Фандом: Гарри Поттер. Жарким летним вечером оборотень нападает на загородный спа-салон, устраивая там форменную резню. Оборотень арестован, дело раскрыто — впереди суд и вечный Азкабан. Всё просто. Вроде бы.
782 мин, 47 сек 19690
— Спи, — мужик и не подумал обижаться, забрал поднос да ушёл, сказав от двери: — Спокойной ночи.
Полностью прогнав эти последний сон. Она просто должна придумать, как их выкурить отсюда! Значит, яд. Но чтоб его достать, надо выбраться из дома — а что, если завтра в доме будет ещё кто-то? Раз мужик лесник — а Хадрат решила, что никем другим он быть не может: кто ж ещё из магглов будет жить в такой глуши? Да отсюда даже на машине до ближайшего селенья часа два! А может быть, и больше — если она правильно уловила направление, в котором они шли. Нет, мужик наверняка лесник — но тогда ему нет нужды непременно каждый день уходить из дома, наверное. И жена его — она тоже ведь наверняка лесник. Или просто так живёт и не работает — да и зачем? Здесь, в лесу, есть всё, чтобы прожить, а всякие мелочи вроде хлеба, соли, сахара и кофе можно запросто купить в городе, к примеру, раз в неделю. Очень скверно, если так: они никуда не выйдут, а её не выпустят, наверное. Разве что уговорить их, что, мол, ей на воздухе полегче… хотя это бред: открыть окно — вот тебе и воздух. Надо было им сказать, что она не терпит маленьких пространств! Хадрат слышала однажды жуткую историю об оборотне, который настолько привык жить в лесу, что не выносил любые помещения и, когда его поймали авроры, рехнулся в камере без всякой луны и разбил свою башку о стену во вполне себе человеческом обличье. Надо было ей придумать это раньше, а теперь уже, конечно, поздно — не бывает же такое по часам! Наверное.
Нет, пожалуй, так не выйдет. Придётся выдумать другое. Эх, вот бы Нидгара сюда! Или Скабиора этого, чтоб он сдох уже, раз опять от Азкабана выкрутился. Вот уж кто никогда на фантазию не жаловался! Эти мигом бы сейчас придумали, что делать — Скабиор особенно. А она нормальный человек, она не любит врать, и лжецов не любит тоже! Она и так вон целый план придумала, только как его осуществить? Мордред знает. Но не скажет, гадина покойная.
Хадрат проворочалась ещё часа, наверно, два, но так ответ и не нашла. Боли она уже почти не чувствовала — нет, рана тянула и порою дёргала, но это были мелочи в сравнении с тем, что она уже пережила. Нет, такую боль она вполне могла терпеть — да она каждый месяц мучается больше, чем сейчас. Нормально. Спать ей не давали мысли — правда, толку от них не было. Надо было хоть спросить, какие у них на завтра планы! Всё-таки она порой такая дура… Сейчас знала бы, что её ждёт. Но не будить же из таким странным вопросом…
В конце концов, она всё-таки заснула — а когда проснулась, за открытым окном было уже светло и даже солнечно, а в доме — очень тихо. По свету она поняла лишь, что солнце высоко — но поскольку она не представляла, на какую сторону выходит её окно, и самого солнца ей отсюда видно не было, точнее Хадрат не могла сказать. Рана ныла, как и прежде, и вообще болела ощутимо, но боль по-прежнему была здоровой — иначе Хадрат не могла её определить — и вполне терпимой. Осторожно выбравшись из кровати, она босиком — потому что не нашла своих ботинок, да и остальной одежды — игнорируя войлочные туфли, оставленные у кровати, медленно дошла до двери и медленно её открыла.
Прислушалась.
Тишина была… не мёртвой, нет — обычной. Было похоже, что в доме никого, и Хадрат буквально возликовала. Правда, сперва нужно было отыскать нужник, хотя, в принципе, она не возражала и против ближайших кустов. Однако туалет нашёлся в доме — вполне приличный, тёплый и удобный, Хадрат даже и не помнила, когда была в таком. И не просто яма, а нормальный унитаз! А ванная комната была почти что как в особняке — с большой белой ванной и широкой раковиной с пробкой и двумя кранами. Хадрат не удержалась от того, чтобы в ней не просто руки вымыть, но умыться и даже вымыться немного. Полотенец было аж четыре: два небольших, видимо, для лица и рук, и два почти огромных. Одним из них — тем, что пахло мужиком — она и воспользовалась.
Выйдя из ванной комнаты, Хадрат отправилась искать выход на улицу. Она уже была почти уверена, что хозяев дома нет — иначе они бы, вероятно, вышли бы уже на шум. Значит, ей опять внезапно повезло, и упускать этот неожиданный шанс Хадрат была не намерена.
Остановившись на крыльце, Хадрат огляделась. Двор был довольно большим и обжитым: недалеко от дома в землю был вкопан основательный стол с двумя широкими скамьями по длинным сторонам. За ним виднелось выложенная камнями круглая площадка для костра, обрамлённая крупными гладкими валунами. Тот, кто её сделал, явно хорошо представлял себе лесной пожар и позаботился о том, чтоб не стать его причиной.
Полностью прогнав эти последний сон. Она просто должна придумать, как их выкурить отсюда! Значит, яд. Но чтоб его достать, надо выбраться из дома — а что, если завтра в доме будет ещё кто-то? Раз мужик лесник — а Хадрат решила, что никем другим он быть не может: кто ж ещё из магглов будет жить в такой глуши? Да отсюда даже на машине до ближайшего селенья часа два! А может быть, и больше — если она правильно уловила направление, в котором они шли. Нет, мужик наверняка лесник — но тогда ему нет нужды непременно каждый день уходить из дома, наверное. И жена его — она тоже ведь наверняка лесник. Или просто так живёт и не работает — да и зачем? Здесь, в лесу, есть всё, чтобы прожить, а всякие мелочи вроде хлеба, соли, сахара и кофе можно запросто купить в городе, к примеру, раз в неделю. Очень скверно, если так: они никуда не выйдут, а её не выпустят, наверное. Разве что уговорить их, что, мол, ей на воздухе полегче… хотя это бред: открыть окно — вот тебе и воздух. Надо было им сказать, что она не терпит маленьких пространств! Хадрат слышала однажды жуткую историю об оборотне, который настолько привык жить в лесу, что не выносил любые помещения и, когда его поймали авроры, рехнулся в камере без всякой луны и разбил свою башку о стену во вполне себе человеческом обличье. Надо было ей придумать это раньше, а теперь уже, конечно, поздно — не бывает же такое по часам! Наверное.
Нет, пожалуй, так не выйдет. Придётся выдумать другое. Эх, вот бы Нидгара сюда! Или Скабиора этого, чтоб он сдох уже, раз опять от Азкабана выкрутился. Вот уж кто никогда на фантазию не жаловался! Эти мигом бы сейчас придумали, что делать — Скабиор особенно. А она нормальный человек, она не любит врать, и лжецов не любит тоже! Она и так вон целый план придумала, только как его осуществить? Мордред знает. Но не скажет, гадина покойная.
Хадрат проворочалась ещё часа, наверно, два, но так ответ и не нашла. Боли она уже почти не чувствовала — нет, рана тянула и порою дёргала, но это были мелочи в сравнении с тем, что она уже пережила. Нет, такую боль она вполне могла терпеть — да она каждый месяц мучается больше, чем сейчас. Нормально. Спать ей не давали мысли — правда, толку от них не было. Надо было хоть спросить, какие у них на завтра планы! Всё-таки она порой такая дура… Сейчас знала бы, что её ждёт. Но не будить же из таким странным вопросом…
В конце концов, она всё-таки заснула — а когда проснулась, за открытым окном было уже светло и даже солнечно, а в доме — очень тихо. По свету она поняла лишь, что солнце высоко — но поскольку она не представляла, на какую сторону выходит её окно, и самого солнца ей отсюда видно не было, точнее Хадрат не могла сказать. Рана ныла, как и прежде, и вообще болела ощутимо, но боль по-прежнему была здоровой — иначе Хадрат не могла её определить — и вполне терпимой. Осторожно выбравшись из кровати, она босиком — потому что не нашла своих ботинок, да и остальной одежды — игнорируя войлочные туфли, оставленные у кровати, медленно дошла до двери и медленно её открыла.
Прислушалась.
Тишина была… не мёртвой, нет — обычной. Было похоже, что в доме никого, и Хадрат буквально возликовала. Правда, сперва нужно было отыскать нужник, хотя, в принципе, она не возражала и против ближайших кустов. Однако туалет нашёлся в доме — вполне приличный, тёплый и удобный, Хадрат даже и не помнила, когда была в таком. И не просто яма, а нормальный унитаз! А ванная комната была почти что как в особняке — с большой белой ванной и широкой раковиной с пробкой и двумя кранами. Хадрат не удержалась от того, чтобы в ней не просто руки вымыть, но умыться и даже вымыться немного. Полотенец было аж четыре: два небольших, видимо, для лица и рук, и два почти огромных. Одним из них — тем, что пахло мужиком — она и воспользовалась.
Выйдя из ванной комнаты, Хадрат отправилась искать выход на улицу. Она уже была почти уверена, что хозяев дома нет — иначе они бы, вероятно, вышли бы уже на шум. Значит, ей опять внезапно повезло, и упускать этот неожиданный шанс Хадрат была не намерена.
Глава 85
Двор перед домом оказался небольшим и порос густой травой, которую, похоже, иногда подрезали, но вовсе не старались превратить в аккуратный газон. Неподалёку от дома виднелся большой сарай — тоже вещь вполне обычная. Там же, вероятно, и гараж — и, видимо, оттуда и идёт дорога. И правильно: нечего глядеть на развороченную землю. Да и грязи от неё зимой и осенью…Остановившись на крыльце, Хадрат огляделась. Двор был довольно большим и обжитым: недалеко от дома в землю был вкопан основательный стол с двумя широкими скамьями по длинным сторонам. За ним виднелось выложенная камнями круглая площадка для костра, обрамлённая крупными гладкими валунами. Тот, кто её сделал, явно хорошо представлял себе лесной пожар и позаботился о том, чтоб не стать его причиной.
Страница 189 из 214
