У сфинкса женские глаза

— Думаю, вам лучше зайти. Есть новости.

Минерва МакГонагалл отступает в полумрак коридора так естественно, словно это её дом, а Драко и Гермиона переглядываются — и идут следом.

В гостиной — безвкусной, но уютной — царит молчание. Низенький стол уставлен чашками с недопитым чаем, чайник и молочник сдвинуты на угол. Посреди стола стоит предмет, который Драко видел только однажды, — Омут памяти. Рядом с ним — ворох бумаг и, кажется, колдографий, хотя издалека трудно понять. В ковре прожжена дыра, пахнет палёным, но кажется, что никому нет до этого дела.

Уильям с ногами сидит в кресле, а Драко достаточно долго знаком с миссис Уилкинс, чтобы понимать: она никогда не позволяет подобного, а при гостях — тем более. Мистер Уилкинс сгорбился на пузатом диванчике. Миссис Уилкинс вскакивает, как только они появляются в дверях.

У неё красные глаза, тушь размазалась, а кожа бледная до синевы. Она хмурится и кусает губы, мнёт платок, не знает, куда себя деть в своём же доме, ей неуютно, но стоит она с прямой спиной — раздражённая, взволнованная, отчаянная.

И есть в позе Моники (миссис Грейнджер!), в её растрепавшейся причёске что-то, из-за чего Драко вмиг чувствует себя первокурсником (и он только второй на курсе!), а через мгновенье — просто подростком (и как же болит скула, и как же стыдно!), а потом — самим собой (ему страшно, от него чего-то ждут, и на плечи давит то ли ответственность, то ли вина, но время пришло, надо решаться).

Драко вздыхает — в который раз за сегодняшний день — и, стараясь не думать, что ему за это будет, берёт Грейнджер за руку и тянет за собой через дверной проём.

Навстречу её матери.

И ещё до того, как Моника Уилкинс (Эмма Грейнджер!) распахивает объятия, Драко понимает — она вспомнила.

Уж он-то всё знает о материнской любви.

Он неслышно отступает в коридор и не замечает, как смотрит на него Минерва МакГонагалл.

— Инспектор Малфой? — Уильям нагоняет его в дверях. Он тоже немножко зарёванный, но держится молодцом. — Это правда? Что мисс Грейнджер моя сестра, что я волшебник? Вы знали?

— О том, что вы с мисс Грейнджер брат и сестра, я узнал, пока мы ехали сюда, то есть полчаса назад. Но всё это правда. И ты через несколько лет поедешь учиться колдовать.

— С волшебной палочкой? Как у директора МакГонагалл?

А он-то назвал её «профессор».

— Будет тебе палочка. И котёл будет, и мантия.

— Я так и не понял, почему родители ничего не помнили, — смущённо признаёт Уильям. — Вы мне объясните?

— Честно говоря, думаю, этот вопрос ты должен задать им. И мисс Грейнджер.

— А вам не обидно? — выпаливает Уильям. — Ну… что волшебство…

Несколько секунд Драко разрывается между порывом сказать «нет» и, что прискорбно, смехом. К такому его жизнь не готовила.

— Мистер Малфой происходит из уважаемой волшебной семьи, — раздаётся знакомый голос. МакГонагалл смотрит на Уильяма спокойно и строго. Забавно: ещё пара лет, и этот мальчишка станет главным любимчиком директора, а ведь даже не подозревает об этом. — Он вам как-нибудь расскажет, сколько у него поколений чистокровных предков. Правда, мистер Малфой?

Драко смотрит МакГонагалл в глаза. Она постарела, но держится гордо, а передвигается легко, как всегда. С минуту они испепеляют друг друга взглядом.

— Правда, директор. Хотя, полагаю, упоминание предков будет совершенно излишним, — чопорно отвечает он.

Так, разменяв четвёртый десяток, Драко Малфой узнаёт, как выглядит Минерва МакГонагалл, когда удивлена.

О том, что эта женщина всегда оставляет за собой последнее слово, он, разумеется, давно забыл. Они отправляют Уильяма к родителям и новообретённой сестре и выходят на улицу, в царство полутеней и кружащих голову бороний.

— Я давно приглядывала за мисс Грейнджер и её родителями, — без обиняков сообщает МакГонагалл. — И никогда не сомневалась, что сегодняшний день настанет. Имя мальчика значится в книге студентов Хогвартса, поскольку официально, как вы понимаете, Уилкинсы никогда не существовали — это лишь иллюзия, наведённая Гермионой и чудом не рассыпавшаяся за годы. Не буду отрицать, мистер Малфой, ваше знакомство с юным мистером Грейнджером привлекло моё внимание.

Драко отрывисто кивает.

— Не в моих привычках вмешиваться в чужую жизнь. Я не хотела перенимать это ужасное качество у своего предшественника, — чопорно произносит Минерва. — Но раз сегодня я здесь и могу поговорить с вами лично, скажите, мистер Малфой, что держит вас в Австралии?

— Мне кажется, это не ваше дело, мэм.

— Безусловно. Дело в том, что теперь, когда воспоминания мистера и миссис Грейнджер вернулись, а их сын оказался волшебником, они, скорее всего, отправятся в Англию. Это, конечно, моё предположение — не более. Кроме того, профессор Слагхорн уже год требует найти ему замену, поскольку не справляется с нагрузкой, а я каждый год меняю профессоров Маггловедения, потому что предмет теперь обязательный, а они просто идиоты, прости меня Мерлин!

— Проф… директор, я правда не уверен, что понял вас правильно.

— Не волнуйтесь. Вы справитесь. И я дам вам время подумать.