Фандом: My Little Pony. Преступления, хоть редкие и не слишком серьезные, в Эквестрии случались и раньше, но ряд недавних происшествий в столице поставил стражей порядка в тупик. Почему пони, на первый взгляд не имеющие никаких мотивов, стали совершать поступки, угрожающие жизни и здоровью других, да еще и проявляя при этом владение совершенно несвойственными им навыками? Ограничится ли география подобных случаев Кантерлотом? Не связано ли происходящее с таинственным врагом Принцесс, преследующим непонятные цели? И главное — кому довериться, когда каждый может оказаться врагом?
140 мин, 3 сек 14756
Следующей части разговора, пестрящей фразами вроде «аэродинамического профиля» и«срыва потока», Спайк уже не слышал, погрузившись в царство фантазий о предстоящем путешествии. Как только он узнал, что Рэрити, соскучившаяся по изящной архитектуре и модным заведениям Кантерлота, собралась составить Рэйнбоу Дэш компанию, то тут же принялся упрашивать Твайлайт отпустить в поездку и его. Расчет был предельно прост. Спайк прекрасно понимал, что из трех дней, выделенных на проведение конференции, Рэрити посвятит посещению всего один, после чего ей станет скучно, и она отправится гулять по городу. Вот тут-то ему и представится шанс побыть наедине с объектом своих чувств, пусть и в качестве спутника в походах по модным бутикам. Момент для обращения к Твайлайт за разрешением также оказался выбран идеально: ей, занятой подготовкой к семинару, было не до тонкостей, поэтому, быстро удостоверившись, что присутствие ее ассистента не будет стеснять подруг, она дала согласие.
Оторвавшись от воспоминаний, успевший проголодаться Спайк тоскливо посмотрел на заставленный блюдами стол и тут же, дабы не искушать себя, перевел взгляд на усеянное отблесками городских огней вечернее небо столицы Эквестрии. Желудок, вопреки воле хозяина не пожелавший отказываться от мыслей о еде, отозвался было недовольным урчанием, но его прервал звук отворившейся двери гостиничного номера. До замершего в ожидании дракончика сначала донесся голос Рэрити, возвестивший: «Я вернулась!», затем его чувства раздразнил слегка сладковатый запах ее духов, а потом на балконе появилась она сама. Спайк невольно залюбовался кобылкой, одетой в элегантное короткое платье теплого бордового оттенка, воротник которого сиял золотистой перевязью искусного узора. Грива модельерши была заплетена в столь сложносочиненный узел, что при одном только взгляде на него начинала кружиться голова.
— Спайк! — ахнула тем временем Рэрити, увидев накрытый стол. — Это так мило с твоей стороны и, к тому же, весьма своевременно! Я и не заметила, как успела проголодаться.
Дракончик галантно проводил ее на ее место, после чего уселся напротив.
— Знаешь, Кантерлот все так же прекрасен! — Не то, чтобы Спайка уж очень сильно интересовали детали местной архитектуры или, скажем, особенности досуга высшего света столичной элиты, но ради Рэрити он был готов и не на такое. Он уже приготовился слушать, когда его вдруг легонько, но ощутимо кольнуло ощущение какой-то неправильности, неестественности происходящего. На пару секунд сосредоточившись, он понял, в чем дело.
После истории с Предвестниками, наглядно показавшей важность его способности ощущать магию, Спайк стал посвящать много времени целенаправленному развитию своих сил. Как-то раз они с Твайлайт даже засели за масштабное книжное исследование и в процессе увлеклись настолько, что дракончика оторвало от изучения книг о своих предках только сладкое посапывание подруги, заснувшей прямо на груде листов пергамента. Умиленно хихикнув, он накрыл ее пледом, подложил ей под голову подушку, а сам вернулся к чтению.
Как бы то ни было, исследования вкупе с тренировками давали о себе знать: он стал куда отчетливее чувствовать магию единорогов и смог наконец ощутить энергию, циркулирующую в пегасах и земных пони. Как рассказывала Твайлайт, волшебство, пусть дремлющее в пассивном состоянии, присутствовало в крови у всех живых существ. Строго говоря, в ее исполнении объяснение звучало куда более пространно, но Спайк, засыпанный терминами вроде «циркулирующего потока» и«ментально-энергетического прототипа», окончательно запутался уже после нескольких предложений и предпочел остановиться на упрощенном варианте.
Тогда же Спайк заинтересовался связью между магией пони и эмоциями, которые они испытывают. Сам он заметил эту связь совершенно случайно, однажды ясно почувствовав глухое раздражение Твайлайт, застопорившейся с изучением нового сложного заклинания. Выслушав объяснения о том, что волшебство, являясь частью самого существа жителей Эквестрии, естественно, способно влиять на их чувства и наоборот, Спайк решил попробовать расширить свои возможности, и через пару недель интенсивных тренировок добился точного предсказания настроения подруги примерно в половине случаев.
Проблема подстерегала юного исследователя там же, где и раньше: с другими пони подобные фокусы не проходили. Вместо четких сигналов магической ауры, к которым он привык у Твайлайт и которые ощущал, казалось, каждой чешуйкой, до него доходил только бессвязный шум. Впрочем, Спайку стоило отдать должное: неудачи не заставили его бросить свои занятия, и, упорно занимаясь, он постепенно смог почувствовать чужие эмоции. Не всегда ясно, часто ошибаясь, но все же…
Вот и сейчас, взглянув на Рэрити и сосредоточившись на витающих в воздухе потоках энергии, он сумел-таки прочитать под маской восторга и беззаботности тщательно скрываемое, гонимое беспокойство.
Оторвавшись от воспоминаний, успевший проголодаться Спайк тоскливо посмотрел на заставленный блюдами стол и тут же, дабы не искушать себя, перевел взгляд на усеянное отблесками городских огней вечернее небо столицы Эквестрии. Желудок, вопреки воле хозяина не пожелавший отказываться от мыслей о еде, отозвался было недовольным урчанием, но его прервал звук отворившейся двери гостиничного номера. До замершего в ожидании дракончика сначала донесся голос Рэрити, возвестивший: «Я вернулась!», затем его чувства раздразнил слегка сладковатый запах ее духов, а потом на балконе появилась она сама. Спайк невольно залюбовался кобылкой, одетой в элегантное короткое платье теплого бордового оттенка, воротник которого сиял золотистой перевязью искусного узора. Грива модельерши была заплетена в столь сложносочиненный узел, что при одном только взгляде на него начинала кружиться голова.
— Спайк! — ахнула тем временем Рэрити, увидев накрытый стол. — Это так мило с твоей стороны и, к тому же, весьма своевременно! Я и не заметила, как успела проголодаться.
Дракончик галантно проводил ее на ее место, после чего уселся напротив.
— Знаешь, Кантерлот все так же прекрасен! — Не то, чтобы Спайка уж очень сильно интересовали детали местной архитектуры или, скажем, особенности досуга высшего света столичной элиты, но ради Рэрити он был готов и не на такое. Он уже приготовился слушать, когда его вдруг легонько, но ощутимо кольнуло ощущение какой-то неправильности, неестественности происходящего. На пару секунд сосредоточившись, он понял, в чем дело.
После истории с Предвестниками, наглядно показавшей важность его способности ощущать магию, Спайк стал посвящать много времени целенаправленному развитию своих сил. Как-то раз они с Твайлайт даже засели за масштабное книжное исследование и в процессе увлеклись настолько, что дракончика оторвало от изучения книг о своих предках только сладкое посапывание подруги, заснувшей прямо на груде листов пергамента. Умиленно хихикнув, он накрыл ее пледом, подложил ей под голову подушку, а сам вернулся к чтению.
Как бы то ни было, исследования вкупе с тренировками давали о себе знать: он стал куда отчетливее чувствовать магию единорогов и смог наконец ощутить энергию, циркулирующую в пегасах и земных пони. Как рассказывала Твайлайт, волшебство, пусть дремлющее в пассивном состоянии, присутствовало в крови у всех живых существ. Строго говоря, в ее исполнении объяснение звучало куда более пространно, но Спайк, засыпанный терминами вроде «циркулирующего потока» и«ментально-энергетического прототипа», окончательно запутался уже после нескольких предложений и предпочел остановиться на упрощенном варианте.
Тогда же Спайк заинтересовался связью между магией пони и эмоциями, которые они испытывают. Сам он заметил эту связь совершенно случайно, однажды ясно почувствовав глухое раздражение Твайлайт, застопорившейся с изучением нового сложного заклинания. Выслушав объяснения о том, что волшебство, являясь частью самого существа жителей Эквестрии, естественно, способно влиять на их чувства и наоборот, Спайк решил попробовать расширить свои возможности, и через пару недель интенсивных тренировок добился точного предсказания настроения подруги примерно в половине случаев.
Проблема подстерегала юного исследователя там же, где и раньше: с другими пони подобные фокусы не проходили. Вместо четких сигналов магической ауры, к которым он привык у Твайлайт и которые ощущал, казалось, каждой чешуйкой, до него доходил только бессвязный шум. Впрочем, Спайку стоило отдать должное: неудачи не заставили его бросить свои занятия, и, упорно занимаясь, он постепенно смог почувствовать чужие эмоции. Не всегда ясно, часто ошибаясь, но все же…
Вот и сейчас, взглянув на Рэрити и сосредоточившись на витающих в воздухе потоках энергии, он сумел-таки прочитать под маской восторга и беззаботности тщательно скрываемое, гонимое беспокойство.
Страница 8 из 43
