Тихий Холм 1865

Ты говоришь об этой девчонке? Да ты еще глупее, чем я думал… Хотя, впрочем, откуда тебе знать… Оглянись вокруг! Ты думаешь детское сознание могло бы все это представить, создать, обратить в реальность, наконец? Она вмешивается, она выплевывает сюда этот глупый снег… В моем проекте снега не было, но это ничего, это мелочи. Два мира не смогут существовать одновременно, она слаба, а мои силы почти безграничны. Где теперь этот олух Лобсель Вис? Где он? А я уже почти стал новым мессией… И не картонным, как преподобный Бернс, а самым, что ни на есть настоящим. Даже вернулся из царства теней. Я сразу отказался от этой слюнявой идеи Малой Крови, оставил тех «желтых» наивных дурачков возиться с ребеночком. Бесполезно. Новому миру требовалось БОЛЬШЕ Боли, чем смог бы вместить в себя всего один, пусть даже нещадно истязаемый человек. Они приняли снизошедшее на них откровение как есть, но я то ведь знал, что должно было быть в этих чертовых письменах, в этих гребанных индейских иероглифах, которыми исписаны все камни в округе что-то еще. Что-то НАСТОЯЩЕЕ. Того первого озарения, той нашей первой случайной встречи с Матерью было недостаточно, я это чувствовал, а«желтые» нет. И я нашел. Воссоздать ритуал в точности было нелегко, многие записи отсутствовали, но я продолжил поиски в нашей замечательно библиотеке и как следует изучил эзотерические и сатанинские трактаты. В чахлой Европе давно уже не было той подлинной, свежей языческой Силы, но лондоны и парижи могли дать Знание и Мастерство. Было много ошибок. Много«пустых» убийств. Но когда я догадался вырезать жертвам сердца, что-то сразу поменялось. 21 причастие, 21 жертва, избранные не просто так, не наобум, а по сложной, хорошо продуманной системе. Я назвал это ритуал 21 причастие, и если тебе интересно, двадцатым оказался твой покойный ныне друг Ресуректор. Ты станешь 21… Вообще-то я рассчитывал на шерифа, но и ты сгодишься. Он был упертым, уверенным, несгибаемым. Он так и не согнулся, но я его СЛОМАЛ. Может быть в Новом Мире я даже дам ему второй шанс. Сделаю равным себе. И на этот раз, надеюсь, Редлоу примет свою сущность и поймет наконец, что КАРАТЬ можно всех и каждого. Закон лишь глупая условность. К тому же убив Стивена ты принял в себя часть его силы и души… Так бывает всегда… Со мной сейчас души сотен… Ха! Да что уж там ТЫСЯЧ людей. Я сам как Война. Но в отличие от Войны, моя цель не пропитана насквозь пафосной ложью. Я создаю новые правила игры, Новый Порядок. И судя по количеству людей, которые готовы были идти за мной и выполнять по малейшему приказанию любые гнусности, Нового Порядка хочу не один я… Процесс создания новой реальности был увлекательным, полагаю, что и жизнь в ней будет очень «приятна». — искры в его глазах выросли до размеров двух маленьких солнц. Взгляд Гудбоя превратился в два ослепительно сияющих луча, несущих резкую боль. Монстры почтительно обходили Кзулчибару — он ведь и сам был одним из них, даже если и не являлся новым Хозяином всего сущего.

Ты не сможешь! Не сможешь! Ты все равно всего лишь человек, в мир придет Мать и поставит тебя на место. Ты лишь марионетка в ее руках, послушный инструмент! Она пустит тебя в расход с той же легкостью, с которой ты резал и стрелял в своих же слуг! — показалось, что незримые путы немного ослабли. Луна улыбалась Биллу, словно протягивала руку помощи. Он лежал и думал как именно ему нужно выстрелить, чтобы положить конец этим странным, безумным и в то же время пророческим речам. «Может вся эта скверна и твоих рук дело… Но Луна над Городом тоже не твоя, как и снег… Как и Туман, так что не обольщайся, ветеран битвы при Йорктауне!» — Твинс незаметно потянулся к выпавшему из рук револьверу. Гудбой был настолько увлечен объяснениями, что даже не обратил на это движение внимания.