Убить вампира

— Что и странно, — воодушевился Горюнов, найдя в лице Михайлова заинтересованного собеседника. — Голова, главное, отчикана, а крови почти нет. Я пересматривал простыни. Только тут немного, больше нигде.

— И не отчикана, как вы говорите, — сказал Михайлов, осмотрев то, что осталось от шеи, — а будто вырвана.

— Отгрызена.

— Что?— переспросил Михайлов.

— Будто отгрызена, говорю, — уточнил Горюнов.

Михайлов еще раз присмотрелся к шее покойника.

— Да, если бы кромсали ножом, остались бы хоть ошметки.

Михайлов стал оглядываться.

— Внешний осмотр произвели?

— Криминалист уже закончил, сфотографировали.

Михайлов глубоко втянул ноздрями воздух.

— Вы ничего не чувствуете?

— Что именно?— спросил Горюнов.

— Запах.

Михайлов обошел всю комнату.

— Здесь как-то странно пахнет. Как будто тленом. Чувствуете?

— Чему ж удивляться? Тут же жмурик.

— Но он убит часов пять назад. Думаете, так быстро начал разлагаться?

Горюнов пожал плечами.

— Ладно, дайте команду, пусть уберут тело. Оно нам пока не понадобится.

— А вот еще: обратите внимание, — Горюнов откинул в сторону покрывало. — Кровать сильно примята, будто на ней боролись или, простите за выражение, занимались любовью.

— А может, этот Кравченко просто ворочался во сне?

— Может и так, только не катался же он по всей кровати. Думаю, у него женщина была, товарищ майор.

— А следы её пребывания в квартире обнаружены?

— Пока нет, но Святковский, криминалист наш, обязательно их найдет.

— Если они остались, конечно.

— Я просто уверен, товарищ майор.

— Хорошо, — сказал Михайлов. — Вы уже всех соседей опросили?

Михайлов задумался.

— Сколько людей у вас в группе?

— Да вот здесь, собственно, и все, — развел руками Горюнов. — Еще Маринин в одной из квартир.

— Подвалы и чердаки проверяли?

— Не успели. Мы ведь еще здесь не закончили, — сказал Горюнов и подумал, что без неприятностей сегодня не обойдется. Да и начальство тоже хорошо: с утра мелькнуло, а как появился человек из области — кто куда. Даже замы и те где-то отсиживаются.

— Свяжи-ка меня со своим начальником или его замом, — приказал Михайлов.

Горюнов набрал номер Силаева, но того на месте не оказалось. Позвонил Кольцову. Тот еще не сбежал.

— Лев Янович, это Горюнов. Тут с вами товарищ майор из области хочет поговорить.

Михайлов взял трубку.

— Майор Михайлов, — сказал он, нарушив тишину. — Меня удивляет ваше отношение к происшествию. Людей — ноль, оперативники — какие-то сосунки из детского сада. Почему не вижу здесь ни одного зама? Или вы отсыпаетесь? Немедленно приезжайте сюда и прихватите с собой еще человек пять. Не вижу ни одного участкового. Пусть возьмут фонари и прочешут все подвалы и чердаки. Подключите также дворников. Надо будет, наверное, порыться и в мусорных баках. Голова ж не могла пропасть? В общем, я еще здесь, а вам советую поторопиться. В обед о результатах рейда доложите Силаеву.

Михайлов с раздражением бросил трубку. Увидев, что Горюнов всё еще стоит, он сказал:

— Продолжайте, старший лейтенант, я осмотрюсь.

Михайлову нужно было проанализировать первичную информацию.

Итак, некто Ракитина, знакомая Кравченко, ночью во сне видит обезглавленный труп в его квартире. Проснувшись, едет к нему, чтобы рассказать о том страшном и странном сне, и находит Кравченко на самом деле обезглавленным.

Где же голова?

Михайлова как осенило.

— Горюнов! Горюнов!— стал разыскивать его Михайлов.

Горюнов оказался на кухне.

— Сейчас машина будет, товарищ майор. Труп увезут на экспертизу.

— Горюнов, — подошел к нему Михайлов. — А вы в точности установили личность потерпевшего?

— В каком смысле, товарищ майор?

— Я спрашиваю: действительно ли это Кравченко?

Горюнов непонимающе уставился на Михайлова.

— А кто ж еще, товарищ майор? Дверь был закрыта, он спал…

— А как вошла в квартиру Ракитина? У неё что, свой ключ? Кем она приходится этому Кравченко.

— Она сказала, что дверь была открыта. — Горюнов вдруг округлил глаза. — Товарищ майор! Может, это она его — а?!

Михайлов снисходительно посмотрел на Горюнова.

— Я бы не стал делать поспешных выводов. Поехали в горотдел, покажете мне эту Ракитину.

— А здесь кто останется?

— Сейчас подъедет Кольцов. Тут уже нам делать нечего. Поехали.

Горюнов вкратце рассказал оперуполномоченному, что они выяснили, чтобы Кольцов не стал кружить по-новой. Затем пошли вниз.

Дело, как и предполагал Михайлов, нелегкое. Дай бог, чтобы хоть какую-то версию нарисовать. Наверное, все-таки придется задержаться здесь дня на три-четыре. Когда что-нибудь прояснится, он оставит дело местным органам. Вряд ли они за это время выйдут на убийцу.

Во дворе он показал Горюнову, чтобы тот садился в «уазик», а сам, забравшись на переднее сиденье, сказал водителю:

— Отвезешь нас в горотдел и возвращайся домой. Я остаюсь.

— Надолго, товарищ майор?— полюбопытствовал, не сдержавшись, водитель.

— Не знаю, там видно будет.

Сейчас не помешало бы хоть за что-нибудь ухватиться.