Лошадь пришлось пристрелить. В самом деле, рано или поздно это было неизбежно. Прошагать столько с истертыми в кровь копытами смог бы далеко не каждый жеребец…
369 мин, 58 сек 7149
Наверное тебе… В моих снах всегда есть мой брат… Или злой нехороший человек с губной гармошкой… Но НИКОГДА в них не было ТАКОГО, хотя я и считал их когда-то кошмарными.
Значит опять… просто сон… — Анжелика была чем-то сильно разочарована, хотя темнота и отступила от них в даль. — Я так устала от снов… Но реальность еще хуже. Там есть только ржавые трубы… Какие-то вентили… Больше я уже ничего не помню. С какого-то дня я, наверное, полностью погрузилась в сновидения. Тогда же, когда привыкла есть мертвечину и перестала ощущать, как эти трубки вгрызаются мне в череп… — Твинс дернулся от спокойствия, с которыми совсем еще юная девушка произносила эти слова.
Когда мне плохо или скучно, я зову Его… Сегодня я опять Его позвала, а пришел почему-то ты…
Кого ты зовешь, Анжелика? — спросил Билл. Единственным существом явившимся на крик девушки был Ржавый Великан, и Твинсу стало не по себе от осознания того, что эта железная громадина скоро могла прийти, подоспев к зову Анжелики чуть позже его.
Он большой. Он очень сильный. Но злой. Хотя я ему нужна и поэтому Он обо мне заботится. Правда Ему нужно, чтобы я страдала еще больше, хотя Он об этом не говорит. Просто когда Он уходит и оставляет меня одну мне становится хуже… И еще я видела, как Он убивает. Не только чтобы защитить меня, нет. Ему просто нравится убивать… Но кроме него и Матери у меня больше никого нет. А Мать… Мать еще страшнее и злей. Поэтому я и бежала от нее сюда. В Сны. Я знаю, что не умерла. Если бы случилось нечто подобное Страдания бы прекратились… Я надеюсь на это, ведь больше мне ничего не остается… — Анжелика пошевелила руками и ее цепи несколько раз звякнули. Она прикусила нижнюю губу, точно как Дженифер, на сеансе с мелками.
Девочка… Не надо боятся! Это всего лишь глупый сон! Он пройдет, вот увидишь. Даже самые страшные сны всегда прекращаются, — Билл чувствовал, что должен был сказать, что-то навроде этого, хотя он никогда и не был хорошим утешителем. Но Анжелика только горько усмехнулась на его слова.
Мой сон длится уже пять лет… Иногда Мать напоминает мне, сколько именно прошло времени. Я уже поняла, что так просто проснуться не удастся… — внезапно она переменилась в лице. На боль во взгляде легла тень беспокойства. — А сейчас уходи! Немедленно уходи! Он идет… я чувствую… Это Он. Он убьет тебя, как только придет сюда. Уходи! — просила она.
Но как я могу уйти, это же сон? Куда мне идти? Опять в темноту?
Нет в темноте Он настигнет тебя — это ведь Его мир. Тебя что, мама не учила как нужно просыпаться? Это же знают даже совсем маленькие! Просто ущипни себя — и ты очнешься, — Билла поразила эта смесь детской наивности и взрослой мудрости, густо замешанная на непостижимом для него Страдании «Боже как просто! Устами младенца глаголит истина! Но как я оставлю ее здесь? Наедине с ЭТИМ?»
За меня не бойся, Он не причинит мне вреда! Уходи! Уходи быстрее, ОН уже рядом… Пожалуйста! Если не уйдешь сейчас, ты никогда уже не сможешь сюда вернуться — в ее тонком голоске было столько мольбы, что Твинс с силой вогнал ногти в полыхающий болью ожог на левой руке…
И он стал исчезать… Растворятся… Кошмарный сон отпускал его… Последнее что он успел заметить перед пробуждением, это то с какой нежностью огромные корявые, исполненные нечеловеческой силы и мощи лапы из Тьмы гладили Ангелику кончиками пальцев-лезвий…
Очнувшись, Твинс первым делом уставился на кровь, забившуюся ему под ногти. Ожоги болели еще сильнее чем вчера, а на исцарапанную им самим левую руку кто-то будто вылил ведро расплавленного свинца. Утренний свет неохотно пробивался в комнату, сквозь плотный туман и грязное стекло окна.
Затем Билл решил, что его сумасшествие это не более чем вопрос времени, поскольку еще парочку подобных сновидений ни один здравый рассудок выдержать бы не смог. Встав с кровати, он машинально прощупал ближайшую стену, ожидая увидеть на ней ржавые пятна или того хуже рваные дыры. Но морок рассеялся. Обернувшись он заметил, что Дженифер, вставшая разумеется раньше него, сидела за столом, а перед ней лежали те самые цветные мелки и множество листков бумаги, многие из которых были густо зарисованы черным цветом. Твинс тут же подскочил к ней, одним широким движением снес со стола всю эту дребедень и схватил находящуюся в забытье женщину за руки. Она вздрогнула и смутилась, когда увидела Билла, выйдя из своего транса, будто он застукал ее за каким-то неприличным занятием. Но Твинсу было плевать на ее смущение.
Значит опять… просто сон… — Анжелика была чем-то сильно разочарована, хотя темнота и отступила от них в даль. — Я так устала от снов… Но реальность еще хуже. Там есть только ржавые трубы… Какие-то вентили… Больше я уже ничего не помню. С какого-то дня я, наверное, полностью погрузилась в сновидения. Тогда же, когда привыкла есть мертвечину и перестала ощущать, как эти трубки вгрызаются мне в череп… — Твинс дернулся от спокойствия, с которыми совсем еще юная девушка произносила эти слова.
Когда мне плохо или скучно, я зову Его… Сегодня я опять Его позвала, а пришел почему-то ты…
Кого ты зовешь, Анжелика? — спросил Билл. Единственным существом явившимся на крик девушки был Ржавый Великан, и Твинсу стало не по себе от осознания того, что эта железная громадина скоро могла прийти, подоспев к зову Анжелики чуть позже его.
Он большой. Он очень сильный. Но злой. Хотя я ему нужна и поэтому Он обо мне заботится. Правда Ему нужно, чтобы я страдала еще больше, хотя Он об этом не говорит. Просто когда Он уходит и оставляет меня одну мне становится хуже… И еще я видела, как Он убивает. Не только чтобы защитить меня, нет. Ему просто нравится убивать… Но кроме него и Матери у меня больше никого нет. А Мать… Мать еще страшнее и злей. Поэтому я и бежала от нее сюда. В Сны. Я знаю, что не умерла. Если бы случилось нечто подобное Страдания бы прекратились… Я надеюсь на это, ведь больше мне ничего не остается… — Анжелика пошевелила руками и ее цепи несколько раз звякнули. Она прикусила нижнюю губу, точно как Дженифер, на сеансе с мелками.
Девочка… Не надо боятся! Это всего лишь глупый сон! Он пройдет, вот увидишь. Даже самые страшные сны всегда прекращаются, — Билл чувствовал, что должен был сказать, что-то навроде этого, хотя он никогда и не был хорошим утешителем. Но Анжелика только горько усмехнулась на его слова.
Мой сон длится уже пять лет… Иногда Мать напоминает мне, сколько именно прошло времени. Я уже поняла, что так просто проснуться не удастся… — внезапно она переменилась в лице. На боль во взгляде легла тень беспокойства. — А сейчас уходи! Немедленно уходи! Он идет… я чувствую… Это Он. Он убьет тебя, как только придет сюда. Уходи! — просила она.
Но как я могу уйти, это же сон? Куда мне идти? Опять в темноту?
Нет в темноте Он настигнет тебя — это ведь Его мир. Тебя что, мама не учила как нужно просыпаться? Это же знают даже совсем маленькие! Просто ущипни себя — и ты очнешься, — Билла поразила эта смесь детской наивности и взрослой мудрости, густо замешанная на непостижимом для него Страдании «Боже как просто! Устами младенца глаголит истина! Но как я оставлю ее здесь? Наедине с ЭТИМ?»
За меня не бойся, Он не причинит мне вреда! Уходи! Уходи быстрее, ОН уже рядом… Пожалуйста! Если не уйдешь сейчас, ты никогда уже не сможешь сюда вернуться — в ее тонком голоске было столько мольбы, что Твинс с силой вогнал ногти в полыхающий болью ожог на левой руке…
И он стал исчезать… Растворятся… Кошмарный сон отпускал его… Последнее что он успел заметить перед пробуждением, это то с какой нежностью огромные корявые, исполненные нечеловеческой силы и мощи лапы из Тьмы гладили Ангелику кончиками пальцев-лезвий…
Очнувшись, Твинс первым делом уставился на кровь, забившуюся ему под ногти. Ожоги болели еще сильнее чем вчера, а на исцарапанную им самим левую руку кто-то будто вылил ведро расплавленного свинца. Утренний свет неохотно пробивался в комнату, сквозь плотный туман и грязное стекло окна.
Затем Билл решил, что его сумасшествие это не более чем вопрос времени, поскольку еще парочку подобных сновидений ни один здравый рассудок выдержать бы не смог. Встав с кровати, он машинально прощупал ближайшую стену, ожидая увидеть на ней ржавые пятна или того хуже рваные дыры. Но морок рассеялся. Обернувшись он заметил, что Дженифер, вставшая разумеется раньше него, сидела за столом, а перед ней лежали те самые цветные мелки и множество листков бумаги, многие из которых были густо зарисованы черным цветом. Твинс тут же подскочил к ней, одним широким движением снес со стола всю эту дребедень и схватил находящуюся в забытье женщину за руки. Она вздрогнула и смутилась, когда увидела Билла, выйдя из своего транса, будто он застукал ее за каким-то неприличным занятием. Но Твинсу было плевать на ее смущение.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 32 из 106
