Лошадь пришлось пристрелить. В самом деле, рано или поздно это было неизбежно. Прошагать столько с истертыми в кровь копытами смог бы далеко не каждый жеребец…
369 мин, 58 сек 6748
Какого черта? — шериф чуть не захлебывался от негодования. Для него вопрос о смерти чужака был уже решен. Но он почему-то не спешил убрать руку женщины с оружия, хотя вырвать пистолет и привести приговор в исполнение для него не составило бы никакого труда.
Я выбираю его… — Холодные глаза Дженифер не выражали никаких эмоций. Она даже не смотрела в сторону Твинса. «Бежать! Пока они тут будут разбираться надо бежать отсюда к черту! А лучше подскочить к Редлоу и вмазать хорошенько ему в челюсть, как я и планировал!» — лихорадочно носились в голове у Билла мятежные мысли. Но он произносил их СВОИМ внутренним голосом, а не голосом брата. Поэтому он им не доверял и продолжал стоять, безучастно наблюдая за разворачивающейся на его глазах сценой.
Что??? Зачем? Он же ЧУЖАК? Совсем чужой нам, Городу, тебе, наконец! Он тут всего сутки, а ты выбираешь ЕГО? — шериф уже опустил ствол пистолета и теперь был вовсе не грозным хозяином Закона и Быстрого Суда, а всего лишь запутавшимся подростком, столько было робости и невыразимой обиды в его грубом голосе. Он смотрел на Дженифер со странной смесью восхищения, ненависти и… мольбы… Как смотрит муж, на любимую жену, внезапно узнав о ее измене.
Ты обещал, — спокойно проговорила она, выдержав этот взгляд. Лед ее глаз стал лишь холодней, жалкий лепет грубого убийцы-законника не был способен его растопить. — Ты обещал мне это, а я знаю, что ты слов на ветер не бросаешь Стивен. Я выбираю его, — повторив эту фразу женщина повернулась к шерифу спиной и направилась к Биллу. В ее руках Твинс успел заметить какой-то блеск. Это были два золотых кольца.
«Он все равно застрелит. Сейчас, когда она отвернулась, он возьмет и грохнет нас обоих, этот чертов псих! С него станется! Все в этом Городе давно уже спятили и без всякой помощи какой-то там Белой Клаудии»… — холодная струйка пота начала стекать у Твинса по спине. В который раз за день, он приготовился к смерти. На этот раз она воплотилась в человека со звездой шерифа и черной широкополой шляпой, скрывающей от посторонних глаз изрытую шрамами лысину.
Но Редлоу не выстрелил. Он терпеливо ждал, пока Дженифер надела кольцо на Билла, который в один момент утратил способность, что-либо понимать, и действовать или задавать вопросы. Его рука не поднялась на призыв женщины «одеть это, да побыстрее». Твинс чувствовал себя тряпичной куклой, которой тешили себя дети, не удосужившись объяснить ей правила игры. Дженифер надела кольца сама. Одно ему, одно себе. Точно на безымянные пальцы правых рук.
Полагаю в сложившейся ситуации можно обойтись без обязательной церемонии, присутствия родителей, поцелуя и прочего дерьма… — слышать столь неблагозвучные слова от прекрасных девушек Биллу доводилось. Но никогда они не резали его слух, так сильно. По-прежнему не обращая ни малейшего внимания на Твинса, Дженифер подняла его руку и свою и, указав на кольца, обратилась к Стивену — Теперь делай то, что ты должен. Объявляй. «Властью данной мне народом этого штата и бла-бла-бла»… Ну! Это единственная обязательная формальность. Ты обещал, а к помощи преподобного Бернса я обращаться не буду, сам понимаешь. Давай же! Я все еще жду…
… Объявляю… Не проси меня произнести больше… — после мучительно долгого молчания, наконец, сказал шериф. Можно было заметить, как и с каждым вздохом его глаза становились все тускней и тускней, и очень быстро его взор прирожденного хищника заволокла мутная пелена глаз мертвой рыбы. Он переминался с ноги на ногу, словно желая еще что-то изменить, обратить время вспять… Но смирение и покорность все больше охватывало его фигуру. Он разом сник, опустил плечи и голову, трясущимися руками поднял воротник куртки и, на какое-то мгновение, Биллу стало даже жалко этого человека, минуту назад собиравшегося его пристрелить, а теперь выглядевшего не лучше побитой бродячей собаки.
Это еще не все, — наконец позволил себе вставить слово Твинс. «Если уж ситуация стала настолько абсурдной, то почему бы не извлечь из нее выгоду?» — Отдайте мой револьвер. Он мне очень скоро понадобится.
Ничем не разбавленная Злость оживила шерифа. Он снова стал грозным, но Дженифер было достаточно только кивнуть и сказать одно слово, чтобы вновь усмирить его бушующий нрав:
Да…
Непонятно как свалившаяся на Твинса победа сделала свое дело. Шериф проиграл на всех фронтах и лишь досадливо поморщился, доставая из-за пазухи кольт и бросая его на мостовую к ногам Билла. Револьвер весело звякнул о камни, и душа Твинса наполнилась светлой радостью ребенка, которому наконец вернули любимую игрушку. Наклоняясь за ним, он отчего-то он нисколько не сомневался, что кольт все это время находился там же, где Билл его и оставил, за пазухой у Редлоу.
Я выбираю его… — Холодные глаза Дженифер не выражали никаких эмоций. Она даже не смотрела в сторону Твинса. «Бежать! Пока они тут будут разбираться надо бежать отсюда к черту! А лучше подскочить к Редлоу и вмазать хорошенько ему в челюсть, как я и планировал!» — лихорадочно носились в голове у Билла мятежные мысли. Но он произносил их СВОИМ внутренним голосом, а не голосом брата. Поэтому он им не доверял и продолжал стоять, безучастно наблюдая за разворачивающейся на его глазах сценой.
Что??? Зачем? Он же ЧУЖАК? Совсем чужой нам, Городу, тебе, наконец! Он тут всего сутки, а ты выбираешь ЕГО? — шериф уже опустил ствол пистолета и теперь был вовсе не грозным хозяином Закона и Быстрого Суда, а всего лишь запутавшимся подростком, столько было робости и невыразимой обиды в его грубом голосе. Он смотрел на Дженифер со странной смесью восхищения, ненависти и… мольбы… Как смотрит муж, на любимую жену, внезапно узнав о ее измене.
Ты обещал, — спокойно проговорила она, выдержав этот взгляд. Лед ее глаз стал лишь холодней, жалкий лепет грубого убийцы-законника не был способен его растопить. — Ты обещал мне это, а я знаю, что ты слов на ветер не бросаешь Стивен. Я выбираю его, — повторив эту фразу женщина повернулась к шерифу спиной и направилась к Биллу. В ее руках Твинс успел заметить какой-то блеск. Это были два золотых кольца.
«Он все равно застрелит. Сейчас, когда она отвернулась, он возьмет и грохнет нас обоих, этот чертов псих! С него станется! Все в этом Городе давно уже спятили и без всякой помощи какой-то там Белой Клаудии»… — холодная струйка пота начала стекать у Твинса по спине. В который раз за день, он приготовился к смерти. На этот раз она воплотилась в человека со звездой шерифа и черной широкополой шляпой, скрывающей от посторонних глаз изрытую шрамами лысину.
Но Редлоу не выстрелил. Он терпеливо ждал, пока Дженифер надела кольцо на Билла, который в один момент утратил способность, что-либо понимать, и действовать или задавать вопросы. Его рука не поднялась на призыв женщины «одеть это, да побыстрее». Твинс чувствовал себя тряпичной куклой, которой тешили себя дети, не удосужившись объяснить ей правила игры. Дженифер надела кольца сама. Одно ему, одно себе. Точно на безымянные пальцы правых рук.
Полагаю в сложившейся ситуации можно обойтись без обязательной церемонии, присутствия родителей, поцелуя и прочего дерьма… — слышать столь неблагозвучные слова от прекрасных девушек Биллу доводилось. Но никогда они не резали его слух, так сильно. По-прежнему не обращая ни малейшего внимания на Твинса, Дженифер подняла его руку и свою и, указав на кольца, обратилась к Стивену — Теперь делай то, что ты должен. Объявляй. «Властью данной мне народом этого штата и бла-бла-бла»… Ну! Это единственная обязательная формальность. Ты обещал, а к помощи преподобного Бернса я обращаться не буду, сам понимаешь. Давай же! Я все еще жду…
… Объявляю… Не проси меня произнести больше… — после мучительно долгого молчания, наконец, сказал шериф. Можно было заметить, как и с каждым вздохом его глаза становились все тускней и тускней, и очень быстро его взор прирожденного хищника заволокла мутная пелена глаз мертвой рыбы. Он переминался с ноги на ногу, словно желая еще что-то изменить, обратить время вспять… Но смирение и покорность все больше охватывало его фигуру. Он разом сник, опустил плечи и голову, трясущимися руками поднял воротник куртки и, на какое-то мгновение, Биллу стало даже жалко этого человека, минуту назад собиравшегося его пристрелить, а теперь выглядевшего не лучше побитой бродячей собаки.
Это еще не все, — наконец позволил себе вставить слово Твинс. «Если уж ситуация стала настолько абсурдной, то почему бы не извлечь из нее выгоду?» — Отдайте мой револьвер. Он мне очень скоро понадобится.
Ничем не разбавленная Злость оживила шерифа. Он снова стал грозным, но Дженифер было достаточно только кивнуть и сказать одно слово, чтобы вновь усмирить его бушующий нрав:
Да…
Непонятно как свалившаяся на Твинса победа сделала свое дело. Шериф проиграл на всех фронтах и лишь досадливо поморщился, доставая из-за пазухи кольт и бросая его на мостовую к ногам Билла. Револьвер весело звякнул о камни, и душа Твинса наполнилась светлой радостью ребенка, которому наконец вернули любимую игрушку. Наклоняясь за ним, он отчего-то он нисколько не сомневался, что кольт все это время находился там же, где Билл его и оставил, за пазухой у Редлоу.
Страница 26 из 106
