и буквально уронила их на землю. Как же больно! От боли во рту было горько и в глазах темнело — а может, это уже… нет, нет, ещё не сейчас! Ещё немного. Так… обернуть цепь вокруг дерева, пристегнуть конец замком… дура! Идиотка! Замков надо четыре, а не два! По два на цепь! Ладно… ладно, наплевать. У неё два есть, и цепь толстенная. Обойдётся. Главное — потуже затянуть на шее, чтобы голова не вылезла… только ведь у волка шея толще! Или нет? Вдруг она задохнётся? Хель, ну почему она никогда этим не интересовалась? Так… так… волк — это же почти собака по размеру? Большая… какая-нибудь пастушья. Например, овчарка или лайка. Она же видела когда-то их ошейники! Не такие уж они большие… нет — она затянет цепь по своей шее, а там уж как получится. Задохнётся — значит, такова судьба… скорее!

Оборачивать цепь с крупными, в половину ладони, звеньями вокруг шеи было тяжело и неудобно, да и сделать совсем плотно у Хадрат это попросту не вышло: слишком длинными были эти звенья. Пришлось сделать чуть слабее и надеяться, что голова у волка в дырку не пролезет.

Хадрат успела защёлкнуть замок, но стянуть с себя пижаму уже не смогла — превращение началось. И последней её человеческой мыслью стало то, что надо было бы, наверное, найти ружьё и спрятать, потому что…

Глава 86

Разбудило Хадрат солнце. Некоторое время она лежала, вяло вспоминая то, что было накануне, и чем дальше, тем больше ощущая какую-то неправильность нынешней реальности. Сформулировать его она смогла не сразу, но, в конце концов, вопрос сложился: почему на ней нет цепи?

Ответ мог быть всего один, и от него Хадрат вмиг проснулась окончательно, заледенев от тоски и ужаса. Значит, она вырвалась. И значит… Хотя стоп. Тогда она вся должна быть в их крови! И во рту чувствовать её. Но ведь ничего такого не было — значит, они просто не вернулись!

От облегчения Хадрат тихо рассмеялась и открыла, наконец, глаза. И заморгала недоверчиво и недоумённо, обнаружив, что лежит на кровати в той же комнате. В первый момент Хадрат даже решила, что всё предыдущее ей попросту привиделось в бреду — но проверить это было просто. Хадрат откинула одеяло и, задрав пижамную куртку, уставилась на то место, где должна была быть рана, но теперь виднелся лишь ярко-розовый и свежий шрам. Да и куртка была не голубой, а жёлто-кремовой. Значит…

А Хель знает, что всё это значило. Хадрат озадаченно покрутила в руках полу пижамной куртки и снова посмотрела на свой новый шрам и даже потрогала его пальцем. Получалось… ничего не получалось. Не могла она, обратившись утром, снять с себя цепи, дойти до дома, невесть где отыскать новую пижаму и улечься спать! Но… но как тогда?

Дверь открылась, пропуская мужика, и Хадрат, не представляя, что ему сказать, просто растянула губы в улыбке.

— Ты нас извини, — сказал мужик, придвигая себе стул и садясь. — Надо было сразу поговорить начистую, — добавил он — и вдруг вытащил откуда-то палочку.

Волшебную.

Хадрат онемела. Но… как? Но почему? Зачем? И что теперь с ней будет?

— Я тебе всё расскажу, как есть, — продолжал мужик. — А ты решишь, что делать. Захочешь уйти — уйдёшь: одежда твоя чистая, вещи все твои я сюда принёс. Держать не будем. Не захочешь — оставайся.

— В смысле? — машинально спросила Хадрат первое, что пришло ей в голову.

— В прямом, — мужик пожал плечами. — Комната же есть. Если тебе негде жить — живи пока.

— Здесь? — тупо переспросила Хадрат.

— Можешь здесь, — кивнул мужик. — Можешь в пещеру вернуться, я провожу. Тебе рассказать, как я тебя нашёл?