Фандом: Гарри Поттер. Хогвартс после войны. Героическое трио заканчивает последний год. Неожиданно оправданных родителей Драко Малфоя находят убитыми. Драко не может справиться с тяжестью потерь и решает покончить с собой. Поттер становится свидетелем всего и спасает недруга. К чему приведет такая помощь?
271 мин, 33 сек 9311
Для меня ты загадка. Наверное, единственная, которую разгадать мне пока не по силам. Но я бы хотел быть рядом с тобой каждую секунду, пытаясь распутать тебя, как сложное заклинание, по ниточкам разматывая твои настроения, по кубкам разливая твои чувства, по ящичкам пряча твои страхи. Главное — только рядом, только вместе. Для меня счастье сжимать сейчас твою ладонь, и горе чувствовать ускользающую от меня надежду. Я не боюсь умереть, но я боюсь, что Смерть заберет тебя у меня.
Всё это кажется странным и неправильным. Но я не хочу ничего менять! Для меня без тебя нет будущего, нет смысла, нет жизни. Моя жизнь — это ты. Не забирай у меня радость вновь встретиться с тобой взглядом. Не оставляй меня!«— и Гарри вновь прижался губами к изящным пальцам. В это же мгновение из ниоткуда появилось слабое, словно легкий туман, серебристое сияние. Оно окутало Драко и тонкими нитями потянулось к Поттеру.»
POV Драко
Странное место… Как будто бы школа… Вот и Астрономическая башня… Озираюсь по сторонам: стою на открытой площадке, окруженной деревьями, позади меня — школьные ворота. Только отчего-то не покидает странное чувство нереальности. В чем эта нереальность — не могу понять.
Оглядевшись в поисках хоть одной живой души, удрученно бреду по дороге, ведущей к школе. Странно, что тут никого нет. Вообще — никого!
Все вокруг замерло, словно подчиняясь неведомому заклинанию. Туманное небо, пропускающее слабые солнечные лучи, неподвижно стоящий лес, застывшая в выцветшей зелени трава и тишина. Никого.
— Эй! — кричу что было сил. Но вопреки моим ожиданиям, или даже надеждам, в ответ — все то же безмолвие. Даже привычное эхо не откликнулось.
В ужасе застыв на полпути, вжимаю голову в плечи и чувствую, как ноги становятся ватными. «Надо идти вперед, — говорю себе мысленно, — там обязательно кто-нибудь мне поможет!»
Собственная беспомощность пугает еще больше, чем одиночество. Своей палочки в кармане мантии не обнаруживаю, как попал сюда — не помню, что ждет впереди — не знаю.
С трудом переставляя ноги и превозмогая страх, иду по знакомому пути, озираясь по сторонам.
— Чертов Поттер! Вероятно, это опять его дурацкие шутки, — ругаюсь привычно. — По-о-о-оттер, — кричу и удивляюсь: слово улетает, словно гонимое ветром. — Га-а-а-арри-и-и, — и это певучим потоком растворяется в тишине.
Взмахнув рукой, пытаюсь ухватить невидимый след исчезнувшего имени, но вдруг меня накрывает темнота.
Сколько я блуждал в ней, не знаю — время растянулось вокруг непонятной субстанцией, когда, словно вынырнув из глубин Черного озера, вновь оказываюсь на знакомой дороге.
Замираю, неожиданно услышав тихий шепот. Слов различить не могу, но отчетливо улавливаю до боли знакомые интонации. «Там кто-то есть!» — радостно стучит в голове мысль, добавляя уверенности шагам и прогоняя беспокойство.
Шепот льется монотонной струей, обволакивает сладкой истомой, завораживает, но не приближается. Он рядом, и в то же время далеко: обнимает, даря тепло, и отзывается щемящей тоской в сердце. «Знакомый, такой знакомый… кто же ты? Где ты?» — думаю, вслушиваясь в звук и пытаясь определить, откуда он исходит.
Вдруг становится мучительно больно, будто тысячи раскаленных иголок пронзают тело. Согнувшись от боли, валюсь на траву.
«… Такой холодный, надменный, — шепчет голос, — … нежный, чувственный … я рядом с тобой … лишь бы ты улыбнулся»…. В ужасе понимаю, что голос звучит не рядом, не вокруг, а в моей голове. «… Я боюсь… заберет тебя у меня… без тебя нет жизни… Не оставляй меня»… — кажется, что тягучий поток слов, смешиваясь с кровью, доставляет до каждой клеточки живительный бальзам, избавляя от жуткой боли.
Несколько минут туманных воспоминаний вдруг рисуют четкий образ. Теплые крепкие руки, черные взъерошенные волосы, изумрудная зелень глаз, криво повязанный красно-желтый галстук и обветренные губы, шепчущие что-то неразборчивое.
Превозмогая боль, протягиваю руку, пытаясь коснуться видения, но не могу. Застонав от отчаяния, шепчу: «Помоги мне, Поттер». Но слова, дающиеся с таким трудом, сливаются в глухой стон.
Гарри с удивлением смотрел на происходящее, чувствуя в кончиках пальцев слабую чужую магию. Она слегка вибрировала от неустойчивости и излучала очень слабое тепло.
Вдруг тишину больничного крыла нарушил стон. Хриплый, наполненный болью, он вырвался из груди вздрогнувшего Драко. «Мерлин, он что, меня слышал?» — Гарри изумленно смотрел на Драко, который вновь неподвижно лежал на кровати. Серебристое облако исчезло.«У нас все получится! Надо обязательно рассказать Гермионе» — радостно улыбнулся Поттер.
Через три часа в комнату вошла мадам Помфри.
— Гарри, скоро отбой, тебе следует вернуться в башню, — обратилась к нему целительница. — Спасибо, что дал Элизе передохнуть. После вчерашнего матча по квиддичу у нас прибавилось работы.
— Не за что, мадам Помфри, всегда рад помочь. Могу я вас попросить, — обратился к ней Поттер, — обязательно дать мне знать, если с Др… Малфоем что-либо случится?
Всё это кажется странным и неправильным. Но я не хочу ничего менять! Для меня без тебя нет будущего, нет смысла, нет жизни. Моя жизнь — это ты. Не забирай у меня радость вновь встретиться с тобой взглядом. Не оставляй меня!«— и Гарри вновь прижался губами к изящным пальцам. В это же мгновение из ниоткуда появилось слабое, словно легкий туман, серебристое сияние. Оно окутало Драко и тонкими нитями потянулось к Поттеру.»
POV Драко
Странное место… Как будто бы школа… Вот и Астрономическая башня… Озираюсь по сторонам: стою на открытой площадке, окруженной деревьями, позади меня — школьные ворота. Только отчего-то не покидает странное чувство нереальности. В чем эта нереальность — не могу понять.
Оглядевшись в поисках хоть одной живой души, удрученно бреду по дороге, ведущей к школе. Странно, что тут никого нет. Вообще — никого!
Все вокруг замерло, словно подчиняясь неведомому заклинанию. Туманное небо, пропускающее слабые солнечные лучи, неподвижно стоящий лес, застывшая в выцветшей зелени трава и тишина. Никого.
— Эй! — кричу что было сил. Но вопреки моим ожиданиям, или даже надеждам, в ответ — все то же безмолвие. Даже привычное эхо не откликнулось.
В ужасе застыв на полпути, вжимаю голову в плечи и чувствую, как ноги становятся ватными. «Надо идти вперед, — говорю себе мысленно, — там обязательно кто-нибудь мне поможет!»
Собственная беспомощность пугает еще больше, чем одиночество. Своей палочки в кармане мантии не обнаруживаю, как попал сюда — не помню, что ждет впереди — не знаю.
С трудом переставляя ноги и превозмогая страх, иду по знакомому пути, озираясь по сторонам.
— Чертов Поттер! Вероятно, это опять его дурацкие шутки, — ругаюсь привычно. — По-о-о-оттер, — кричу и удивляюсь: слово улетает, словно гонимое ветром. — Га-а-а-арри-и-и, — и это певучим потоком растворяется в тишине.
Взмахнув рукой, пытаюсь ухватить невидимый след исчезнувшего имени, но вдруг меня накрывает темнота.
Сколько я блуждал в ней, не знаю — время растянулось вокруг непонятной субстанцией, когда, словно вынырнув из глубин Черного озера, вновь оказываюсь на знакомой дороге.
Замираю, неожиданно услышав тихий шепот. Слов различить не могу, но отчетливо улавливаю до боли знакомые интонации. «Там кто-то есть!» — радостно стучит в голове мысль, добавляя уверенности шагам и прогоняя беспокойство.
Шепот льется монотонной струей, обволакивает сладкой истомой, завораживает, но не приближается. Он рядом, и в то же время далеко: обнимает, даря тепло, и отзывается щемящей тоской в сердце. «Знакомый, такой знакомый… кто же ты? Где ты?» — думаю, вслушиваясь в звук и пытаясь определить, откуда он исходит.
Вдруг становится мучительно больно, будто тысячи раскаленных иголок пронзают тело. Согнувшись от боли, валюсь на траву.
«… Такой холодный, надменный, — шепчет голос, — … нежный, чувственный … я рядом с тобой … лишь бы ты улыбнулся»…. В ужасе понимаю, что голос звучит не рядом, не вокруг, а в моей голове. «… Я боюсь… заберет тебя у меня… без тебя нет жизни… Не оставляй меня»… — кажется, что тягучий поток слов, смешиваясь с кровью, доставляет до каждой клеточки живительный бальзам, избавляя от жуткой боли.
Несколько минут туманных воспоминаний вдруг рисуют четкий образ. Теплые крепкие руки, черные взъерошенные волосы, изумрудная зелень глаз, криво повязанный красно-желтый галстук и обветренные губы, шепчущие что-то неразборчивое.
Превозмогая боль, протягиваю руку, пытаясь коснуться видения, но не могу. Застонав от отчаяния, шепчу: «Помоги мне, Поттер». Но слова, дающиеся с таким трудом, сливаются в глухой стон.
Гарри с удивлением смотрел на происходящее, чувствуя в кончиках пальцев слабую чужую магию. Она слегка вибрировала от неустойчивости и излучала очень слабое тепло.
Вдруг тишину больничного крыла нарушил стон. Хриплый, наполненный болью, он вырвался из груди вздрогнувшего Драко. «Мерлин, он что, меня слышал?» — Гарри изумленно смотрел на Драко, который вновь неподвижно лежал на кровати. Серебристое облако исчезло.«У нас все получится! Надо обязательно рассказать Гермионе» — радостно улыбнулся Поттер.
Через три часа в комнату вошла мадам Помфри.
— Гарри, скоро отбой, тебе следует вернуться в башню, — обратилась к нему целительница. — Спасибо, что дал Элизе передохнуть. После вчерашнего матча по квиддичу у нас прибавилось работы.
— Не за что, мадам Помфри, всегда рад помочь. Могу я вас попросить, — обратился к ней Поттер, — обязательно дать мне знать, если с Др… Малфоем что-либо случится?
Страница 17 из 78
