Темное пламя душ

Тяжелое молчание толпы заставило его заткнуться. Бандиты хмурились, сжимали оружие в руках, а кое-кто даже взглянул на небо, будто опасаясь, что сверху упадет тяжелый мешок.

— Маги, парень. Эти ребята опаснее любого воина, ведь они владеют особенной силой, неподвластной нам. Запомни: маг никогда не оставит оскорбление неотмщенным. Впредь следи за языком, Орх.

Грил тяжело вздохнул и коснулся ладонью груди. Сердце закололо, предчувствие беды можно было почувствовать всей кожей.

Орх молчал, как и все остальные. Старший не выдержал, шагнул к двери паба, но было поздно.

Здание сложилось, будто выстроенное из бумаги, а в воздухе повис прах. Грил закашлялся, прищурился, силясь разглядеть что-нибудь за серой завесой. Все звуки вокруг стихли, он не слышал даже собственное дыхание.

Грил вдохнул ртом, ощущая, как задыхается. Он ощутил себя выброшенной на берег рыбой, безуспешно пытающейся добраться до воды.

Помощник дядюшки Уна рухнул на колени, размазывая по щекам хлынувшие слезы. Окружающее пространство давило на него, будто кто-то огромный собирался накрыть гигантской ладонью.

Все закончилось внезапно. Прах осел на землю и воздух потоком хлынул в легкие. Грил шумно вдохнул, раскашлялся, склонил голову, ощущая, как разжимаются тиски.

Он услышал легкие шаги и взглянул вперед. Его соратники исчезли, а навстречу Грилу шагал тот самый мальчишка-маг. Он улыбался, и, казалось, ничуть не испачкался в этом вездесущем прахе.

— Кто ты? — прошептал Грил. Парень остановился в нескольких шагах, слегка склонил голову набок. Затем хмыкнул.

— Меня зовут Анкрайт. Ты же можешь звать меня Хозяин. Твой господин, Ун, мертв. Но перед смертью он передал мне право владения бандами этого района. Гляди, тут даже подпись имеется.

Парень потряс какой-то бумажкой, на которой Грил и впрямь различил почерк господина Уна.

— Зачем ты убил его? — пересохшими губами спросил он. Маг пожал плечами.

— Хороший вопрос. На самом деле, мы уже обо всем договорились, мне даже не пришлось долго его мучать, но потом… дядюшка Ун оскорбил меня. А я, видишь ли, весьма обидчивый человек.

Грил с минуту молча глядел на паренька, а затем, запрокинув голову, от души расхохотался. Он смеялся, утирая слезы, потом успокаивался и снова смеялся. Маг терпеливо ждал, но вскоре не выдержал и, шагнув вперед, отвесил головорезу пощечину. Смех оборвался.

Грил поглядел на мальчика осмысленным взглядом и сдвинул брови.

— Ты хочешь, чтобы я служил тебе, парень?

Удар коленом в подбородок опрокинул его на землю. Сплевывая кровь, Грил с яростью взглянул на мага.

— Называй меня Хозяин. И, да, я этого хочу. Ты показался мне более смышленым, чем те придурки. Пока что я не собираюсь тебя убивать.

— А что, если я откажусь? — процедил Грил. Парень пожал плечами.

— Твое право. Но знай: скоро весь этот мир окажется в моей власти. И тогда ты сильно пожалеешь о том, что не поддержал меня сразу. Но будет поздно. Какая жалость, а?

Маг рассмеялся. Грил слушал этот лающий, мерзкий смех и понимал, что обречен служить безумцу. Иначе он умрет. А умирать головорезу не следовало, ведь Нара ждет дома с детьми.

Поэтому, стиснув зубы, Грил поднялся и поклонился магу.

— Я буду служить тебе, Анкрайт. Но пообещай, что моя семья ни в чем не станет нуждаться.

— Обещаю, — хихикнув, отмахнулся маг. Затем подмигнул новоявленному слуге и зашагал прочь от уничтоженного паба. — Идем, у нас еще много работы, мой раб.

Грил в последний раз оглянулся назад, сглотнул вязкую слюну и, коротко помолившись всем богам, направился следом за хозяином. Он еще не знал, кому поклялся служить, но понимал, что маг не ставит мелких целей. Возможно, однажды он, Грил, будет находиться по правую руку от величайшего правителя из всех, кого знал мир.

Но горький привкус на губах подсказывал ему, что он жестоко ошибается.

Подношение

Парадный зал летнего дворца был полон гостей. Сегодня состоится коронация Язмара Эрнеберга Первого — и это событие приводило в дрожь большинство жителей столицы. Принц с детства прослыл жестоким и кровожадным ублюдком, а посему мало кто радовался его восхождению на престол. Слуги шептались по углам, с ужасом представляя себе грядущее. Придворные рангом повыше всего лишь обеспокоенно переглядывались и пожимали плечами, втайне надеясь, что получится избежать внимания Его Величества.

Шепотки и смех стихли, стоило дверям распахнуться. Церемониймейстер сглотнул и громко объявил:

— Его Величество Язмар Эрнеберг Первый прибыли!

Виновник торжества, тихонько усмехаясь, быстрым шагом прошел к трону и рухнул, поморщившись от боли в груди. Последние несколько дней сердце постоянно сжимала когтистая лапа, заставляя Язмара хрипеть, до крови кусать губы и тайком утирать слёзы.

Слегка вздохнув, Эрнеберг внезапно понял, что все собравшиеся напряженно следят за ним, ожидая слов владыки.