Тьма за порогом

«Изыди!» — вскинулся медиум, бормоча стандартную формулу изгнания.

Призрак повозки исчез, из-за туч выглянуло солнце, но было то действием чар или капризом погоды — Стефан так и не понял. Нагнувшись, он подобрал с обочины горсть небольших округлых камней и положил в карман, на случай повторной встречи. Перевел дух, отряхнул руки и отправился на поиски забронированной Агентством гостиницы.

Перед глазами все еще стоял рваный полог и взгляд, обжигающий даже из глубины повозки.

— Джойс, — повторил он по просьбе клерка: громко, отчетливо, едва не по буквам.

— Стивен Джойс. Портье, эффектный сухощавый старик в старомодных очках и твидовой паре, наконец, нашел нужную запись в журнале и с достоинством кивнул:

— Очень приятно, мистер Джойс. Вот ваши ключи, располагайтесь. Ваша сестра ожидает вас в номере.

«Сестра?» Родная сестра Стефана умерла во младенчестве, и даже если бы призрак добрался сюда с Риджент-Хилл, портье бы его не увидел. Должно быть, это новый напарник. Девушка. Кто бы это мог быть? Марта слишком вызывающе красится и одевается, чтобы сойти за сестру, Лили — стара… — Здравствуй, Хани! — улыбнулся он солнечно-рыжей девчонке, разлегшейся с книгой на софе.

— Давно не виделись.

Хани ничего не ответила, просто улыбнулась в ответ, и Стефана с головы до ног окутало жаром. Это был не огонь костра, не молния, всего лишь весенний луч и шелковистая ласка меха — но кожу кольнуло магией, короткие волоски на затылке встали дыбом.

Хорошо, что он — «свой». Призраков Хани испепеляет одним касанием. А обыватели видят в ней только девочку, быть может, слишком сообразительную и взбалмошную для своего возраста. Сейчас она пребывала в своей «взрослой» ипостаси: вытянувшись в струну, почти что окаменев, сверлила Стефана тяжелым, пронизывающим взглядом.

— Ну что там? — спросил он, хмурясь.

— Рога и хвост не отросли?

Хани мотнула головой, медовые кудри рассыпались по плечам:

— Не городи чушь. Наполовину свет, наполовину тьма. Все как обычно. Но на тебе какая-то тень, пока не могу разобрать, что она значит.

— Пустяк, — беспечно отмахнулся Стефан.

— Сидел рядом с мертвым всю дорогу. Лучше давай подумаем, как найти нашу проблему. Желательно не подняв шума.

— Она сама нас найдет. Я не вижу мертвых, как ты, зато чувствую, что здешний дух недоволен нашим присутствием. Он обязательно попробует нас прогнать или убить, смотря что окажется проще.

— Отлично, — безразлично отозвался медиум.

— По крайней мере, не придется бегать по отелю и проверять каждый угол маятником.

Уже к вечеру Стефан пожалел о своих словах. Лучше бы они проверили весь отель с чердака до подвала и заглянули в каждую щель.

Медиума мутило, ноги были как ватные. Хани скорчилась в кресле, обхватив руками виски, и смотрела на напарника злыми, больными глазами. В номере вились тени: дразнили, то показываясь на свет, то скрываясь в сопредельных пространствах. Астрал наполнился скрежетом, этот шум по-хозяйски гулял в голове, подергиваясь и зудя. Его хотелось вытряхнуть наружу вместе с мозгами — неважно, своими или чужими. «Вагрант» закончил приглядываться и решил избавиться от опасных гостей.

— Я больше не могу, — без сил выдохнула Хани.

— Здание гудит, как растревоженный улей. Что же здесь завелось?

— Сейчас узнаем, — криво усмехнулся Стефан.

— Я собираюсь прогуляться. Ты со мной?

Хани молча кивнула, и они кое-как поднялись, шатаясь и держась друг за друга. Боль накинулась с новой силой, окатила с макушки до головы — и отступила. Гул почти смолк, оставшись где-то в фоне.

— Нас пощадили? — не веря, спросила Хани и тут же себе ответила.

— Нет. Просто хотят еще поиграть.

Стефан промолчал: расклад был очевиден, слов не требовалось. Он помог Хани поправить платье, и они пошли к двери, держась за руки, как школьники на прогулке. Сверкнула заколка в кудрях, золотистая ткань солнцем вспыхнула на фоне стены и тусклой от времени древесины. Но стоило ему повернуть торчащий в замке ключ, из щели потек мрак. Краски поблекли, свет растворился в тумане.

В тонком мире темно.

Духи ненавидят желтый и золотой, он напоминает им об утраченном солнце.

«Стой!» — хотел крикнуть Стефан, но не успел. Хани толкнула дверь.

Они летели во тьме, в холодном и черном ничто. За дверью скрывалась бездна. Отель устроил ловушку, и они попались в нее, как новички. Должно быть, «Вагрант» сейчас веселится, глядя на застывшие возле двери фигуры.

Ладонь сжали тонкие холодные пальцы. Уже теплые… обжигающие… Рядом со Стефаном загорелось новое солнце. Свет исходил от напряженного лица Хани, от ее рук и волос. Тьма заворчала и отступила, не в силах погасить доставшийся девочке дар.