Я существую там, где тебя нет. Я там, где меня не видно, и я смогу наблюдать за тобой. Я с тобой, но не принадлежу тебе и не подчиняюсь. Я следую за тобой так близко, что от моего дыхания у тебя по спине бегут мурашки, на голове шевелятся волосы, но шагов ты моих не услышишь. Я чувствую, как у тебя расширяются зрачки и от страха бегают глаза. Я кормлюсь твоей душой, живу у тебя дома и сплю на твоей кровати, но ты об этом даже не догадываешься.
185 мин, 36 сек 7022
Мне пришлось приложить массу усилий, чтобы не подскочить от неожиданности, но когда я обернулся, то увидел знакомый силуэт, что развалился в своем кресле.
— Тимка!
Друг качнул головой, здороваясь.
— Ты чего меня не разбудил сразу, как приехал? И чего в темноте сидишь? — я подскочил к окну и распахнул шторы, в комнате сразу стало светлей, не смотря на то, что на улице уже вечерело, — Уже вечер? Ну и долго проспал же, часов шесть, не меньше!
— Вообще-то ты проспал больше суток.
— Да ладно, Тим, шутки в сторону. И, кстати, чего это ты от меня морду воротишь? — едва я раскрыл шторы, то сразу обратил внимание, что друг странно отворачивается, словно не хочет меня видеть. Хотя, в свете последних событий все возможно. Неизвестно, что я мог натворить в беспамятстве. Друг замялся, но я стал перед ним и наконец увидел его лицо. Вид у Тима был немного сконфуженный, но проблема была не в этом — на лице алело бордовое пятно размером с ладонь. Впрочем, оно и напоминало ожег в форме ладони с растопыренными пальцами
— Жуть какая! — не удержался я, — кто это тебя так?
— А то ты не помнишь! — Тим вдруг разозлился, — Это ты меня и приложил так, и не надо строить из себя невинного.
Я ничего не понимал, но глядя на реакцию друга, мне стало не по себе. А если это и правда сделал я? Что тогда получается? А получается, что я довольно опасен. А если бы я напал на маму? Видя, что Тим немного остыл, я спросил:
— Но как это получилось и, главное, когда? Я ничего такого не помню, последний раз я видел тебя на вечеринке у Наты, и то, кажется, я тогда спал…
— Вот тогда все и случилось, — буркнул Тим, немного смутившись своей агрессии, — Ты тогда стоял, пялился на меня так удивленно, что ли, словно разглядывая диковинку. А потом я моргнуть не успел, как ты уже за моей спиной, морда свирепая, глаза горят как у демона, и как вцепишься мне своей клешней в лицо. Я тогда чуть в штаны не наделал от страха и боли. У меня ведь защита высококлассная стоит, так просто не проломишь, да и сам я не слабак, а тут одним прикосновением снесло. Даже удара не было, просто ткнул пальцем и все развалилось… Эй, Сань, ты чего? — друг потряс меня за плечо, и когда в мой взгляд вернулась осмысленность, продолжил, — Да успокойся ты, я на тебя не обижаюсь, видимо ты не специально…
— Да не нападал я на тебя, придурок! Я, наоборот, помочь хотел! Смотрел на тебя удивленно потому, что не видел твою ну… ауру, или как оно там зовется. У всех видел сияние, а вокруг тебя словно непроницаемый кокон. А потом за спиной у тебя тип какой-то появился, ты заорал, я бросился к тебе, а потом опять ничего не помню, — я пожал плечами, и шумно выдохнул. Тяжело было говорить о подобных вещах, при этом не понимая и десятой доли происходящего, но мне вдруг стало легче после всего высказанного.
— Вот оно как, — протянул Тим, — но я точно видел твое лицо. Как такое может быть? Даже там ты не можешь быть в двух местах одновременно.
— Тим, так что все же происходит? Ты, получается, экстрасенс? И я, наверное, тоже…
Друг засмеялся.
— Ну не гони, Сашка, я просто Знающий в четвертом поколении. Ну и умею всякое по мелочи. Прабабка моя такая была, и бабушка, и отец, ну и я. Так сказать, мы можем видеть немного больше обычных людей, хотя папа мой на этом поприще добился наилучших результатов. Он даже служил в спецвойсках, в их отряде там много таких было. Они своими способностями врагов запугивали и вносили в их ряды смуту, — он снова хихикнул, видимо вспоминая некую историю из семейного архива, а я в ужасе вспомнил его отца — сурового дядьку с армейской стрижкой и огромными кулачищами. Под впечатлением от рассказанного, в голову полезли образы шаманов с бубнами, ведьм, и, почему-то индейцев, а он туда никак не вписывался.
— Ладно, это все лирика, — Тим хлопнул ладонями по коленям и встал, — пора тебе познакомится с нашими гостями, не зря же они так спешили сюда. Я послушно поднялся за ним. Переварить услышанное было сложно, при этом вопросов не убавилось, а наоборот, они росли в геометрической прогрессии.
— Но для начала приведи себя в порядок, — он открыл шкаф и извлек оттуда аккуратно сложенную белую футболку, — умойся, переоденься. Ну, ты и сам знаешь что делать, а я пока пойду, попрошу, чтоб что-то покушать приготовили.
Я кивнул с благодарностью, едва Тим заговорил о еде, как я тут же почувствовал зверский голод. В ванной, приведя себя в более-менее приличный вид, я надел свежую футболку. Осталось только хорошенько покушать, чтобы снова ощутить себя полноценным человеком.
Тим повел меня на кухню, все время подталкивая в спину, потому что мне резко перехотелось встречаться со всеми теми незнакомыми людьми. Я банально струсил. С одной стороны, я чувствовал себя неплохо, и какая-то моя внутренняя часть твердила, что не стоит вообще беспокоиться, лучше пойти домой, все «само рассосется». С другой стороны я боялся, что все вернется, эти люди не смогут мне помочь, или, что еще хуже, скажут нечто очень нехорошее и страшное.
— Тимка!
Друг качнул головой, здороваясь.
— Ты чего меня не разбудил сразу, как приехал? И чего в темноте сидишь? — я подскочил к окну и распахнул шторы, в комнате сразу стало светлей, не смотря на то, что на улице уже вечерело, — Уже вечер? Ну и долго проспал же, часов шесть, не меньше!
— Вообще-то ты проспал больше суток.
— Да ладно, Тим, шутки в сторону. И, кстати, чего это ты от меня морду воротишь? — едва я раскрыл шторы, то сразу обратил внимание, что друг странно отворачивается, словно не хочет меня видеть. Хотя, в свете последних событий все возможно. Неизвестно, что я мог натворить в беспамятстве. Друг замялся, но я стал перед ним и наконец увидел его лицо. Вид у Тима был немного сконфуженный, но проблема была не в этом — на лице алело бордовое пятно размером с ладонь. Впрочем, оно и напоминало ожег в форме ладони с растопыренными пальцами
— Жуть какая! — не удержался я, — кто это тебя так?
— А то ты не помнишь! — Тим вдруг разозлился, — Это ты меня и приложил так, и не надо строить из себя невинного.
Я ничего не понимал, но глядя на реакцию друга, мне стало не по себе. А если это и правда сделал я? Что тогда получается? А получается, что я довольно опасен. А если бы я напал на маму? Видя, что Тим немного остыл, я спросил:
— Но как это получилось и, главное, когда? Я ничего такого не помню, последний раз я видел тебя на вечеринке у Наты, и то, кажется, я тогда спал…
— Вот тогда все и случилось, — буркнул Тим, немного смутившись своей агрессии, — Ты тогда стоял, пялился на меня так удивленно, что ли, словно разглядывая диковинку. А потом я моргнуть не успел, как ты уже за моей спиной, морда свирепая, глаза горят как у демона, и как вцепишься мне своей клешней в лицо. Я тогда чуть в штаны не наделал от страха и боли. У меня ведь защита высококлассная стоит, так просто не проломишь, да и сам я не слабак, а тут одним прикосновением снесло. Даже удара не было, просто ткнул пальцем и все развалилось… Эй, Сань, ты чего? — друг потряс меня за плечо, и когда в мой взгляд вернулась осмысленность, продолжил, — Да успокойся ты, я на тебя не обижаюсь, видимо ты не специально…
— Да не нападал я на тебя, придурок! Я, наоборот, помочь хотел! Смотрел на тебя удивленно потому, что не видел твою ну… ауру, или как оно там зовется. У всех видел сияние, а вокруг тебя словно непроницаемый кокон. А потом за спиной у тебя тип какой-то появился, ты заорал, я бросился к тебе, а потом опять ничего не помню, — я пожал плечами, и шумно выдохнул. Тяжело было говорить о подобных вещах, при этом не понимая и десятой доли происходящего, но мне вдруг стало легче после всего высказанного.
— Вот оно как, — протянул Тим, — но я точно видел твое лицо. Как такое может быть? Даже там ты не можешь быть в двух местах одновременно.
— Тим, так что все же происходит? Ты, получается, экстрасенс? И я, наверное, тоже…
Друг засмеялся.
— Ну не гони, Сашка, я просто Знающий в четвертом поколении. Ну и умею всякое по мелочи. Прабабка моя такая была, и бабушка, и отец, ну и я. Так сказать, мы можем видеть немного больше обычных людей, хотя папа мой на этом поприще добился наилучших результатов. Он даже служил в спецвойсках, в их отряде там много таких было. Они своими способностями врагов запугивали и вносили в их ряды смуту, — он снова хихикнул, видимо вспоминая некую историю из семейного архива, а я в ужасе вспомнил его отца — сурового дядьку с армейской стрижкой и огромными кулачищами. Под впечатлением от рассказанного, в голову полезли образы шаманов с бубнами, ведьм, и, почему-то индейцев, а он туда никак не вписывался.
— Ладно, это все лирика, — Тим хлопнул ладонями по коленям и встал, — пора тебе познакомится с нашими гостями, не зря же они так спешили сюда. Я послушно поднялся за ним. Переварить услышанное было сложно, при этом вопросов не убавилось, а наоборот, они росли в геометрической прогрессии.
— Но для начала приведи себя в порядок, — он открыл шкаф и извлек оттуда аккуратно сложенную белую футболку, — умойся, переоденься. Ну, ты и сам знаешь что делать, а я пока пойду, попрошу, чтоб что-то покушать приготовили.
Я кивнул с благодарностью, едва Тим заговорил о еде, как я тут же почувствовал зверский голод. В ванной, приведя себя в более-менее приличный вид, я надел свежую футболку. Осталось только хорошенько покушать, чтобы снова ощутить себя полноценным человеком.
Тим повел меня на кухню, все время подталкивая в спину, потому что мне резко перехотелось встречаться со всеми теми незнакомыми людьми. Я банально струсил. С одной стороны, я чувствовал себя неплохо, и какая-то моя внутренняя часть твердила, что не стоит вообще беспокоиться, лучше пойти домой, все «само рассосется». С другой стороны я боялся, что все вернется, эти люди не смогут мне помочь, или, что еще хуже, скажут нечто очень нехорошее и страшное.
Страница 40 из 50
