— Наверное, только в такой глуши можно по настоящему почувствовать, что ты в Африке, — лениво произнесла Элен Старк, потягивая коктейль из соломинки. — Наверное у меня слишком европейское мышление, но Черный Континент у меня ассоциируется с чернокожими вождями в ожерельях из человеческих костей, каннибальскими пирами в глубине джунглей, черными колдунами и обществами людей-леопардов. Иными словами, Африка, родина древних страхов и диких суеверий, давно забытых в цивилизованном мире. — Она осеклась и виновато посмотрела на своего собеседника.
59 мин, 30 сек 4503
В то время в Прибалтике шла война с крестоносцами. Еще и поэтому отец отправил меня в Пруссию — в Земгалии к тому времени уже лет двадцать шли войны с немцами и русскими. Уже когда я служила Пеколсу в святилище Ромове, я узнала, что вся Земгалия покорена Меченосцами.
Вскоре крестоносцы ударили и по Пруссии. В год, который, который как я позже узнала, христиане считают 1233-им от рождения их бога, Тевтонский Орден разбил прусское войско на реке Сиргуне. Возвращаясь с победой обратно крестоносцы разорили и сожгли священную рощу, посвященную Пеколсу, где я в тот момент приносила жертвы темному богу, чтобы он покарал захватчиков.
Лицо Велеи помрачнело.
— Отряд тевтонцев ворвался в святилище как раз когда я готовилась выпить чашу наполненную кровью принесенного в жертву немца. Крестоносцы прервали обряд, разорили и сожгли святилише, убили всех жерцов и жриц которые были там. Меня изнасиловал, а потом убил сам Герман фон Бальке-великий магистр Ордена. — Велея хищно усмехнулась-воин Христов, истребитель язычников. Знал бы он, что за демона он породил в этот момент.
Мое мертвое тело рыцари повесили на ветвях священного дуба для большего позора. Но ночью пришел сам бог Пеколс который и снял меня этих ветвей и забрал в свое царство.
Бывшая жрица зажмурилась.
— Не знаю сколько я там находилась — в преисподней время идет по другому чем здесь. Но там я многому научилась. На землю явилась уже не земгальская девчонка, жрица языческого бога-я была вампиром, ведьмой, дьяволицей, кошмаром для всех кто верил в Распятого. Я по ночам прокрадывалась в замки крестоносцев и выпивала жизни из спящих рыцарей, их жен и детей. Я подстерегала в ночи крестившихся литовцев и пруссов, а наутро их растерзанные, обескровленные тела находили на самом видном месте. Я напускала мор и засуху, наводнения и неурожай. По всей Прибалтике-от Вислы до Финского залива я убивала врагов и отступников от старых богов.
— Но все проходит — поскучнела Велея-и даже мне не удалось бы повернуть время вспять. Распятый обретал все больше приверженцев. В 1387 году пал последний оплот язычников — князь Ягайла крестил Литву. Тогда я поняла, что мне пора покинуть Прибалтику и начать жить в человеческом обличье, сохраняя верность древним богам. Я отправилась сначала в Киев, где какое-то время с местными ведьмами летала на Лысую гору, затем двинулась в Карпаты. В Валахии, Трансильвании и Венгрии я провела почти триста лет-больно местечко было занятное. Дружила и с Владом Дракулой и Эржебет Батори-ты не знаешь кто это такие, но я думаю, вы бы с ними нашли общий язык. С Эржебет я веселилась особенно долго — такая затейница оказалась. Она мне помогла осознать главное — европейская аристократия, как бы она не называлась, всегда будет не прочь обратится за помощью к темным силам. Благочестивые там в меньшинстве, хотя многие и притворяются таковыми. Вооруженная этим знанием я скоро сумела пробиться в самые высшие круги Европы. Я участвовала в самых разгульных и извращенных оргиях итальянских аристократов; я приносила в жертву некрещеных младенцев на черных мессах которые творились под носом у короля Франции; я проникала в самые тайные и закрытые общества просветителей и гуманистов, скрывавших под красивыми названиями пороки и странности, которые ужаснули бы самого Люцифера. Я встречала там и подобных мне — бессмертных, получивших вечную жизнь от темных богов и с тех пор идущих по пути Левой Руки.
В Прибалтику за это время я возвращалась только дважды-во время мировых войн. Иной раз хочется побывать на Родине. В 1917 году я вступила в женскую расстрельную команду в красной Латвии, казня потомков тех, кто истребляя мой народ еще в 13 веке. Потом я, правда, поняла, что большевики еще хуже немцев. Вторую мировую я уже воевала на их стороне — в составе эстонских и латышских дивизий СС. Многие «зверства», в которых сейчас обвиняют их русские и евреи проходили по моей инициативе-с какой-то даже гордостью произнесла Велея. — Ничего личного — обычные жертвоприношения. После войны я, используя каналы, действующие еще со Средневековья, перебралась в Лондон, где и живу до сих пор, под именем Элен Старк. Вот и вся моя история, надеюсь, тебе было интересно.
— Что ты хочешь от меня?— настороженно спросила Нзинга. Из рассказов Велеи она поняла только одно: она могущественная колдунья, намного сильнее ее самой. — Я же тебе не мешала.
— Зачем европейцы приезжают в Африку? — пожала плечами Велея. — По разным причинам, многие — ради экзотики. Я — белая охотница, как и многие другие. Кто-то охотиться на зверей, в колониальные времена ловили людей, я же охочусь только за сверхъестественной дичью. Легенду о ведьме с Проклятой горы я слышала еще в 19 веке от одного из офицеров британских колониальных войск, но до этого как-то не было времени.
— Ты меня убьешь? — поинтересовалась ведьма внутренне, подбираясь подобно хищному зверю.
Вскоре крестоносцы ударили и по Пруссии. В год, который, который как я позже узнала, христиане считают 1233-им от рождения их бога, Тевтонский Орден разбил прусское войско на реке Сиргуне. Возвращаясь с победой обратно крестоносцы разорили и сожгли священную рощу, посвященную Пеколсу, где я в тот момент приносила жертвы темному богу, чтобы он покарал захватчиков.
Лицо Велеи помрачнело.
— Отряд тевтонцев ворвался в святилище как раз когда я готовилась выпить чашу наполненную кровью принесенного в жертву немца. Крестоносцы прервали обряд, разорили и сожгли святилише, убили всех жерцов и жриц которые были там. Меня изнасиловал, а потом убил сам Герман фон Бальке-великий магистр Ордена. — Велея хищно усмехнулась-воин Христов, истребитель язычников. Знал бы он, что за демона он породил в этот момент.
Мое мертвое тело рыцари повесили на ветвях священного дуба для большего позора. Но ночью пришел сам бог Пеколс который и снял меня этих ветвей и забрал в свое царство.
Бывшая жрица зажмурилась.
— Не знаю сколько я там находилась — в преисподней время идет по другому чем здесь. Но там я многому научилась. На землю явилась уже не земгальская девчонка, жрица языческого бога-я была вампиром, ведьмой, дьяволицей, кошмаром для всех кто верил в Распятого. Я по ночам прокрадывалась в замки крестоносцев и выпивала жизни из спящих рыцарей, их жен и детей. Я подстерегала в ночи крестившихся литовцев и пруссов, а наутро их растерзанные, обескровленные тела находили на самом видном месте. Я напускала мор и засуху, наводнения и неурожай. По всей Прибалтике-от Вислы до Финского залива я убивала врагов и отступников от старых богов.
— Но все проходит — поскучнела Велея-и даже мне не удалось бы повернуть время вспять. Распятый обретал все больше приверженцев. В 1387 году пал последний оплот язычников — князь Ягайла крестил Литву. Тогда я поняла, что мне пора покинуть Прибалтику и начать жить в человеческом обличье, сохраняя верность древним богам. Я отправилась сначала в Киев, где какое-то время с местными ведьмами летала на Лысую гору, затем двинулась в Карпаты. В Валахии, Трансильвании и Венгрии я провела почти триста лет-больно местечко было занятное. Дружила и с Владом Дракулой и Эржебет Батори-ты не знаешь кто это такие, но я думаю, вы бы с ними нашли общий язык. С Эржебет я веселилась особенно долго — такая затейница оказалась. Она мне помогла осознать главное — европейская аристократия, как бы она не называлась, всегда будет не прочь обратится за помощью к темным силам. Благочестивые там в меньшинстве, хотя многие и притворяются таковыми. Вооруженная этим знанием я скоро сумела пробиться в самые высшие круги Европы. Я участвовала в самых разгульных и извращенных оргиях итальянских аристократов; я приносила в жертву некрещеных младенцев на черных мессах которые творились под носом у короля Франции; я проникала в самые тайные и закрытые общества просветителей и гуманистов, скрывавших под красивыми названиями пороки и странности, которые ужаснули бы самого Люцифера. Я встречала там и подобных мне — бессмертных, получивших вечную жизнь от темных богов и с тех пор идущих по пути Левой Руки.
В Прибалтику за это время я возвращалась только дважды-во время мировых войн. Иной раз хочется побывать на Родине. В 1917 году я вступила в женскую расстрельную команду в красной Латвии, казня потомков тех, кто истребляя мой народ еще в 13 веке. Потом я, правда, поняла, что большевики еще хуже немцев. Вторую мировую я уже воевала на их стороне — в составе эстонских и латышских дивизий СС. Многие «зверства», в которых сейчас обвиняют их русские и евреи проходили по моей инициативе-с какой-то даже гордостью произнесла Велея. — Ничего личного — обычные жертвоприношения. После войны я, используя каналы, действующие еще со Средневековья, перебралась в Лондон, где и живу до сих пор, под именем Элен Старк. Вот и вся моя история, надеюсь, тебе было интересно.
— Что ты хочешь от меня?— настороженно спросила Нзинга. Из рассказов Велеи она поняла только одно: она могущественная колдунья, намного сильнее ее самой. — Я же тебе не мешала.
— Зачем европейцы приезжают в Африку? — пожала плечами Велея. — По разным причинам, многие — ради экзотики. Я — белая охотница, как и многие другие. Кто-то охотиться на зверей, в колониальные времена ловили людей, я же охочусь только за сверхъестественной дичью. Легенду о ведьме с Проклятой горы я слышала еще в 19 веке от одного из офицеров британских колониальных войск, но до этого как-то не было времени.
— Ты меня убьешь? — поинтересовалась ведьма внутренне, подбираясь подобно хищному зверю.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 12 из 17
