Удачной охоты

Это были последние слова, оставшиеся в памяти Ученика в ночь «Аукциона Охотников». Ученик так и заснул, опустив голову на свои руки. Когда Конрад разбудил его через несколько часов, солнце уже поднималось над горами. Конрад проводил Ученика обратно к фургону и поставил на пол автомобиля упаковку запотевших бутылок «Гессера».

— Ты парень не глупый, — сказал он, пожимая на прощание руку. — Будь достойным и все у тебя получиться. И помни — теперь мы в одной упряжке.

Ученика высадили в заброшенной улочке Рима, вернули часы и дали билет на обратный рейс. Через двенадцать часов он сидел в своей квартире на четвертом этаже стандартного дома пятидесятых годов постройки на окраине Бронкса. О путешествии в Европу напоминало лишь опухшее с похмелья лицо, фаланга Герхада и тридцать тысяч наличными.

Через неделю он приступил к созданию новой коллекции, лишив уха коммерческого директора «Бэнк оф Юнион». Затем нос адвоката, глаз лейтенанта полиции. Газеты окрестили Ученика «Потрошитель Бронкса». Полиция не давала проходу, устраивая постоянные проверки и набив улицы района переодетыми в штатское сотрудниками. Ученику пришлось съехать с квартиры и обосноваться в Куинсе.

Несколько раз он чувствовал за собой слежку. Она не вызывала у Ученика тревоги — каким то непонятным ему чувством он понимал, что следят свои. Его проверяли. Иначе быть не могло.

Затем он распотрошил Болтушку. Два месяца ушло на подготовку плана в отношении сенатора Бора и, наконец, приезд Конрада и его слова: «Я думаю, что следующим Охотником станешь ты!».

А позавчера он получил приглашение на очередной Аукцион. К приглашению прилагалась квитанция на прокат автомобиля. В перчаточном отделении «Шевроле» он обнаружил записку. Ему предлагалось прибыть через сутки в городок Монтаун, штат Алабама. Отмотав за десять часов семьсот миль, Ученик решил отдохнуть под ночным небом Алабамы. За четыре часа он насчитал шестнадцать упавших звезд. У себя в Бронксе он часто лежал после Охоты на балконе и считал упавшие звезды. Обычно падало пять, шесть. Редко около дюжины. Шестнадцать звезд сулили удачу.

К полудню «Шевроле» не выдержал сорокаградусной жары и закипел, когда до Монтауна оставалось не более восьмидесяти миль. Выбор был не богат — или ждать попутную машину в раскаленном корпусе автомобиля или двигаться дальше. Ученик выбрал второй вариант. Закинув за спину рюкзак с коллекцией, он зашагал по мягкому, дымящему под солнцем шоссе.

За два часа ходьбы, Ученик проклял все на свете. И водителей трех грузовиков и двух легковушек, проехавших мимо его поднятой руки. И Алабаму с ее пустынями, и производителей автомобилей марки «Шевроле».

Полулитровая бутылка минеральной воды, взятая им из холодильника машины, через полчаса годилась лишь для теплого душа. Пить, воняющую горелой пластмассой воду, стало невозможно. Сигареты сушили горло и еще больше увеличивали жажду.

Ученик пожалел, что трофеи водителей не пользуются спросом. Он лишь скрипнул забившим зубы песком и поднял вверх средний палец руки, проехавшему мимо «Форду». Водитель наслаждался прохладой кондиционера.

Поднявшись на очередной холм, Ученик заулыбался и ускорил шаг. У русла высохшей реки выделялось на желтом песке синее пятно автомобиля. Через десять минут он увидел супружескую пару, устроившую пикник в тени засохшего дерева. Пожилой мужчина поднялся с земли и сделал несколько шагов на встречу незнакомцу. Лицо женщины выражало тревогу.

Ученик торопился. Он всадил в каждого по две пули, прихватил с импровизированного стола несколько сэндвичей и бутылку воды.

«Понтиак» девяносто пятого года выпуска, завелся без проблем и Ученик, включив заднюю передачу, утопил в пол педаль газа. Вывернув руль, он стал разворачиваться. Пыль, поднятая колесами, не позволила увидеть обрыв, задняя часть автомобиля наклонилась и машина покатилась вниз по крутому склону. Подпрыгнув на валунах, машина встала на багажник, несколько секунд подумала в вертикальном положении и упала на крышу.

Ученик больно ударился головой о руль. Водительскую дверь заклинило и ему пришлось выбираться через боковое стекло. Пнув со злости по крутящемуся колесу, он вытащил из машины свой рюкзак, воду и сэндвич. Путешествие по жаре продолжалось.

Он прошел еще около пяти миль, когда шестая по счету проехавшая мимо машина остановилась в метрах двухстах впереди Ученика и стала сдавать назад. Ученик передернул затвор «Беретты», и накинул на руку с пистолетом лямку рюкзака, прикрывая его.

Спортивная, двухместная «Мазда» взвизгнула тормозами, останавливаясь около Ученика. Серое от пыли стекло со стороны пассажирского сиденья со скрипом опустилось, Ученик наклонился, опустив рюкзак на землю, и заглянул в салон.

За рулем сидел Охотник.

Он, улыбаясь, смотрел на Ученика. Левую руку Охотник спрятал за ногой, правой он приветственно махнул, приглашая садиться.