Тропой пегасов

В дом вбежали представители закона, услышавшие шум. Взглянув на открывшуюся сцену, моментально оценили обстановку, осознали произошедшее и слегка растерялись.

— Я его забираю, — крикнул им Ремус, поворачивая камень на своем сломанном перстне. — К жене, домой. Она целитель. Если что, мы — там.

Удивительны умения Истинных лекарей — но не меньше плата за их таланты. Видеть магию, сковывающую и окрыляющую человека, видеть, как заклинания опутывают тело и душу, но не иметь возможности остановить это. Всё, что сложнее перемещения предметов, было недоступно для Ариэль. Она могла остановить кровотечение или срастить сломанную кость, но даже простой вывод тела из стазиса оставил бы ее без магии на пару дней, а в текущем состоянии — мог её убить.

— Он не выживет, — прошептала Ариэль, глядя на тело в стазисе. — Я… я даже не знаю, что делать: я просто вижу, как из него уходит жизнь. Сейчас, в стазисе, он можем пролежать, может, пару месяцев, но всё же не вечно…

— Элен, прости, — продолжила она, сглотнув. — Мы тебя подвели. Сириус… Ты сможешь позаботиться о ней?

Когда дети оказались дома у Лены, им открылась страшная картина: осунувшаяся, похудевшая Ариэль с тёмно-синими венами, проступающими через прозрачную кожу. Сириус отправил их на улицу, но сейчас, когда здесь оказался Ремус и Руслан, они снова просочились в гостиную, тихие, как мышки.

Костя что-то прошептал Гарри, тот кивнул и они оба зажмурились, сжав пальцы в кулаки.

— Нет, — сказал Гарри. — Не получается. Катя, а ты что скажешь?

Катя сжала руку Тимофея и сосредоточенно смотрела на Руслана.

— Никак. Это… тут сложно, тут много всего. Тут и изменениями не взять. Да, Лена?

Лена кивнула. Она тоже уже попробовала изменить хоть что-то… но…

Иногда даже сильного желания и искренней любви недостаточно для изменения ткани реальности.

В конце концов Лена не выдержала и кинулась к папе, обнимая его и всхлипывая. Состояния мамы она словно не замечала.

— Я… — тихим голосом произнес побледневший Сириус, наконец отвечая на вопрос Ариэль. — Если придётся — позабочусь. Но, надеюсь, это и вовсе не понадобится. У нас есть мастер зелий…

— Северус? — удивился Ремус.

— Да, Северус. Он был у вас, помните? Думаю, он сможет что-то сделать.

Ремус тут же отправил Северусу письмо с Кричером, которого мгновенно позвал Сириус. Так же быстро, во всеобщем молчании раздался стук входной двери.

— По счастливому совпадению я был в Хогсмиде и абсолютно свободен, и ваш эльф, — посетитель прервал себя на полуслове. — Что здесь происходит, Мерлин?

С помощью Ариэль зельевар смог продиагностировать Руслана.

— Знаете, — он на секунду задумался. — Если видоизменить напиток живой смерти, настаивая его несколько месяцев, добавить туда десяток слез единорога и одну — феникса, то может получиться оздоравливающий сон, который постепенно восстановит артерии. Позвоночником заниматься будем уже позже, сейчас главное — ослабление от потери крови. С кровью исчезает и магия, так что восстанавливающий сон — в общем-то, единственный из имеющихся шансов.

— А нельзя сейчас что-то сделать? — хриплым голосом сказал Сириус.

— Любые направленные действия могут вывести его из стазиса, и после этого у нас будет максимум пара минут — этого недостаточно даже для квалифицированной команды колдомедиков. Но зелье само погружает в своего рода стазис. Больше я ничего не могу сделать. И, Ариэль, с тобой-то что случилось?

Выслушав краткую историю, зельевар задумался.

— Я могу помочь доварить зелье. Там, вроде бы, оставалась неделя или две? Я посмотрю, что можно сделать, чтобы ускорить его приготовление. Но кто его тебе даст? Если твоего мужа разбудить, он умрёт.

Сириус упал на колени.

— Ариэль, пожалуйста, прими мою помощь.

Ариэль молчала, потупив глаза. И вдруг резко подняла взгляд и кинула его на свою дочь.

— Любовь моя, — позвал женщину Сириус

Элен, увидев взгляд матери, вскочила и закричала, обернувшись к Ремусу и Сириусу.

— Вы… Вы специально это подстроили! Специально подставили папу, чтобы его убить, и чтобы мама досталась тебе, так, Сириус? Не могу больше никого видеть!

Девочка всхлипнула, разревелась и убежала на улицу. Гарри, недолго думая, кинулся за ней.

Он нашел её на том самом месте, где они познакомились, и где Лена когда-то нашла Жар-цвет.

— Привет, — он подошел и тихонько обнял её.

— Я не могу, Гарри, не могу!

— Я понимаю, — девочка уткнулась ему в плечо.

— Знаешь, я когда познакомилась с вами, — продолжила Лена, — я даже захотела, чтобы Сириус и мама поженились. Папы вечно нет дома, он приходит на день-два, и снова его нет — иногда месяц, а иногда и полгода, как в тот раз. А с Сириусом мама такая счастливая. И он с такой любовью занимается с тобой… Я боюсь, что это я своим желанием всё это сотворила.

Гарри молчал.

— И, на самом деле, я не виню Ремуса… Я знаю, что он папе жизнь спас. Дважды. Он… хороший. А Сириус — вообще. Но я не могу так, понимаешь?

На плечо девочке внезапно забралась обезьянка. Лена всхлипнула и истерически рассмеялась.

— Выходите уже.