Фандом: Гарри Поттер. Хогвартс после войны. Героическое трио заканчивает последний год. Неожиданно оправданных родителей Драко Малфоя находят убитыми. Драко не может справиться с тяжестью потерь и решает покончить с собой. Поттер становится свидетелем всего и спасает недруга. К чему приведет такая помощь?
271 мин, 33 сек 9390
Завернувшись в длинный халат, повинуясь какому-то странному чувству, Драко направился в комнату отца. Там, сев напротив большого семейного портрета, он долго вглядывался в запечатленную художником картину семейного единства, словно пытаясь найти ответ на все свои вопросы.
— Драко… — улыбнулась с портрета Нарцисса. — Ты вернулся домой…
— Он заплатит… Он за это заплатит! — сжав в ладони медальон, сквозь зубы произнес Драко, сдерживая предательски подступившие слезы.
— Ты же Малфой, сын, — голос Нарциссы тих и спокоен, — не стоит идти на поводу эмоций!
— Но он… — едва успел сказать Драко, как к разговору присоединился Люциус.
— Стоит ли момент радости отмщения целой жизни, Драко? — его взгляд был задумчив, а голос печален. — Жаль, что понять это вовремя дано не всем…
— О чем ты говоришь, отец? — удивленно вскинул брови тот.
— Долг жизни, сын… Поттер сознательно согласился пожертвовать своей жизнью ради твоего спасения… — медленно говорил Люциус. — Вы теперь как одно целое… Магия ритуала не позволит тебе причинить ему вред… Она убьет и тебя…
— Нет… —шепот Драко был еле слышен. — Этого не может быть… Второй раз… Но этот долг я не смогу ему вернуть, ведь так? — Драко даже не столько спрашивал, сколько утверждал, заметив слабый кивок отца.
— Поэтому подумай, Драко, — ласково произнесла с портрета Нарцисса, и медальон согрел ладонь приятным, вибрирующим теплом. — Прощать чужие ошибки тяжело, но еще тяжелее признавать и исправлять свои…
— Я … — еле слышно прошептал тот, поглаживая золотое обрамление, но изображение внутри рамки лишь улыбнулось и снова замерло. — Я постараюсь…
Уже неделю многочисленные совы стаями атаковали невзрачный старый особняк на Гриммаулд Плэйс, но ни одно послание так и не попало к адресату. Неделю Рон, Гермиона и Джинни пытались попасть к Гарри, но закрытый камин и Охранные чары не пускали незваных посетителей.
Кикимер, слышащий за последние дни только «Отстань, Кикимер, дай мне спокойно умереть», лишь иногда появлялся в комнате Поттера, чтобы принести свежую еду. Глядя на хозяина, лежащего на кровати и смотревшего в потолок пустым взглядом, домовик тяжело вздыхал и забирал нетронутыми принесенные блюда.
Шел седьмой день добровольного поттеровского затворничества, когда из гостиной под визгливые вопли старухи Блэк, прервавшиеся так же неожиданно, как и возникли, раздалось недовольное:
— По-оттер, да у тебя тут пыли-ища!
«Наверное, я сплю, и мне это снится», — пронеслось в затуманенном сознании Гарри.
— Твой эльф окончательно обнаглел, Поттер! — все тем же капризным тоном констатировал голос Малфоя. — Кстати, у меня для тебя новость, — зайдя в комнату, Драко бросил на кровать свежий выпуск «Пророка».
Первая полоса магического издания была посвящена самой главной сенсации последней недели: Мальчик-Который-Выжил, Мальчик-Победивший-Волдеморта, на которого стремились быть похожими все юные волшебники, устроив на выпускном балу грандиозный скандал, исчез с него вместе с Драко Малфоем, совершенно забыв о невесте! Статья, занявшая более половины выпуска, не стесняясь, разоблачала подробности произошедшего, ссылаясь на рассказы очевидцев и подтверждая это сомнительными колдографиями.
— Ну и где твое воспитание, Поттер? Разве так в приличном обществе встречают гос… — осекся Драко, глядя на него. Выглядел тот неважно: осунувшееся, бледное лицо, залегшие под глазами глубокие тени.
— Нет, не надо, уходи, не могу больше… — метался по кровати Гарри, отмахиваясь от подошедшего Малфоя, как от наваждения. — Виноват, только я виноват, лучше сразу Авадой, не надо слов…
— Поттер… — Драко потрясенно присел на краешек кровати и провел рукой по его спутанным волосам. — Кикимер, — едва Малфой произнес имя эльфа, как он тут же появился в комнате, нервно теребя край надетой на нем старой наволочки.
— Хозяин Драко вернулся! Кикимер рад, очень рад! Хозяин Гарри Поттер наконец-то поест! — радостно лепетал домовик.
— И долго он так лежит? — осведомился Малфой у эльфа.
— С тех пор, как хозяин Драко исчез… — стыдливо опустив глаза, прошептал Кикимер.
— Ясно. Неси завтрак и Ободряющее зелье, — приказал Драко.
Спустя несколько мгновений он, силком усадив слабо сопротивляющегося Поттера на кровати, вливал в того горячий бульон.
— Драко, я… — начал было пришедший в себя Гарри.
— Виноват, — резко перебил его Малфой. — Видимо, знаменитое гриффиндорское благородство навсегда тебя покинуло…
— Я… — и вновь попытка вымолить прощение была пресечена на корню.
— Я много думал о том, что произошло… — говорил Драко, глядя в пустоту. — И, знаешь, мы столько пережили с тобой практически бок о бок за последний год, что… Это все действительно не стоит целой жизни, Поттер… То, что случилось… Но я тоже виноват… А признавать свои ошибки и исправлять их намного тяжелее… Так что ты опять в выигрыше, глупое гриффиндорское чучело! — и он усмехнувшись, потрепал Гарри по и без того растрепанной шевелюре. — Но это не значит, что я тебя уже простил…
— Я не могу без тебя… — прошептал тот, уткнувшись лбом в плечо Драко.
— Драко… — улыбнулась с портрета Нарцисса. — Ты вернулся домой…
— Он заплатит… Он за это заплатит! — сжав в ладони медальон, сквозь зубы произнес Драко, сдерживая предательски подступившие слезы.
— Ты же Малфой, сын, — голос Нарциссы тих и спокоен, — не стоит идти на поводу эмоций!
— Но он… — едва успел сказать Драко, как к разговору присоединился Люциус.
— Стоит ли момент радости отмщения целой жизни, Драко? — его взгляд был задумчив, а голос печален. — Жаль, что понять это вовремя дано не всем…
— О чем ты говоришь, отец? — удивленно вскинул брови тот.
— Долг жизни, сын… Поттер сознательно согласился пожертвовать своей жизнью ради твоего спасения… — медленно говорил Люциус. — Вы теперь как одно целое… Магия ритуала не позволит тебе причинить ему вред… Она убьет и тебя…
— Нет… —шепот Драко был еле слышен. — Этого не может быть… Второй раз… Но этот долг я не смогу ему вернуть, ведь так? — Драко даже не столько спрашивал, сколько утверждал, заметив слабый кивок отца.
— Поэтому подумай, Драко, — ласково произнесла с портрета Нарцисса, и медальон согрел ладонь приятным, вибрирующим теплом. — Прощать чужие ошибки тяжело, но еще тяжелее признавать и исправлять свои…
— Я … — еле слышно прошептал тот, поглаживая золотое обрамление, но изображение внутри рамки лишь улыбнулось и снова замерло. — Я постараюсь…
Уже неделю многочисленные совы стаями атаковали невзрачный старый особняк на Гриммаулд Плэйс, но ни одно послание так и не попало к адресату. Неделю Рон, Гермиона и Джинни пытались попасть к Гарри, но закрытый камин и Охранные чары не пускали незваных посетителей.
Кикимер, слышащий за последние дни только «Отстань, Кикимер, дай мне спокойно умереть», лишь иногда появлялся в комнате Поттера, чтобы принести свежую еду. Глядя на хозяина, лежащего на кровати и смотревшего в потолок пустым взглядом, домовик тяжело вздыхал и забирал нетронутыми принесенные блюда.
Шел седьмой день добровольного поттеровского затворничества, когда из гостиной под визгливые вопли старухи Блэк, прервавшиеся так же неожиданно, как и возникли, раздалось недовольное:
— По-оттер, да у тебя тут пыли-ища!
«Наверное, я сплю, и мне это снится», — пронеслось в затуманенном сознании Гарри.
— Твой эльф окончательно обнаглел, Поттер! — все тем же капризным тоном констатировал голос Малфоя. — Кстати, у меня для тебя новость, — зайдя в комнату, Драко бросил на кровать свежий выпуск «Пророка».
Первая полоса магического издания была посвящена самой главной сенсации последней недели: Мальчик-Который-Выжил, Мальчик-Победивший-Волдеморта, на которого стремились быть похожими все юные волшебники, устроив на выпускном балу грандиозный скандал, исчез с него вместе с Драко Малфоем, совершенно забыв о невесте! Статья, занявшая более половины выпуска, не стесняясь, разоблачала подробности произошедшего, ссылаясь на рассказы очевидцев и подтверждая это сомнительными колдографиями.
— Ну и где твое воспитание, Поттер? Разве так в приличном обществе встречают гос… — осекся Драко, глядя на него. Выглядел тот неважно: осунувшееся, бледное лицо, залегшие под глазами глубокие тени.
— Нет, не надо, уходи, не могу больше… — метался по кровати Гарри, отмахиваясь от подошедшего Малфоя, как от наваждения. — Виноват, только я виноват, лучше сразу Авадой, не надо слов…
— Поттер… — Драко потрясенно присел на краешек кровати и провел рукой по его спутанным волосам. — Кикимер, — едва Малфой произнес имя эльфа, как он тут же появился в комнате, нервно теребя край надетой на нем старой наволочки.
— Хозяин Драко вернулся! Кикимер рад, очень рад! Хозяин Гарри Поттер наконец-то поест! — радостно лепетал домовик.
— И долго он так лежит? — осведомился Малфой у эльфа.
— С тех пор, как хозяин Драко исчез… — стыдливо опустив глаза, прошептал Кикимер.
— Ясно. Неси завтрак и Ободряющее зелье, — приказал Драко.
Спустя несколько мгновений он, силком усадив слабо сопротивляющегося Поттера на кровати, вливал в того горячий бульон.
— Драко, я… — начал было пришедший в себя Гарри.
— Виноват, — резко перебил его Малфой. — Видимо, знаменитое гриффиндорское благородство навсегда тебя покинуло…
— Я… — и вновь попытка вымолить прощение была пресечена на корню.
— Я много думал о том, что произошло… — говорил Драко, глядя в пустоту. — И, знаешь, мы столько пережили с тобой практически бок о бок за последний год, что… Это все действительно не стоит целой жизни, Поттер… То, что случилось… Но я тоже виноват… А признавать свои ошибки и исправлять их намного тяжелее… Так что ты опять в выигрыше, глупое гриффиндорское чучело! — и он усмехнувшись, потрепал Гарри по и без того растрепанной шевелюре. — Но это не значит, что я тебя уже простил…
— Я не могу без тебя… — прошептал тот, уткнувшись лбом в плечо Драко.
Страница 67 из 78
