Тень

— Да, — невозмутимо ответил Григорий. — Здесь сидит моя смерть. Она сейчас в туалете. — Он обвёл мутными глазами молодую пару. — Она захотела сделать пи-пи.

Юноша и девушка переглянулись и сели за соседний, свободный столик. Вернулся бармен. Он спросил:

— Как ты их отшил?

— Какая разница?

— Смотри, не отпугивай моих посетителей.

— Я просто сказал, что столик занят.

— Наверняка, ты преподнёс это в изощрённой форме. — Бармен принялся разглядывать ногти на своей правой руке. — От тебя можно всего ожидать.

— Терпеть не могу, когда вокруг полным-полно свободных столов, а люди, словно полуслепые, тянутся именно за твой стол. Как будто здесь слон рожает.

— Людям хочется с тобой пообщаться.

— Общаются в сортире по поводу лишнего куска туалетной бумаги. Я же привык беседовать с человеком.

— Ну, значит, хочется им с тобой побеседовать.

— Только моя тень для меня лучший собеседник.

— С тенью можно беседовать и дома, а в бар люди приходят обща… чёрт, беседовать друг с другом. Григорий, мне кажется, тебе уже хватит. Свою дневную дозу ты уже осилил. А я пойду, отолью. — Бармен ушёл.

— Не было необходимости объясняться передо мной. Мне плевать, куда ты пошёл, — крикнул ему вслед Григорий.

Он допил пиво и теперь с задумчивым видом вертел пустую кружку в руке. Новый посетитель — пожилой седобородый мужчина — подошёл к его столику и задал другой банальный вопрос:

— Извините, я Вам не помешаю?

— Помешаете, — выпалил Григорий, не сводя глаз со своей кружки. — Вы что, не видите: я мастурбирую.

Незнакомец смущённо повёл бровями:

— Нет, не вижу, — нашёлся он.

— Правильно, потому что вам не дано заглянуть в мою голову.

— Отойдите от него. Он не в своём уме, — крикнул юноша, который до этого тоже пытался подсесть к Григорию.

Григорий встал и стремительно подошёл к столику, за которым сидели уже знакомые ему юноша и девушка.

— Умница, — похвалил Григорий юношу и протянул ему руку. Юноша неуверенно пожал её. — Тебе удалось проникнуть в меня. В хорошем смысле, проникнуть. Не бойся, я не какой-нибудь там педик. Тебе удалось узнать самую страшную тайну, которую хранит мой мозг. Конечно же, я не в своём уме. В этом-то вся прелесть жизни! Во мне живёт философ. Он думает за меня, за меня ест, за меня спит, трахается за меня. Он не получит за это ни гроша. А я в это время прожигаю свою жизнь. Я умру, как собака, а он… нет. Он умрёт достойной смертью. — Григорий вынул из кармана чирик, сунул его в руку юноше и со словами: — Это тебе на презервативы, — покинул бар.

Он стоял на автобусной остановке. Мысли его путались. Вот уже образовался едва распутываемый клубок, а Григорий всех перехитрил. На мгновение он попробовал вообще ни о чём не думать. Ни о чём! Нет, это оказалось возможным лишь на мгновение. Ни о чём не думать — тоже процесс, протекающий в мозгу. Невозможно представить себе мозг живого человека без каких-либо внутренних процессов. Но и в мёртвом мозгу тоже протекают какие-то процессы, правда, иной природы.

Григорий рассматривал свою тень на асфальте. Высокая, стройная тень.

— Ты всего лишь мой абрис. Вижу очертание шляпы. Одет я в плащ. Брюки не глажены, потому-то и очертания ног такие неровные.

Григорий почесал нос. Тень подняла руку, но что она делала ею, было не видно.

— Я знаю, у тебя тоже нос чешется. Сейчас ты чесала нос! Ничем иным ты не занималась! Ты чесала нос.

Где-то рядом раздался тревожный звонок. Григорий обернулся. Мальчишка на велосипеде переехал его тень.

— Змеёныш, — крикнул ему вслед Григорий, — ты даже не представляешь, что ты наделал!

Мальчишка повернул голову, показал ему язык и повысил скорость. Григорий, ухмыляясь, смотрел вслед удаляющемуся велосипеду. «Догнать бы тебя и выпороть хорошенько! — подумал он. — Хотя нет, какое я имею право прикасаться к чужому отпрыску. К тому же, я не садист». Подошёл автобус. Григорий показал проездной и, посмотрев в окно, ужаснулся. Его тень осталась на асфальте! Он прильнул к окну.

— Нет, Вы только посмотрите! Она оставила меня. Значит, мне конец.

— О чём Вы? — поинтересовалась стоящая рядом женщина.

Григорий посмотрел на неё и не поверил своим глазам. Копия его жена! Волосы, черты лица, фигура… Боже!

— Сколько вам лет? — спросил Григорий.

Женщина как будто ждала этого вопроса:

— Сорок пять.

«Столько же, сколько и мне. И… Елене. Ей тоже было бы сейчас сорок пять».

Женщина повернулась к Григорию и загадочно улыбнулась.

«Боже! Улыбка Елены! Моей Елены!»

— Так что же Вы там увидели?

— Вы о чём?

— Кто-то Вас оставил? Там, на остановке. Небось, жена? Бросьте. Не стоит из-за этого сходить с ума. Я выхожу здесь.

— И я тоже.

Они вышли вместе.

— Я живу на Московском.

— А…

— В доме N 202.

— Странно, и я живу в этом же доме. Но Вас я впервые вижу. А в какой квартире…

— Всё, до свидания. — Женщина поспешила прочь.

— А как вас зовут?

— Елена. Зовите меня просто Ленчик!