Трамвай для тёщи

Пивбар — это место, куда уходят плакать мужчины. Нет-нет, да взвоет, возрыдает в табачном дыму под мерный стук бокалов и тихий гитарный напев угнетённая мужская душа. И крупные солёные слёзы, смывая горечь с разбитого до крови сердца, закапают в кружку, прямо на белую-белую пену. А разодранная в клочья вобла так и останется засыхать на тарелке — соли слёз для улучшения пивного вкуса вполне достаточно. К тому же, очень трудно рыдать с рыбьим хвостом во рту, тем более — излагать скорбную повесть своих бед и лишений стенающей от сочувствия дружной компании собутыльников. Плачьте, мужики, плачьте — может быть, осядут ваши слёзы перламутром чистейшего жемчуга, а не камнями в почках или, тем более, в мочевом пузыре… Непривычный к алкоголю Павел захлюпал носом после ста граммов и двух кружек пива. Напарник Юрка чутко развесил уши и долго не верил ни одному слову Овсюкова. Истина блеснула после вторых ста граммов и пятого пива, заставив его возликовать: — Я верю тебе, Павел!

Действительно, разве может какая-то ложь так искренне страдать под обострённым до орлиного взглядом напарника? Античные мудрецы уверяли, что истина — в вине. Мудрецы нашего народа знают, что она скрывается и в прочих спиртных напитках, и ищут её, проклятую, ищут, ищут… Бывает — находят… говорят… если «белка» не является раньше… В этот раз истина подсуетилась и пришла первой.

— Ты не должен сам… ни в коем разе, — пояснил Юрка окосевшему Павлу.

— Ты не сможешь — это раз… Поймают тебя тут же — бежать, ведь, тебе некуда… Два. И Машка тебя ни в жисть не простит… Мало? Тебе этого мало?!

Овсюков был не просто согласен. Он был уверен на все сто (уже третьи), что этого — с головой… — И… что же… мне делать? — в отчаянье вопросил он.

— Трамвай-призрак, — ответил Юрка.

— Трамвай-призрак — самое то… И рассказал полтавчанину Павлу одесскую сагу о трамвае.

Сага о трамвае.

Вам известен одесский трамвай?

Знайте же, если хотите:

Трамвай в Одессе появился в конце девятнадцатого века. Сначала — конка, потом — паровозы. В 1910 году заработала первая электрическая трамвайная линия. Занималось одесским трамваем бельгийское общество «Нивель» — и конным, и, затем, электрическим. Лошадь заменил электромотор, а кучера — водитель, прозванный одесситами«ватманом».

Конечно же, ватман не был бумажным и не являлся в обязательном порядке евреем или немцем. Две версии происхождения этого названия связаны только с работой на трамвае, и ни с чем иным. По одной из них, wattman получился из сложения слов watt — единица мощности и man — человек. По другой ватмана произвели из английского watchman — часовой, сторож. От водителя трамвая, и впрямь, требовались внимание и осторожность. И потому работал он сначала подобно часовому, стоя, без сидения. Как бы то ни было, ватманы стали в Одессе настолько важными особами, что были увековечены на карте города — один из прилегающих к трамвайному депо переулков получил название Ватманского.

Что касается трамвайного парка, то кажется только ленивый не приложил к нему руку. В разные годы вагоны одесскому трамваю поставляли и немцы из Нюрнберга, и бельгийцы — «Невиль», и Мытищенский машиностроительный завод, и Усть-Катаевск, и Киев, и многие другие, среди которых — Коломна, Москва, Рига, Днепропетровск и Прага. Кое-что одесситы делали сами, в мастерских трамвайных депо… Богатейшая история одесского трамвая не могла не оставить своих следов на камнях города. И когда городские власти, признав нерентабельными часть трамвайных маршрутов, ликвидировали их, город ответил на это по-своему. На улицах Одессы появился трамвай-призрак. В туманную или дождливую погоду, поздним вечером или ночью, жёлто-красный вагон трамвая, трезвоня, подкатывал к остановкам отменённых маршрутов, принимал в своё нутро пассажиров, и… и больше их никто не видел.

Немногочисленные очевидцы трамвайных подлостей в своих показаниях единодушно согласились с тем, что вагон, безусловно, производства общества «Невиль», коих в одесском трамвайном парке уже не осталось ни одного (опознание проводили по фотографиям). Но никак не сходились на личности вагоновожатого. Одни утверждали, что ватманом был самый первый, ещё царский, трамвайный директор Лагоде, другие настаивали на персоне вице-директора Фукса. Третьи уверяли, что управлял трамваем деятель уже советских времён — то ли Белокопытов, то ли Шапиро, а, может быть, и Цвилинг. Как и в случае с самим трамваем, личность ватмана устанавливали по фотографиям, но, увы, так и не определили, и, за неимением достоверного имени, обозначили водителя трамвая-призрака прозвищем — Старый Ватман.