Я существую там, где тебя нет. Я там, где меня не видно, и я смогу наблюдать за тобой. Я с тобой, но не принадлежу тебе и не подчиняюсь. Я следую за тобой так близко, что от моего дыхания у тебя по спине бегут мурашки, на голове шевелятся волосы, но шагов ты моих не услышишь. Я чувствую, как у тебя расширяются зрачки и от страха бегают глаза. Я кормлюсь твоей душой, живу у тебя дома и сплю на твоей кровати, но ты об этом даже не догадываешься.
185 мин, 36 сек 7313
— А вы смелый, молодой человек. Другой бы на вашем месте уже всю правду выкладывал…
— Да расскажу я все, что знаю. Просто я так тут сижу почти весь день, как страшный преступник, в цепях и оковах. А вы ведь и сами прекрасно знаете, что я к убийству не причастен, — пробурчал парень и недовольно свел брови. Видимо понял, что взболтнул лишнего.
«Вот как, к убийству. Он даже не сомневается в этом» — подумал детектив, расстегивая наручники. Парень потер запястья, немного помахал руками, пару раз присел, потом налил себе воды из-под крана и залпом выпил. Сел опять на стул и вытянул ноги.
— Я Алексей Семаков, 27 лет от роду, местный. Родители продали дом и уехали жить заграницу девять лет назад, я же предпочел остаться на родине. Снял вот квартирку напополам с Димкой, так и живем. Жили, то есть… — поправился парень, и взгляд его погрустнел, — хороший он сосед был. Со своими заморочками, как и все мы, но спокойный, не шумел, в мои дела не лез, а я не лез в его. Фотографировать любил, вот…
— А что же сегодня случилось? — спросила Горская и осеклась. Обычно допрос вел детектив, а она так, на подхвате, но замечание ей никто не сделал и она добавила: — Необычное что-то заметили?
— Да не было его больше недели. Но такое раньше уже случалось, внимания это особого не стоило. У родителей находился, по крайней мере, так сказал. А сегодня вернулся, веселый такой, попросил компом воспользоваться, я разрешил, а сам пошел в маркет за продуктами. Собственно, вот они, — он указал рукой на выпотрошенный и разорванный пакет, — правда, его уже ополовинили ваши коллеги.
— Они не наши коллеги, — вступилась за начальника Горская, Марченко улыбнулся, — мы сами по себе. Из столицы. И во всем обязательно разберемся.
— Фигово, что оттуда, — прошептал парень, но его все равно услышали, — еще и правда разберетесь в чем дело. А может, нет.
— Что ты имеешь ввиду? Поясни, — строго спросил детектив, и начал сомневаться в непричастности Алексея к произошедшему. Уж больно парень был спокоен, самоуверен, вел себя как минимум странно и нетипично для такой ситуации.
— Да я же медик. Как и Дима. Тут и к гадалке ходить не надо, сразу видно, что дело хоть и странное на первый взгляд, но на самом деле ничего необычного…
Спокойный и уверенный тот Алексея убаюкивал. Марченко с удивлением отметил, что слушает парня с интересом, как завороженный. Посмотрев на напарницу, заметил, что она тоже, замерла приоткрыв рот, и даже покачивается в такт словам. Вправо… влево… Детектив засмотрелся.
… — он болен был, вот и умер. Нечего вам тут искать. А дома еще куча дел, еще отчеты писать надо. А, в принципе, завтра можно написать. Вон, погода хорошая, прогуляться бы, пивка выпить с рыбкой сушеной или сухариками, или мороженое скушать. Устали вы, жуть просто, выходной нужен…
И Марченко вдруг подумал, что ему жуть как пива хочется. Давно он его не пил. Да чтоб с рыбкой жесткой и сухой, как в армии, когда он с такими же, как и сам, обалдуями, в самоволку бегал, в соседнее село, к девкам да на танцы. А бывало, что с девками не везло, зато нарывались на местных, и тогда здорово так можно было друг друга помутузить, что аж ребра трещали. Детектив улыбнулся и начал собираться. Чего уж тут сидеть? Тут и так все ясно.
— Ох, — вдруг послышался Наташин звонкий голос, — я бы сейчас в кино сходила, а то вечно откладываю с этой работой. Игорь Сергеевич, а пошли в кино! Ну и что, что вы мой начальник, я никому не расскажу. Вперед, на мелодраму!
Марченко замер. Какая еще мелодрама? Он же вроде с друзьями в самоволку собирался. Что за бред происходит, он уже триста лет назад в армии отслужил. И тут наваждение резко спало, вернув его в провонявшую трупом квартиру, к мечтательно и немного заторможено улыбавшейся напарнице, и угрюмо набычившемуся Алексею.
— Ах, ты… — запнулся детектив, метнулся к напарнице и хорошенько ее встряхнул, — Очнись Наташа! Уволю!
Та сразу встрепенулась и растерянно заморгала, видимо не совсем понимая, что произошло.
— Ты чего тут устроил, окаянный?
— О чем вы? — невинно поинтересовался парень.
— Что ты с нами сделал?
— Да откуда я знаю, кто и что с вами сделал? Я вам показания давал, а потом вы стали куда-то собираться. Причем тут я? Может, нанюхались сильно? Интоксикация у вас, наверное. А это не шутки, таким дышать очень вредно, это я вам как медик говорю. Вы очень бледны, особенно Наталья. Давайте на улицу выйдем, а то и мне уже нехорошо, а я куда дольше вас тут нахожусь!
Как ни странно, но детектив опять не нашел, что ответить. Мгновение назад он был готов избить парня, а сейчас снова прислушался к его голосу и начал расслабляться. Злость куда-то исчезла, а рациональное мышление подсказывало, что отсюда и в самом деле пора убираться. А с этим гипнотизером он потом разберется, главное, чтоб он помалкивал, а то вон как хорошо зубы заговаривает.
— Да расскажу я все, что знаю. Просто я так тут сижу почти весь день, как страшный преступник, в цепях и оковах. А вы ведь и сами прекрасно знаете, что я к убийству не причастен, — пробурчал парень и недовольно свел брови. Видимо понял, что взболтнул лишнего.
«Вот как, к убийству. Он даже не сомневается в этом» — подумал детектив, расстегивая наручники. Парень потер запястья, немного помахал руками, пару раз присел, потом налил себе воды из-под крана и залпом выпил. Сел опять на стул и вытянул ноги.
— Я Алексей Семаков, 27 лет от роду, местный. Родители продали дом и уехали жить заграницу девять лет назад, я же предпочел остаться на родине. Снял вот квартирку напополам с Димкой, так и живем. Жили, то есть… — поправился парень, и взгляд его погрустнел, — хороший он сосед был. Со своими заморочками, как и все мы, но спокойный, не шумел, в мои дела не лез, а я не лез в его. Фотографировать любил, вот…
— А что же сегодня случилось? — спросила Горская и осеклась. Обычно допрос вел детектив, а она так, на подхвате, но замечание ей никто не сделал и она добавила: — Необычное что-то заметили?
— Да не было его больше недели. Но такое раньше уже случалось, внимания это особого не стоило. У родителей находился, по крайней мере, так сказал. А сегодня вернулся, веселый такой, попросил компом воспользоваться, я разрешил, а сам пошел в маркет за продуктами. Собственно, вот они, — он указал рукой на выпотрошенный и разорванный пакет, — правда, его уже ополовинили ваши коллеги.
— Они не наши коллеги, — вступилась за начальника Горская, Марченко улыбнулся, — мы сами по себе. Из столицы. И во всем обязательно разберемся.
— Фигово, что оттуда, — прошептал парень, но его все равно услышали, — еще и правда разберетесь в чем дело. А может, нет.
— Что ты имеешь ввиду? Поясни, — строго спросил детектив, и начал сомневаться в непричастности Алексея к произошедшему. Уж больно парень был спокоен, самоуверен, вел себя как минимум странно и нетипично для такой ситуации.
— Да я же медик. Как и Дима. Тут и к гадалке ходить не надо, сразу видно, что дело хоть и странное на первый взгляд, но на самом деле ничего необычного…
Спокойный и уверенный тот Алексея убаюкивал. Марченко с удивлением отметил, что слушает парня с интересом, как завороженный. Посмотрев на напарницу, заметил, что она тоже, замерла приоткрыв рот, и даже покачивается в такт словам. Вправо… влево… Детектив засмотрелся.
… — он болен был, вот и умер. Нечего вам тут искать. А дома еще куча дел, еще отчеты писать надо. А, в принципе, завтра можно написать. Вон, погода хорошая, прогуляться бы, пивка выпить с рыбкой сушеной или сухариками, или мороженое скушать. Устали вы, жуть просто, выходной нужен…
И Марченко вдруг подумал, что ему жуть как пива хочется. Давно он его не пил. Да чтоб с рыбкой жесткой и сухой, как в армии, когда он с такими же, как и сам, обалдуями, в самоволку бегал, в соседнее село, к девкам да на танцы. А бывало, что с девками не везло, зато нарывались на местных, и тогда здорово так можно было друг друга помутузить, что аж ребра трещали. Детектив улыбнулся и начал собираться. Чего уж тут сидеть? Тут и так все ясно.
— Ох, — вдруг послышался Наташин звонкий голос, — я бы сейчас в кино сходила, а то вечно откладываю с этой работой. Игорь Сергеевич, а пошли в кино! Ну и что, что вы мой начальник, я никому не расскажу. Вперед, на мелодраму!
Марченко замер. Какая еще мелодрама? Он же вроде с друзьями в самоволку собирался. Что за бред происходит, он уже триста лет назад в армии отслужил. И тут наваждение резко спало, вернув его в провонявшую трупом квартиру, к мечтательно и немного заторможено улыбавшейся напарнице, и угрюмо набычившемуся Алексею.
— Ах, ты… — запнулся детектив, метнулся к напарнице и хорошенько ее встряхнул, — Очнись Наташа! Уволю!
Та сразу встрепенулась и растерянно заморгала, видимо не совсем понимая, что произошло.
— Ты чего тут устроил, окаянный?
— О чем вы? — невинно поинтересовался парень.
— Что ты с нами сделал?
— Да откуда я знаю, кто и что с вами сделал? Я вам показания давал, а потом вы стали куда-то собираться. Причем тут я? Может, нанюхались сильно? Интоксикация у вас, наверное. А это не шутки, таким дышать очень вредно, это я вам как медик говорю. Вы очень бледны, особенно Наталья. Давайте на улицу выйдем, а то и мне уже нехорошо, а я куда дольше вас тут нахожусь!
Как ни странно, но детектив опять не нашел, что ответить. Мгновение назад он был готов избить парня, а сейчас снова прислушался к его голосу и начал расслабляться. Злость куда-то исчезла, а рациональное мышление подсказывало, что отсюда и в самом деле пора убираться. А с этим гипнотизером он потом разберется, главное, чтоб он помалкивал, а то вон как хорошо зубы заговаривает.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 19 из 50
