Темное пламя душ

— Начнем, пожалуй, — пробормотал Язмар, желая отделаться от обязанностей поскорее. Отец умер не вовремя. Нет, принц, безусловно, был рад такому повороту событий, но оказался не готов к ответственности. На третий день после смерти короля, Язмар в гневе свернул шею главному советнику, о чем теперь сожалел, но было поздно. Окруженный лицемерно улыбающимися и жаждущими получить королевскую милость слугами, принц впервые в жизни ощутил себя одиноким и брошенным. Язмар даже начал понимать, каким он должен был стать сыном и королем, но исправиться уже не мог.

Вперед выступил один из герцогов, престарелый Генрих фон Шван. Запинаясь, проскрипел долгую и нудную речь, восхваляющую Язмара и его предков до десятого колена, а также весь этот город и людей, что его населяют. Не выдержав, Эрнеберг нетерпеливо кашлянул и старик, испугавшись, заткнулся. Затем, озираясь, скомкано закончил выступление и откланялся.

Теперь настал черед самой коронации. Епископ Наару поднес корону будущему правителю, а затем, касаясь раскрытой ладонью лба Язмара, заговорил:

— Сегодня, в полуденный час, свет признает нового владыку Медонии, чьим предназначением станет защита королевства от тьмы и забота о каждом подданном. Как и многие поколения прежде, новый король должен поклясться на крови, что сделает все возможное, дабы поддерживать мир и порядок.

Небольшой стилет надрезал кожу на протянутой ладони, заставив Язмара слегка поморщиться. Кровь закапала на корону, тут же впитываясь в серебро. Алые рубины, вставленные в четыре зубца, таинственно заблестели.

— Боги приняли твою клятву, принц. Теперь же, я нарекаю тебя Крайлом Первым, королем Медонии, отныне и до последнего вздоха.

Язмар поднялся с трона и встал на одно колено, позволяя епископу надеть корону ему на голову. В миг, когда серебро коснулось его волос, Язмар ощутил покалывание в кончиках пальцев, мир вокруг закружился, но спустя пару ударов сердца все прошло.

Король поднялся, кивнул епископу и обвел взглядом весь зал.

Язмар ощущал, как рвется наружу самодовольный смех, но сдерживал себя, играя на публику. В этот день он должен быть примерным правителем.

— Мои дорогие подданные! Это большая честь для меня — принять власть моего отца и его долг. Я обещаю, что буду заботиться о каждом из вас и не посрамлю чести моих предков. Род Эрнебергов всегда славился своими принципами, и я докажу, что не являюсь исключением. В качестве доказательства моих слов, через несколько дней я лично отправляюсь на границу — дабы убедиться, что тьма дремлет.

Придворные изумленно переглядывались, неуверенные шепотки нарастали, пока весь зал не осознал сказанное королем. Язмар перевернул их представление о себе, открывшись с неизведанной стороны. Тот, кого считали безумцем, внезапно поклялся в верности королевству и решил бороться с тьмой.

Аристократы и слуги находились в одинаковом замешательстве. Кто-то одобрительно кивал, признавая решение короля, а кто-то напротив, недоверчиво щурился, пытаясь разглядеть ложь за красивыми словами.

Король Крайл тихонько посмеивался про себя, радуясь, как всего парой фраз поставил весь двор в тупик. Он-то знал, что никакой лжи не было и в помине. Лишь тщательно замаскированная правда.

Да, Язмар Эрнеберг был безумцем, но при этом — безумцем неглупым. Он не собирался тратить всю свою жизнь на служение королевству. Однако и портить отношения с подданными король также не имел права. Нужно было и людей убедить, и самому выгоду получить. Так и созрел небольшой план-импровизация. Язмар уедет на границу, якобы понаблюдать за тьмой, а сам хорошенько развлечется, уничтожая порождения мрака и трахая сельских девок. О, они будут рады получить королевское семя! Внимание владыки стоит дорого, а его плоть — тем более.

Король улыбнулся, предвкушая, насколько нежными будут селянки и скольких он сможет осчастливить сразу. Быть может, стоит использовать плети, заставив их стать послушнее? Нет, это навредит его репутации. Теперь ему нужно остерегаться необдуманных поступков.

Пир разыгрался вовсю, гости, позабыв о страхах, смеялись и шутили, изредка поглядывая на короля. Крайл, натянув на лицо добродушную маску, втайне мечтал поскорее убраться в свои покои. Порой кто-то из аристократов подходил к его столу, любезно кланялся, клялся в вечной верности и протягивал свой дар. Некоторые из вещиц были весьма любопытными, но большинство не представляли для Язмара интерес.

Владыка уже подумывал о том, чтобы покинуть празднество, когда двери распахнулись и в зал шагнул высокий воин, закутанный в плотный плащ. Его лицо было сокрыто капюшоном, только зеленые глаза мягко сверкали в тенях.

Что-то в госте заставило Язмара насторожиться и положить ладонь на рукоять меча. Воин постоял, осматривая зал, а затем его взгляд нашел короля. Слегка склонив голову набок, незнакомец изучал Эрнеберга, когда к нему подошел церемониймейстер. Он что-то произнес, но гость отрицательно покачал головой. Старик нахмурился, снова заговорил. Воин отмахнулся, зашагал прямо к повелителю.