Фандом: Гарри Поттер. В 7-й книге, из письма Лили, написанного Сириусу, Гарри узнал, что у его родителей был кот. Здесь рассказывается история этого кота.
65 мин, 27 сек 14045
— Ну, не на меня, то есть. На Арагога, паука моего. А ведь он в те годы совсем маленьким был. Он бы и мухи не обидел. Хотя, мух-то он как раз ел… — Хагрид сбился и ненадолго замолчал.
Нет, ну каким должно быть расследование, чтобы василиска с пауком перепутать!
— Палочку мою сломали, а мне запретили колдовать и отчислили из школы. Дамблдор ко мне домой пришел и пригласил на должность Хранителя ключей Хогвартса. Звучит, а? Я ему говорю: «Вы разве не думаете, что я виноват в этих нападениях?» А Дамблдор мне на это отвечает: я мол, точно знаю, что это не ты… Миртл теперь — призрак Хогвартса, и она рассказала, что перед смертью видела два горящих глаза. Но мы-то с тобой, Хагрид, прекрасно знаем, что при встрече с пауком запоминаются совсем не глаза. Вот только доказать ничего не удастся. Так и сказал. А потом задумчиво на меня посмотрел и спросил, действительно ли я сохранил обломки палочки. Я их достал и выложил перед ним на стол. А Дамблдор…
Хагрид вдруг снова умолк, будто сказал лишнее. Потом почесал бороду и продолжил:
— Не должен я об этом говорить… Ну, да ладно… В общем, взмахнул он своей палочкой — а она у Дамблдора по виду очень древняя — и все обломки срослись в мою прежнюю целую палочку. «Это тебе — говорит — в знак моего доверия. Только спрячь ее куда-нибудь и при посторонних не пользуйся. Когда-нибудь вся правда откроется, и тебе снова разрешат колдовать».
Хагрид вынул из кармана большой грязный платок и шумно высморкался.
— Дамблдор еще как-то грустно улыбнулся и сказал: «Должна же быть от этой палочки какая-то польза». Так я и не понял, о чем он тогда толковал. Великий человек — Альбус Дамблдор. В этом году собирался запрос в Министерство подать. Ну, чтобы дело мое пересмотрели. Да я ему с Клювокрылом все планы нарушил. Это ж надо было на Малфоя нарваться…
Про Сириуса великан больше не вспоминал, и его слова постепенно стали казаться мне бессвязным бормотанием, под которое оказалось очень удобно засыпать…
— Ну что, похож я на этого твоего Хэнд-эльфа?
— Гэндальфа, милый. Похож немного. Но Дамблдор похож больше. И колечки Гэндальф выпускал из трубки, а не из палочки.
— Может, мне еще и курить научиться?
— Лучше научись успокаивать Гарри.
— А я чем занимаюсь, по-твоему? Ты же видишь, он больше не плачет.
— Да, но я имела в виду, что Гарри уснет, а не начнет весело прыгать в кроватке.
— Это промежуточная стадия. Она необходима для того, чтобы нашему сыну снились веселые сны. Смотри, Гарри, если взять волшебную палочку и сказать…
— Джеймс! Сейчас же убери палочку и возьми Гарри на руки!
— Хорошо-хорошо. Ну вот… Так спешил исполнить волю моей госпожи, что даже палочку выронил! Теперь придется за ней под шкаф лезть.
— Ничего страшного. Попроси Кота — он достанет… Что это?
— Сейчас узнаю… ЛИЛИ, ХВАТАЙ ГАРРИ И БЕГИ! Я ЕГО ЗАДЕРЖУ!
Нет! Не хочу! Остановите это, пожалуйста!
— ЭЙ, КНИЗЗЛ! НЕ ДУРИ! ОЧНИСЬ!
Фух, вроде обошлось… Спасибо, Хагрид!
— Тяжёлая у тебя, видать, была жизнь, пока ты к Гермионе не попал. Сроду не знал, что у книззлов кошмары бывают. Иди-ка лучше сюда. Да-да, прыгай прямо ко мне в кресло. Глядишь, полегче тебе будет.
Оставшееся время до утра прошло без кошмаров. Когда я проснулся, Хагрида уже не было, а в гостиную заходили её законные обитатели.
В один из вечеров я решил совершить перед сном прогулку вокруг Хогвартса. Побродить в тишине, подумать… Надо сказать, для животных в этом замке всё устроено очень разумно. Не знаю, как создатели Хогвартса этого добились, но каждый питомец, привезённый учеником, мог в любое время беспрепятственно покидать замок и возвращаться обратно. Это мне миссис Я-Тут-Самая-Главная-Норрис рассказала, когда я в первый день искал… ну, понятно, что искал.
Прогулка на свежем воздухе была бы более приятным и полезным занятием, если бы не дементоры вокруг замка. Так что далеко убегать я не собирался. Впрочем, у меня и не вышло. За дверью я почти сразу наткнулся на оборо… профессора Люпина. Он стоял и смотрел на луну, думая о чём-то своём. Услышав мои шаги, Люпин мгновенно вскинул руку с палочкой. Но, приглядевшись, вздохнул — то ли с досадой, то ли с облегчением — и опустил её.
— Извини, что напугал. Просто, когда рассчитываешь встретить анимага, поневоле реагируешь на всё, что с шерстью и движется, — сказал он.
Интересно, он имеет в виду Хвоста? Но ведь Питера все считают погибшим героем. Тогда — кого? Ладно, может сам расскажет.
— Не спится? — спросил он меня.
Я кивнул.
— Ого, — в голосе профессора появился интерес. — Ты понимаешь человеческую речь?
Я снова кивнул. Если бы и он меня понимал — цены бы нашему общению не было.
— А я сегодня специально на дежурство вызвался. Всё равно не усну. На меня перед полнолунием обычно бессонница нападает, с тех пор как… В общем, тебе не понять.
Мне не понять?! Ну, знаете… Придётся показать, кто здесь больше понимает. В конце концов, не съест же он меня! По крайней мере, сегодня. Я с мученическим выражением вытянул морду в направлении луны, и издал протяжное и тоскливое:
— Мяу-у-у-у-у.
Нет, ну каким должно быть расследование, чтобы василиска с пауком перепутать!
— Палочку мою сломали, а мне запретили колдовать и отчислили из школы. Дамблдор ко мне домой пришел и пригласил на должность Хранителя ключей Хогвартса. Звучит, а? Я ему говорю: «Вы разве не думаете, что я виноват в этих нападениях?» А Дамблдор мне на это отвечает: я мол, точно знаю, что это не ты… Миртл теперь — призрак Хогвартса, и она рассказала, что перед смертью видела два горящих глаза. Но мы-то с тобой, Хагрид, прекрасно знаем, что при встрече с пауком запоминаются совсем не глаза. Вот только доказать ничего не удастся. Так и сказал. А потом задумчиво на меня посмотрел и спросил, действительно ли я сохранил обломки палочки. Я их достал и выложил перед ним на стол. А Дамблдор…
Хагрид вдруг снова умолк, будто сказал лишнее. Потом почесал бороду и продолжил:
— Не должен я об этом говорить… Ну, да ладно… В общем, взмахнул он своей палочкой — а она у Дамблдора по виду очень древняя — и все обломки срослись в мою прежнюю целую палочку. «Это тебе — говорит — в знак моего доверия. Только спрячь ее куда-нибудь и при посторонних не пользуйся. Когда-нибудь вся правда откроется, и тебе снова разрешат колдовать».
Хагрид вынул из кармана большой грязный платок и шумно высморкался.
— Дамблдор еще как-то грустно улыбнулся и сказал: «Должна же быть от этой палочки какая-то польза». Так я и не понял, о чем он тогда толковал. Великий человек — Альбус Дамблдор. В этом году собирался запрос в Министерство подать. Ну, чтобы дело мое пересмотрели. Да я ему с Клювокрылом все планы нарушил. Это ж надо было на Малфоя нарваться…
Про Сириуса великан больше не вспоминал, и его слова постепенно стали казаться мне бессвязным бормотанием, под которое оказалось очень удобно засыпать…
— Ну что, похож я на этого твоего Хэнд-эльфа?
— Гэндальфа, милый. Похож немного. Но Дамблдор похож больше. И колечки Гэндальф выпускал из трубки, а не из палочки.
— Может, мне еще и курить научиться?
— Лучше научись успокаивать Гарри.
— А я чем занимаюсь, по-твоему? Ты же видишь, он больше не плачет.
— Да, но я имела в виду, что Гарри уснет, а не начнет весело прыгать в кроватке.
— Это промежуточная стадия. Она необходима для того, чтобы нашему сыну снились веселые сны. Смотри, Гарри, если взять волшебную палочку и сказать…
— Джеймс! Сейчас же убери палочку и возьми Гарри на руки!
— Хорошо-хорошо. Ну вот… Так спешил исполнить волю моей госпожи, что даже палочку выронил! Теперь придется за ней под шкаф лезть.
— Ничего страшного. Попроси Кота — он достанет… Что это?
— Сейчас узнаю… ЛИЛИ, ХВАТАЙ ГАРРИ И БЕГИ! Я ЕГО ЗАДЕРЖУ!
Нет! Не хочу! Остановите это, пожалуйста!
— ЭЙ, КНИЗЗЛ! НЕ ДУРИ! ОЧНИСЬ!
Фух, вроде обошлось… Спасибо, Хагрид!
— Тяжёлая у тебя, видать, была жизнь, пока ты к Гермионе не попал. Сроду не знал, что у книззлов кошмары бывают. Иди-ка лучше сюда. Да-да, прыгай прямо ко мне в кресло. Глядишь, полегче тебе будет.
Оставшееся время до утра прошло без кошмаров. Когда я проснулся, Хагрида уже не было, а в гостиную заходили её законные обитатели.
В один из вечеров я решил совершить перед сном прогулку вокруг Хогвартса. Побродить в тишине, подумать… Надо сказать, для животных в этом замке всё устроено очень разумно. Не знаю, как создатели Хогвартса этого добились, но каждый питомец, привезённый учеником, мог в любое время беспрепятственно покидать замок и возвращаться обратно. Это мне миссис Я-Тут-Самая-Главная-Норрис рассказала, когда я в первый день искал… ну, понятно, что искал.
Прогулка на свежем воздухе была бы более приятным и полезным занятием, если бы не дементоры вокруг замка. Так что далеко убегать я не собирался. Впрочем, у меня и не вышло. За дверью я почти сразу наткнулся на оборо… профессора Люпина. Он стоял и смотрел на луну, думая о чём-то своём. Услышав мои шаги, Люпин мгновенно вскинул руку с палочкой. Но, приглядевшись, вздохнул — то ли с досадой, то ли с облегчением — и опустил её.
— Извини, что напугал. Просто, когда рассчитываешь встретить анимага, поневоле реагируешь на всё, что с шерстью и движется, — сказал он.
Интересно, он имеет в виду Хвоста? Но ведь Питера все считают погибшим героем. Тогда — кого? Ладно, может сам расскажет.
— Не спится? — спросил он меня.
Я кивнул.
— Ого, — в голосе профессора появился интерес. — Ты понимаешь человеческую речь?
Я снова кивнул. Если бы и он меня понимал — цены бы нашему общению не было.
— А я сегодня специально на дежурство вызвался. Всё равно не усну. На меня перед полнолунием обычно бессонница нападает, с тех пор как… В общем, тебе не понять.
Мне не понять?! Ну, знаете… Придётся показать, кто здесь больше понимает. В конце концов, не съест же он меня! По крайней мере, сегодня. Я с мученическим выражением вытянул морду в направлении луны, и издал протяжное и тоскливое:
— Мяу-у-у-у-у.
Страница 10 из 18
