Тысяча шагов от входной двери

Однажды, когда Бернард вернулся из цеха, он увидел, что Доктор с закрытыми глазами сидит по-турецки на полу ТАРДИС, а напротив него расположилось какое-то существо размером с гориллу, похожее на сильно разросшегося садового слизняка. Проведя так с этим существом около двух часов, Доктор сказал: «Ну, все!» и решительно встал. Существо, кажется, хрюкнуло, а потом протянуло ему одну из десятка своих лапок. Доктор сунул в эту лапку маленькое золотое блюдечко, существо поблагодарило его, кивнув, и степенно удалилось за дверь. Бернард и не стал спрашивать, что означает эта сцена: может быть, Доктор советовался с существом по поводу починки барахлившего дверного замка, а, может, оно за приемлемую цену открыло ему одну из многочисленных тайн Мироздания. В любом случае, они не посчитали нужным посвятить Бернарда в свои дела.

Еще Бернарда раздражало, что у ТАРДИС постоянно менялся интерьер, причем далеко не всегда в лучшую сторону. Например, Бернард мог заснуть на вполне удобной кровати с хорошим матрасом, теплым одеялом и мягкой подушкой, а проснуться на холодной деревянной лавке с чурбаном под головой или вообще на непонятно откуда взявшемся сеновале. Бернарду нравился недавно появившийся главный зал с консолью управления и книжными полками, расположенными на втором ярусе, но и он мог внезапно смениться на маленькую холодную комнату, залитую режущим глаза белым светом, в которой, кроме консоли управления, ничего не было, и приходилось сидеть на голом полу, привалившись спиной к стене. Глядя на эти постоянные метаморфозы, Бернард все больше склонялся к выводу о том, что Доктор просто не знает, как полностью починить ТАРДИС, и действует, по-видимому, наобум. Доктор мог себе это позволить — ему не угрожало безжалостное время. И только у Бернарда никакого выбора не было — он, как и в Лондоне, должен был работать и не мешаться у Доктора под ногами.

Андроид принес очередное ведро с обломками — это были очень крупные куски горелого пластика с торчащими из них мелкими металлическими элементами. Бернард уже знал, что такой глубокий синий цвет и такую фактуру имеют обломки сонтаранского корабля, видимо, уничтоженного взрывом. Это значило, что работа будет тяжелее обычной — такие обломки разбирать всегда было особенно трудно. Он повертел в руках самый большой обломок, вздохнул и взялся за резак.

«И чем меня работа в магазине не устраивала? Газеты читал, телек смотрел, вино пил»… — спросил Бернард сам себя, но его мысли прервал жуткий крик одного из тех работников цеха, который был похож на осьминога. Он случайно отрезал себе одно щупальце резаком и теперь орал на одной высокой ноте, смотря на то, как из раны быстро-быстро выливается ярко-желтая жидкость. За осьминогом тут же приехал андроид, схватил его в охапку и увез. Потом появился другой андроид и начисто протер пол. Инцидент на этом, видимо, был исчерпан.

«Какое мощное оружие! — подумал Бернард. — Одна кнопка и»…

Он повернул резак рабочим концом к себе и легонько, не нажимая, дотронулся до кнопки. Его сердце от мощного лазера отделяли лишь ткань рабочего комбинезона и несколько сантиметров плоти.

— Ты что это такое задумал?! — услышал Бернард в своей голове и тут же ощутил такое знакомое покалывание в висках.

— О! Кто вернулся! — улыбнувшись, ответил Бернард, убирая резак.

— Я всегда была здесь.

— Ага.

— Бернард, потерпи, пожалуйста. Осталось совсем недолго.

— Это «недолго» по твоим стандартам или по моим?

— По твоим. Доктор уже почти закончил ремонт. Совсем скоро мы двинемся дальше.

— Вы насчет меня хоть что-нибудь решили?

— Нет. Но Доктор обязательно найдет выход из твоей ситуации.

— Когда?

— Я не знаю.

Бернард минуты три размышлял над услышанным, но ни к какому определенному заключению не пришел.

— Поговори со мной.

— Зачем?

— Мне грустно.

— Это нормально. Всем бывает грустно.

— Мне всю жизнь грустно.

— Это ненормально, — сделав паузу, сообщила ТАРДИС и прервала связь.

Бернард снова дернулся и снова обжег палец, причем попал в то же место, что и сорок минут назад. В этот момент подъехал андроид и вывалил на стол Бернарда еще одно ведро обломков. Выразить свое отношение к происходящему Бернарду помог все тот же самый плохой английский язык.

Глава 8

— Мистер Блэк! Мистер Блэк! Подъем! — Бернарда кто-то тряс за плечо, и поэтому ему пришлось проснуться. — Подъем! Как вы себя чувствуете?

Когда Бернард открыл глаза, он понял, что находится в больнице и лежит на кровати, отгороженной ширмой. Рядом стояли стойка с капельницей и высокий больничный табурет, пахло лекарствами и какой-то неопознанной едой.

— Нормально. Кажется. Хотя нет, ненормально! — нервно ответил Бернард той, кто тряс его за плечо. Это была полная пожилая женщина в белом халате с вышитым на нагрудном кармане логотипом «St Bartholomew`s hospital». — Где я?!