Три галлеона

— Давай не будем возвращаться к этой теме, Гарри, — девушка устала что-либо выяснять. — Если бы ты хоть иногда слушал меня, то всё было бы иначе.

— Ты права, если бы я тогда тебе поверил, то Сириус был бы жив! — воскликнул парень, отчего все однокурсники на него посмотрели, Рон громко закашлялся, все восприняли это как нужно «никто ничего не слышал, проехали».

— Перестань, Гарри, — тон девушки стал дружелюбнее, она знала, что друг винит себя в смерти крёстного и от этого становилось грустно на душе. Гермиона погладила его по плечу, он кивнул, как бы извиняясь за вспышку гнева.

Уроки перестали доставлять столько радости, как раньше. Гермиона чувствовала, что её утомляют все эти речи и пустая болтовня. Профессор Бинс уже третий урок подряд рассказывает одно и тоже, она сказала бы ему об этом, но однокурсники ей этого не простят. На защите от тёмных искусств больше не было парных занятий, поэтому оставалось лишь молча записывать лекции Снейпа или просто упражняться, ничего не спрашивая, потому что откровенно достал его вечно недовольный вид.

Весь день Гермиона неосознанно ждала вечера. Она знала, что сегодня обязательно навестит Малфоя. В ней боролись разные чувства: зачем она это делает, к чему это всё приведёт. Но разве он сегодня не ответил на её вопросы, не отказываться же от поступков в страхе совершить ошибку. Никто не знает, что будет дальше, в конце года, что ждёт впереди, когда Гарри удастся выудить воспоминание у Слизнорта. Здесь и сейчас у неё более-менее была нормальная подростковая жизнь. Увеличилось внимание Рона буквально за пару дней, но сейчас это почти не трогало. Этот трепет от его присутствия остался в прошлом. Всё хорошо вовремя, сейчас же её совсем не интересуют отношения… Хотя кого она обманывает, она прекрасно знает, что ей нужно, точнее кто. И каждая минута вдали как будто отнимает драгоценное время от возможности просто побыть рядом.

Однако бросаться с головой в омут не стоило, поэтому Гермиона выждала время и когда все улеглись спать, отправилась в Больничное крыло. У самых дверей она встретила Нотта и слегка растерялась.

— Нотт?

— Грейнджер?

— Скоро отбой.

— Я староста.

— Я знаю, зачем ты пришла, но только это плохая идея.

— Мне не нужны советчики, Нотт.

— Хм, а я и не советовал. Просто предупреждаю. Во всей этой ситуации, — парень покрутил в воздухе рукой, охватывая пространство, — кто-то должен иметь трезвую голову.

— Я полностью себя контролирую, — сказала девушка и тут же прикусила губу. Глаза Нотта заблестели, а брови взметнулись вверх.

— В таком случае, разреши откланяться, — картинно поклонился парень. — Не смею больше задерживать тебя, мисс-у-меня-всё-под-контролем.

Гермиона лишь фыркнула и вошла в лазарет. Малфой сидел, прислонившись к спинке, и читал Пророк. Наверно Тео принёс ему газеты, решила девушка, прекрасно помня скуку, которую испытывала всякий раз, попадая сюда.

По стенам прошло лёгкое свечение. Драко вздрогнул, а потом посмотрел на дверь с лёгким удивлением на лице.

— Мисс Грейнджер, собственной персоной, — кривоватая улыбка играла на его губах, к которым тут же захотелось прикоснуться, но девушка решила, что попытается сдержаться, насколько это будет возможно. — Ты сегодня рано.

— Я могу уйти, — сказала Гермиона и повернулась к двери.

— Ох уж это гриффиндорское упрямство! — воскликнул парень, откладывая газету на прикроватную тумбочку.

— Ох уж эта слизеринская заносчивость, — в тон ему ответила девушка и подошла к кровати. Малфой тут же поднялся, лишь немного морщась. — Больно?

Драко уже откровенно улыбался, его позабавила реакция гриффиндорки, особенно беспокойство, промелькнувшее в глазах. Я ей не безразличен! — кричало подсознание. — Вспомни, что было вчера и перестань думать глупости!

— Всё в порядке, — сказал парень, подходя к девушке. — Мадам Помфри сказала, что выпишет меня через пару дней.

— Да, это хорошая новость, — кивнула девушка. — А тебе можно вставать?

— Только если есть необходимость, — серьёзно проговорил парень. — А сейчас у меня есть одно очень важное дело. Иди сюда, расскажу.

Гермиона как маленькая придвинулась ближе к парню и он тут же схватил её за лицо и поцеловал. Глубоко, волнующе, как умеет только он. Гермиона чуть не задохнулась. Выдержка трещала по швам и она сама не заметила, как начала отвечать его требовательным губам. Когда слизеринец всё же прервал поцелуй, то тут же спросил:

— Кто это был, Грейнджер? Я думал об этом весь день!

— О ком ты?

— Сама знаешь!

— Прекрати, Малфой, это не твоё дело.

— Я хочу знать. Это Уизли, да?

— С чего ты решил?

— Ну у вас вроде шуры-муры, я видел. Или всё-таки Поттер? Хотя вряд ли…

— Почему не он? — Гермиона сложила руки на груди и даже присела на кровать Драко, чтобы послушать его теорию. Он вопросительно на неё посмотрел. — Ну же, расскажи, мне правда интересны твои суждения.

— Издеваешься, да? — парень вмиг разозлился, причём сам не понимая почему. — Хорошо, слушай, только потом не обижайся!